не соблюдение конспирации, сама бы расхохоталась.
— Но всё же Вы пьёте вино при соблюдении обрядов? — поинтересовался Его Сиятельство, тщательно скрывая улыбку.
Должно быть моя речь и его проняла.
— Это совсем дррюгое дело. Это пррредписано свыше и прррринимается чисто символически, — выговорив столько букв «р» в одном предложении, сама не смогла сдержать улыбку.
Мне повезло, герцог в этот момент отвернулся, давясь смехом. Якобы, прокашлявшись, вновь вернулся к разговору.
— Тогда, быть может, я Вам налью, чисто символически, — и он, не дожидаясь ответа, наполнил бокал на треть.
— Вы прррямо как змей искуситель из дрррееевних легенд, — заявила я укоризненно, при этом жадно косясь на бокал.
Не знаю, как ведут себя монашки в подобных ситуациях, но моё природное чувство озорства взяло верх, над осторожностью, не могла себе отказать в такой малой шалости и потянулась за бокалом.
— Как точно Вы угадали, — подхватил немного удивлённо Давей, опять якобы откашлявшись. — Меня действительно так и зовут: Змеем. А иногда и искусителем.
У него на лице при этом было такое выражение, как будто он все силы прилагает, чтобы не расхохотаться.
— Тогда мне стоит от Вас деррржаться подальше, — проговорила я, испуганно возвращая вино на стол, словно простодушная дева, приняв его слова за чистую монету.
— Ну, что Вы, это шутка, — начал он, подавая мне бокал и собираясь ещё что-то добавить, но в этот момент его прервали.
— Ваше Сиятельство! — поприветствовала его давняя знакомая, ослепив нас, на мгновение, сияющим золотом платья, словно сошедшее с небес солнце, и обдав облаком дурманяще-сладких духов.
— Элоиза? — выдал ошарашенно герцог.
Мы так с ним увлеклись беседой, что и не заметили, как эта особа к нам подлетела.
Я первая пришла в себя и взяла так и зависший в воздухе протянутый мне бокал с вином. Его Сиятельство тоже тут же очнулся.
— Что ты здесь делаешь? — задал ей закономерный и с моей точки зрения вопрос.
Мы тут только начали с ним добрые отношения налаживать, вместе подхихикивать, а её несвоевременное появление всё испортило.
— Тебя ищу, — откровенно ответила герцогиня.
Зловредная же она дама, у меня с этой красоткой связаны совсем нехорошие воспоминания.
Потому без промедления, поспешила опять скрыться за колонной, тем более, что моего бегства никто, кажется, не заметил. Даже обидно стало, вот ведь непостоянный мужчина. Минуту назад монашке оказывал непонятные знаки внимания, и сразу же переключился на свою подружку. С горечью вздохнула — она сегодня как никогда хороша, словно звезда, сошедшая с неба, так и сияет. Пока я размышляла, они уже успели друг друга почти ласково поприветствовать.
— На монашек переключился? — неожиданно зло спросила герцогиня.
А я, собравшаяся уже уходить, решила немного задержаться — раз меня не замечают, почему бы этим не воспользоваться.
— Да, — ответил мягко Его Сиятельство и продолжил, как бы размышляя: — Знаешь, хочется какой-то простоты, чистоты и нетронутости.
С таким намёком это произнёс, что даже мне нехорошо от его слов стало. Как он с ней жестоко. Сразу стало понятно — данные качества у леди отсутствуют.
Но герцогиня даже глазом не моргнула, пропустив мимо ушей оскорбление.
— Я соскучилась! — совсем другим тоном произнесла женщина, сделав вид, что не заметила издёвки. И добавила заискивающе: — Ты совсем обо мне забыл?!
Ещё одна несчастная, меня передёрнуло. Внутри всколыхнулась волна гнева. Поизмываться бы над ним хорошенько. И как это у него всегда получается выходить сухим из воды?
— Элоиз, — вздохнув, устало, как будто в сотый раз повторяя, начал Его Сиятельство. — Я теперь женатый человек и больше не предаюсь легкомысленным развлечениям.
«Вот, гад! Верен он. Если бы меня он назвал легкомысленным увлечением, я бы в глаз заехала»
— Врёшь! — ответила ему герцогиня с явной ненавистью в голосе, вторя моим чувствам. — Слышала я о твоём последнем увлечении, графиня-простушка из деревни!
«А это уже обидно! — тут же поменяла я своё отношение к Элоизе и продолжила мысленно: — Ничего и не простушка. В моей леди Джейн больше манер и изящества, чем в десятерых, таких как ты!»
— Вот видишь, — герцог поцеловал руку герцогини, заглядывая ласково в глаза. — Ты же всё понимаешь!
И она милостиво опустила глазки и даже улыбнулась. «Надо же, одним жестом в одно мгновение успокоил разбушевавшуюся львицу».
Тон её голоса стал ласковым и нежным.
— Мне маркиз предложил руку и сердце, — промурлыкала она почти дружески, и заглянула в глаза, как бы спрашивая совета.
«Вот ведь охальник, всего лишь поцеловал ручку, а она уже, кажется, упала к его ногам».
— Соглашайся, Элоиза, — легко бросил Его Сиятельство. — Маркиз хорошая партия. Щедрый и богатый. Будешь всю жизнь в роскоши купаться.
— Ты же знаешь, одно твоё слово… — вновь несчастно заговорила леди, и в её голосе было столько муки, но герцог остановил поток слов, приложив пальчик к её губам.
— Тшшш, — прошептал, как капризному ребёнку. — Дорогая, ты так сегодня прелестна!
После этих слов взглянул на меня, улыбнулся одним уголком губ, развернулся и ушёл. Кажется, он знал, что я подслушиваю, стало неловко.
— Ненавижу! — прошипела ему вслед герцогиня, взяла с подноса бокал шампанского, и резко опрокинув жидкость в себя, с грохотом вернула на место. Выдохнула и с каменным лицом двинулась на выход.
И я где-то разделяла её чувства. Бессердечный истукан!
Больше мне у столиков делать было нечего, герцог исчез с поля моего зрения, и я поспешила сесть на диванчик в уголке. Ногу нельзя сильно утруждать.
Пока отдыхала, в общей развлекательной программе начались представления. Это почти как в театре, но здесь актёры любители, да и постановки в основном домашние.
Тем не менее, общество потянулось к креслам в ожидании очередного развлечения.
А я заметила, что ваза с деньгами осталась вне поля всеобщего зрения.
«Как интересно! Кажется, основное действо начнётся тут, у столика с благотворительностью, а не там, на импровизированной сцене, — подумала и спряталась за диванчик. Через некоторое время мои ожидания оправдались.
«Ай да, Лиска, ай да, молодец!» — не отказала я себе в похвале. В тот момент, когда все были заняты тем, что происходило на сцене, графиня-хозяйка, следя зорко за обстановкой, подошла к столику с вазой и протянула руку под скатёрку. Выудив оттуда мешочек, быстро отправилась по коридору внутрь дома. В ту же секунду граф, словно ловкий фокусник, сменил скатерть и вазу на точно такую же, но целую. Хитро придумано.
Глава 5
Как только граф-мошенник ушёл, а я собралась вылезти из своего укрытия и поспешить за графиней, как вовремя заметила, что у представления был ещё зритель. Из-за шторы
