Окрыленный собственной значимостью, Серафим выбежал прочь. Я уже готовилась без сил повалиться в кресло и потребовать от Нутия стакан воды, как раздался протяжный вой, причем исходил он именно от Нутия.
— Нутий! Нутий Малютик, я призываю тебя!
— Что это? — удивилась я. — Ты сам себя зовешь?
— Ди-Гнема, — пробурчал Нутий.
— Что Ди-Гнема?
— Зовет меня! — Нутий нахмурился и, видимо решив, что показать будет проще, чем объяснить, достал медальон, висевший на его могучей груди. На мутной поверхность медальона угадывался силуэт ведьмы.
— Мой верный слуга, отзовись, — послышалось из того же медальона.
— Что-то я не поняла! — возмутилась я. — Что еще за верность? Ты что, продолжаешь работать на нее?
— Нет! — ответил Нутий и вроде даже слегка испугался. — Я с тобой!
Вообще-то глупо было подозревать Нутия в тайных интригах. Шпион из него никудышный, лгать и изворачиваться он не умеет.
— Так чего же она хочет от тебя?
— Не знаю, — пожал могучими плечами Нутий.
И тогда мне пришла в голову отличная идея, пожалуй, даже самая лучшая идея за все последние дни.
— Так ведь это то, что нам надо! Если она зовет, то можно и поговорить с ней. Разузнай побольше о ее планах. Выведай все, что сможешь.
— Как?
— Как-как? Включи интеллект… В смысле спроси, что она дальше собирается делать. Лучше я буду тебе подсказывать. — Я спряталась за занавеску. — Только не говори, что я здесь. Ты просто повторяй за мной.
Я расправила занавесочку. Нутий включил свой медальон, ну, в смысле не включил, а ответил на призыв ведьмы, просто прошептав: «Я слышу тебя». И снова хочу отметить всю мерзостную натуру ведьмы: меня Ди-Гнема заставила прибегать к вращательному заклинанию, прекрасно зная, что я ненавижу магию. А своему слуге выдала для связи нормальный медальон, который работал без всякого применения магии со стороны владельца.
— Ну наконец-то ты объявился! — недовольным тоном обратилась к Нутию Ди-Гнема. Самой ее в комнате не наблюдалось, но слышимость была отличной. А поскольку мне было неизвестно, как много может разглядеть ведьма через медальон, то выходить из-за занавески я не спешила, совершенно не хотелось попасться по глупости. — Я уж было подумала, что на тебя и в самом деле подействовал эликсир и ты переметнулся к ней.
— Какой эликсир? — прошептала я.
— Какой эликсир? — послушно повторил Нутий.
— Любовный. — В голосе ведьмы послышался смех.
Я не знала, как реагировать. Тогда не знала, вот и решила, что это ведьма подмешала некий эликсир.
— Ты напоила меня эликсиром? — наученный мною, спросил Нутий у ведьмы.
— Нет, не смеши, я использую более сложную магию, — ответила та.
Я даже позволила себе вздохнуть и решила забыть про всякие эликсиры. И это было верное решение, ведь в меня, такую расчудесную красавицу, трудно не влюбиться. Я так умна, талантлива, необычайна и грациозна, что не только эта троица, а и все остальные мужчины мира просто обязаны падать к моим ногам.
— Я тоже не использую эликсиры! — возмутилась я, преданный Нутий тут же повторил эти слова.
— Что? — удивилась ведьма, но тут же осеклась: — Впрочем, не важно. Забудь. Где ты сейчас находишься?
Поскольку от меня не было никаких подсказок на этот счет, то Нутий сам выдвинул правильный ответ:
— В комнате.
— Ладно… Рядом есть кто-нибудь?
— Никого, — поспешно подсказала я.
— Никого, — повторил Нутий.
— Отлично! Теперь рассказывай, что сегодня было на великой сходке? — потребовала ведьма.
— Откуда ты знаешь про сходку? — удивилась я, и Нутий повторил мои слова.
— У меня есть шпион в этом мире, — усмехнулась ведьма. — Так что рассказывай.
Тогда еще я не знала многого и решила, что шпионом у ведьмы работал один из упырей, так некрасиво щелкавший клыками. Как же наивна я была, как верила окружающим, ведь иначе бы непременно догадалась об истинном шпионе.
— Они знают, что Сердце Мира у тебя, и знают, что ты вернешься. Они ждут тебя завтра вечером, — послушно повторил за мной Нутий. — Они хотят сразиться с тобой.
— Все верно, значит, призраки передали мое послание. Все идет именно так, как я и задумала.
— Что ты собираешься делать? — озвучил Нутий ведьме мой вопрос.
— Я появлюсь, когда придет срок. Зачем же лишать их праздника. Если они меня ждут, то дождутся. Уж это я могу обещать!
— Зачем появишься? — следом за мной спросил Нутий.
— Мой глупый слуга, неужели ты не понял, что этот мир гибнет? Он исчезнет навсегда. Уже совсем скоро. Я приду лишь для того, чтобы посмотреть на его агонию, я хочу подпитаться его энергией. Будет много, очень много энергии. Энергия целого мира!
— Ни фига себе! — пробормотала я. Одно дело — знать, что существует какой-то там отдаленный конец света, и совершенно другое — вдруг услышать, что осталось всего чуть больше суток. Нутий тут же повторил за мной.
— Что? — насторожилась ведьма. — Рядом кто-то есть?
— Никого. Я хочу выжить. Как выбраться отсюда? — повторил за мной Нутий.
— Никак, — рассмеялась ведьма. — Пока никак. Ты еще должен послужить мне. Ведь для этого я и создала тебя.
— Создала? — удивилась я, а Нутий это повторил, правда, не сразу, а с задержкой в несколько секунд. Будто он сомневался в необходимости этого вопроса.
— Разумеется, создала. Ты помнишь, кем ты был? Или тебе напомнить?
— Не надо, — без всяких подсказок пробасил Нутий. Он, в отличие от меня, явно понимал, о чем идет речь.
— Ты помнишь, что тебя я выбрала из нескольких тысяч? Ты помнишь, что тебе я доверила это задание? Ты помнишь, что должен еще оправдать мое доверие? Ты ведь знаешь, что с тобой случится в противном случае. Ты этого хочешь?
— Нет, — пробурчал Нутий, и снова без моей подсказки.
— Тогда слушай. Ты больше не должен защищать Бунталину от злотышей. Если они еще раз прорвутся, сил у них будет в десятки раз больше и они утащат Бунталину в Черный мир. Ты не должен им мешать. Понял?
— Да, — пробубнил Нутий.
— Хорошо. Если же злотыши не успеют прорваться, мне понадобится твоя помощь.
Мы с Нутием молчали, он молчал по привычке всегда молчать, а я — от естественного чувства недовольства, возникшего после таких слов объемной ведьмы. Признаться, в этот момент какие-то там злотыши перестали пугать меня, подумаешь, бегают себе, сопли распускают, максимум, что они могли сделать, — перетащить меня в Черный мир из этого, почти мертвого. Да на фоне происходящего еще не известно, что хуже.
— Если злотыши не явятся, то ты должен неотлучно быть рядом с Бунталиной. Ты должен быть с ней до конца. Ты должен будешь следить, чтобы она не добралась до меня. Чтобы она не приблизилась ко мне ближе чем на пять шагов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
