сделала один глоток и поставила чашу на пол. Он улыбнулся, глядя на эту столь милую ему хананьскую привычку, и сказал:
— Хорошо слушай.
Он говорил довольно долго. Всё это время Пейри слушала затаив дыхание. В какой-то момент она закрылась плотным ментальным щитом. Он заметил это, помрачнел, но продолжил говорить. А когда закончил, она сказала:
— Бедный, какие ужасные вещи тебе пришлось делать ради нас. Я точно должна попасть с тобой в темные миры, я знаю.
Коракс рассмеялся.
— Прости любимая, но я не могу сказать, что так уж сильно страдал всё это время. Откровенно говоря, мне безразличны все эти люди, которых я убил, и женщины, которых продал.
— Ты просто привык, но тебе не всё равно. Ты ведь не хочешь служить наместнику? Я это знаю.
— А разве у меня есть выбор?!
— Да. Помоги всем этим людям, который арестовал Цебер, и мы уплывем из Ненавии. Лучше я буду нищей, но рядом с тобой.
Коракс молчал, погруженный в размышления. Пейри подождала немного, сделала еще глоток вина и спросила:
— Ты не рассказал, зачем украл эту девушку.
Коракс поднял на неё взгляд, недобро усмехнулся и ответил:
— Буквально за час до этого я зашел в таверну и встретил там Луция. Он поведал, что наместник приказал привести во дворец семьи всех магов, служивших Арису.
— Поэтому мы в случае визита посторонних должны прятаться в тоннеле? — спросила Пейри.
— Да. Хотя я почти уверен, что нас это не коснется. Так вот, я понял, что Медея будет следующей. Я не говорил тебе, но слухи, которые ходят по городу — правда. Наместник убивает женщин. Таких типичных как Медея ассуринок с рыжими волосами.
— Ты в этом уверен? — Пейри смотрела на мужа полными ужаса глазами.
— Да, однажды я оказался в южном заливе, который находится совсем недалеко от дворца, так вот там плавает множество его жертв.
Пейри побледнела, по пальцам пробежала мелкая дрожь. Коракс вдруг понял, насколько неправильно было столько лет ограждать жену от реальности. Но менять что-либо было поздно.
— Так вот, я вспомнил, что у меня с этой семейкой счеты и решил, что лучше пусть она будет тут. Теперь я могу вертеть Делианом как захочу: заставить валяться в ногах или работать на себя. Ведь у меня его семья.
— Марий! Как ты можешь такое говорить! — Пейри смотрела на него неверящими глазами. — Ты просто хотел её спасти, но сейчас почему-то пытаешься меня убедить, что это месть.
Коракс молчал. Под её взглядом он почти засомневался в мотивах своего поступка.
— Ты должен рассказать ей всё. Она же напугана!
— Вот и хорошо! Из-за неё я лишился стихийника! Жена Делиана должна за это заплатить!
Пейри всплеснула руками.
— Ну зачем тебе это нужно, Марий?!
— Могу я себе позволить хоть такую малость? Я еще заставлю эльфа ползать передо мной на коленях и просить прощения за то купание в Ханани!
Глава 23
Аристодемос Регас или Дем, как прозвал его Арис, стоял в свите наместника на портовой площади. Сегодня торговцев сюда не пустили. Более того, рано с утра тут всё вымыли и украсили цветами. Цебер встречал свою невесту царевну Ариселлу. На самом деле торжественный первый прием можно было устроить во дворце. Всё это представление в порту было лишь предлогом, чтоб своими глазами увидеть корабль, на котором прибудет ритреанка.
Встречающие прибыли слишком рано, ритреанцы только подплывали. Цебер вылез из своих носилок и задумчиво рассматривал приближающийся корабль из тикового дерева с пурпурными парусами из хананьскойго шелка. А он воистину был прекрасен, как и те суда, что его сопровождали. Несмотря на прохладный утренний бриз и зонт, который держали над наместником слуги, он явно маялся от жары. Цебер хмурился, губы странно двигались, будто общается с невидимым собеседником.
Вот уже который день Дем пытался добиться аудиенции наместника, но тот отказывал ему через секретарей под самыми банальными предлогами. Да и сейчас время для обращения к правителю было не особо подходящее. Но Дем понимал, что как только царевна сойдет с борта корабля, шанса поговорить с правителем у него уже не будет.
Он приблизился к Цеберу, поймал его взгляд и вежливо поздоровался.
— Досточтимый актирен, прошу уделить мне немного вашего ценного времени.
Наместник нахмурился еще больше, но, видимо, не нашел причин, чтобы отказать ему в этот раз.
— Говори, Регас.
— Я хотел спросить — откуда у вас появилась информация о том, что Арис Родас — изменник? Два месяца я постоянно находился рядом с ним и видел, как Арис тщательно контролировал строительство кораблей. Он старался на благо Эралама и не может быть изменником. Что уж говорить о пиратстве, если он постоянно находился на верфях. И в битве в водах Ритреи Арис проявил…
— Регас, — прервал его наместник, — ты еще очень молод и ничего не понимаешь. Арис собирал флот, это мы узнали при допросе служивших у него людей. Арис — предатель. Я приказал ему взять Эдрунг, и он вполне мог это осуществить. Ты ведь тоже там был! Но вы вернулись обратно! Что вы там делали? Уничтожили пару скал и тройку кораблей? Вон сколько их сопровождает мою невесту. А говорить про старания на верфях и вовсе нечего. Посмотри на этих красавцев! Они совсем не такие, как наши! Так что я бы на твоем месте не вступался за заговорщиков. А то я могу случаем подумать, что ты один из них.
Дем смотрел на наместника и не верил своим ушам. Он вырос в доме правителя, но с таким лицемерием сталкивался впервые.
— Но не может же человек, который вложил столько сил в строительство флота и провел такую блестящую битву, быть предателем…
— Наш разговор окончен, Регас. Похоже, ты намного глупее, чем я думал о тебе.
— Регас, ты должен следить за толпой, среди неё могут оказаться заговорщики. Не стоит портить настроение господину наместнику, перед встречей с невестой, — услышал он Рубентия.
Во взгляде темного читалась угроза.
— Но я не могу молчать, когда собираются казнить ни в чем невиновного человека!
Рубентий подошел к Дему и взял его за предплечье. Хватка ощущалась как раскаленные клещи. Впервые кто-то посмел так в открытую применить силу против юного аристократа. Дем с изумлением уставился на темного, а тот потащил его прочь от наместника. Когда они отошли, маг отпустил его руку.
— Ты совсем сдурел, мальчишка? Если тебе сказали, что Арис — заговорщик, значит, это так. И больше не смей лезть к наместнику, пока он сам не пожелает с
