расхохоталась в голос, ибо на этих словах блондин одарил меня полным неподражаемой томности взглядом и блеснул белозубой улыбкой.
— Боже, наверное, он сейчас кажется себе страшно обаятельным. — про себя усмехнулась я. — Ну, посмотрим, посмотрим. Предполагается, что я в этом месте должна растаять и страстно возжелать пасть в его объятия?
— Мадемуазель — моя спасительница. — вдохновенно медоточил наш хромоножка, — Если бы вы не подобрали меня на дороге — я бы совсем пропал.
— Ага, прям бедный несчастный щеночек на обочине — не меньше. — начинала злиться я, — И что же тебе от нас надо, белый Бим, чёрное ухо?
Пока было понятно только то, что товарищ из шкуры вон лезет, чтобы произвести приятное впечатление и втереться в доверие. Мне это представление надоело и я, вежливо попрощавшись, ушла к себе в комнату — сводить бухгалтерию. И так вон сколько времени потеряла.
Часа через полтора спустилась в столовую, чтобы налить себе кружечку чая, застала компанию в том же составе.
— Вы не против, если я воспользуюсь вашей повозкой, а Грома заберу завтра, когда немного поутихнет боль? — жалостливо заявил наглец, когда набор тем для разговора был исчерпан и становилось очевидно, что гостю пора на выход.
— Конечно. — согласилась Иветт, — я попрошу Сезара сопроводить вас до постоялого двора — тут не далеко.
— Вот змей! — мысленно возмутилась я, — Оставил, значит, для себя повод завтра повторить визит. Прекрасно мог бы и сегодня своего скакуна к месту парковки отогнать.
То, что дело пахнет керосином и вся эта камедь в лицах — вовсе не случайна — сомнений уже не оставалось.
Вечером, когда вернулся Поль, тётушка рассказала ему о случайном госте. Лорд слушал новости насупленно хмуря брови.
— Где, говоришь, остановился этот… господин?
— Сезар высадил его у самого «Медного кинжала» и помог подняться внутрь.
— Ну посмотрим, что там за виконт. Что-то не припомню таких.
— Господи, дорогой, ну как ты можешь знать все фамилии? Тем более, что месье не из местных.
На следующее утро, сразу после завтрака, в дверь громко постучали, извещая о прибытии посетителей. Ну, конечно, это был наш вчерашний гость. Довольно бодро войдя в гостиную (быстро же у него прошла нога), он учтиво раскланялся передо мной и Иветт. Я уже почти собралась на работу.
— Ах, милые дамы, сегодня на улице просто благодать. Чудесная погода. Чудесная! — начал свой «заход из-за печки» блондин, — Мадемуазель Таис, я всю ночь думал, каким образом мог бы выразить вам свою благодарность, и, наконец, решился пригласить вас на прогулку. Будьте милосердны — не откажите в такой приятной малости. Экипаж ожидает у ворот.
Мои брови медленно полезли вверх. И тут, усугубляя эффект, за спиной как гром раскатилось:
— У мадемуазель Таис несколько иные планы, уважаемый виконт… э-э… Марсиль, если не ошибаюсь?
На ступенях лестницы стоял Поль. Глаза его метали молнии и угрожали серьёзно подпортить блондинчику очарование этого утра.
Гость, верно оценив расстановку сил, предпочёл поспешно ретироваться, а вконец охреневшая я уехала на производство, оставив свои невысказанные претензии на вечер.
Глава 52
День прошёл кубарем — я всю дорогу «булькала» на такую дурацкую утреннюю реакцию Поля.
Нет, он что, в самом деле считает, что может принимать решения за меня? Какого чёрта?!.. Или я что, произвожу впечатление совершенно беспомощной барышни? Да, этот лощёный хлыщ — тот ещё скорпионский сюрприз. Но стоило хотя бы выяснить, на что он рассчитывает! И вообще, я что, похожа на дуру, способную повестись на эти смешные уловки с поигрыванием бицепсами и бровями? Ха! Бесят эти мужики! Что один, что второй!
Наши взаимоотношения с лордом на сегодняшний день приобрели какой-то непонятный характер. Его интерес ко мне совершенно очевидно вышел за рамки «братского», но на этом всё и застряло. Складывалось впечатление, что он, как будто, не считает для себя возможным нарушать данное мне тогда в кабинете обещание. Я про «стоять над душой, как старший брат, и не дать залезть куда-то там в неблагополучное место.»
При этом, все его вот эти периодически проскальзывающие выходки и реакции сильно смахивали на ревностное собственничество. Нет, ну нормально? И сам при этом «ни тпру, ни ну». Каков перец?!
В общем, пыхтела, как паровоз. Разве что не искрилась и чуть не испортила партию фарша, два раза отвесив соль. Хорошо хоть рука вовремя остановилась.
— Так, надо брать себя в руки. Иначе я тут какой-нибудь местного масштаба катаклизм устрою. - делая медленный вдох-выдох, урезонивала себя я, — Все разборы полётов — на вечер. Надо постараться избежать откровенной ссоры, но расставить всё по своим местам тоже необходимо.
К концу рабочего дня Поль заехал за мной, чтобы отвезти домой.
Некоторое время ехали молча. Но оба понимали, что этот разговор должен состояться именно сейчас — чтобы не расстраивать ненужными публичными эмоциями и подробностями переживательную Иветт.
— Таис, тебе нужно быть осторожней со всякими проходимцами. — первым начал он.
— А где же, извини, дорогая Таис, я с утра немного погорячился? — возмущённо подумала я. А вслух, назло ему, брякнула, — И с чего ты взял, что виконт — проходимец? На вид — так очень даже приличный человек.
И вызывающе уставилась ему в лицо.
— Да как ты не понимаешь? Я сегодня навёл справки про этого Марсиля — знаешь, что о нём говорят?! — горячился он.
Видимо, за день тоже успел «накрутить» себя.
— Что он отравил свою бабушку, чтобы получить наследство, а так же восемь раз был женат, а на сей момент опять вдовец? — съязвила я.
— Что-то вроде того. — пыхал негодованием мой спутник, — А вы с тётушкой так опрометчиво тащите его в дом.
— Матушки мои! — не выдержала я, — Надо было бросить раненого человека на дороге? Или у него на лбу написано, что он — проходимец и вообще засланный шпион?
— Да как ты не поймёшь, что всё ещё находишься в зоне риска?! — как будто не слыша меня упёрся в одну точку Поль.
— А кто тебе сказал, что я этого не понимаю?! Ты в самом деле решил, что я распустила слюни, глядя на этого павлина и растеряла остатки разума? И кроме гениального тебя никто не в состоянии догадаться, что это — вторая часть «представления» от наших конкурентов?
— Было очень похоже на то. — буркнул он.
Вот этой несправедливости уже стерпеть совсем не могла.
— Понятно. Диалога не получилось. Будь так любезен, поищи дураков в зеркале и избавь меня от своих домыслов. — сказала я и, не дожидаясь помощи, вперёд него вышла из кареты, направляясь к дому.
