огляделся и потянул с тумбочки пушистые наручники.
– Можем не просто… Хочешь развлечься? Согласно, так сказать, статусу заведения.
– Астахов, – деланно удивилась Рокси, – ты никак по наручникам соскучился? Не хватило? Так сказал бы, я нормальные прихватила, а не эту фигню.
– Как это фигня, – обиделся Илья. – Нормальные наручники, сам выбирал.
– Да они одним пальцем рвутся.
Илья усмехнулся и демонстративно попытался наручники растянуть. Он тоже когда-то купился на тонкую, несерьезную цепочку, соединяющую два плюшевых кольца, и даже высказал Киму все, что он думает о его товаре, добавив, что никто не хочет платить клиентам за моральный ущерб, когда это порвется в самый неподходящий момент. Ким оскорбился в лучших чувствах и высокопарно предложил Илье их порвать. Илья попробовал. И еще попробовал. И со всей силы попробовал. Отделался синяками на запястьях, а цепочка даже не деформировалась.
– Силенок не хватит!
– Спорим?
– На что?
– Ты там что-то говорил про то, кто командует…
– Ну, нет, – отказался Илья. – Ни на что по твоей работе я не спорю.
– Тогда на желание. – Рокси, азартно блеснув глазами, вскочила на колени. – Боишься проиграть?
Не то, чтобы он боялся, просто разум намекал, что садиться играть с шулером, у которого все тузы крапленые, очень опрометчиво. Некстати вспомнилась вывернутая из стены решетка. Хотя решетку он бы тоже выбил, если бы не тупил на замок, не так уж это и сложно, там все на соплях держится. Модификация модификацией, но Рокси все-таки девочка, и не сказать, что крупная, вот с ее капитаном он, пожалуй, поостерегся бы спорить… Илья еще раз подозрительно покосился на наручники, признавая, что любопытство победило. Неужели порвет?
– Давай!
Рокси подставила руки, и Илья защелкнул наручники. Рокси тут же попыталась развести руки, и рукава футболки натянулись, облепляя бицепс. Так себе бицепс, у него точно больше. Не порвет.
– Ну что, мне загадывать желание?
– Да чего там загадывать… – Рокси перестала растягивать наручники и скрестила руки перед лицом, словно закрываясь от Ильи. – Знаю я твои желания… Размечтался.
Момент рывка Илья засек, но как она это сделала, не понял. Еще секунду назад Рокси сидела совершенно расслабленно, трогательно прячась за скрещенными ладонями, резкий выдох, и… руки разлетелись в стороны, словно и не было никаких наручников, лишь лопнувшее звено цепочки упало на кровать.
– Напомни мне больше с тобой не спорить… – Илья подобрал разорванное колечко. – Как ты это сделала?
Рокси высунула язык, моментально превращаясь из невозмутимого сотрудника службы безопасности в совершенно обычную девчонку, только что щелкнувшую по носу сидящего напротив сноба.
– И какое желание?
– Я еще не придумала, но ты мне должен!
– Должен, – признал Илья, помогая снять остатки наручников. – Слушай, Рокси, спросить хотел… Про моего деда… – Илья поморщился, подбирая слова. – Это правда? Или вы просто сказали… чтобы я не сопротивлялся? Только не ври, ладно? Уже не важно, я обещал помочь, и я помогу, просто знать хочу.
Мысль сидела занозой в мозгу, не давая расслабиться. Илья продолжал прокручивать разговор с полковником, пытаясь найти хоть что-то, что позволит распознать ложь, и не находил. Старался отодвинуть мысли, спрятать, не думать, и не мог. И вот, глядя на веселящуюся Рокси, сломался, отлично понимая, что она не тот человек, с которым это надо обсуждать. А с кем надо? Хелен он не сказал, и Яну не скажет, и тем более Женьке, потому что стыдно. А Рокси не будет ужасаться и отводить взгляд, хотя бы потому, что не видит в этом ничего криминального.
– Да. У нас в классах висели его портреты и… не знаю… я наизусть учила его манифест безопасности…
– У нас тоже висели, но учили мы другое.
– Прости… Я думала, ты знаешь и гордишься. Ты так им хвалился тогда…
– Чем тут гордиться? – скривился Илья, отворачиваясь и сжимая в кулаке браслет наручников. – Тут имя впору менять.
Рокси помолчала и неожиданно сказала:
– Помнишь, ты сказал, ну что нечестно так модификантов делать, и все такое. Пока валялась в больнице, попросила посмотреть свою личную карту. Вообще-то это запрещено, но Борис Евгеньевич дал доступ.
– И?
– Моя генетическая карта при рождении – А0.
– Что? – поразился Илья. – Ты же говорила…
– Да, я была совершенно здоровым ребенком. Идеальным. Как оказалось, для боевой модификации нужна карта не ниже А2. Я не знала.
– А…
– Вот так… Ты был прав.
– А теперь что?
– Ничего, – равнодушно ответила Рокси, – как видишь, я не ушла из Конторы, не стремлюсь биться за правду. Можешь считать меня трусом.
Илья молчал, понимая, что не ему говорить про подлость СБ и осуждать Рокси. Потерял он такое моральное право. Его дед создал монстра… и вовсе не тех то ли рыб, то ли людей. СБ было самым чудовищным спрутом, душащим Город, оплетающим его своими щупальцами и равнодушно наблюдающим за бьющейся в агонии добычей. Так было, так есть, и так будет. Аксиома, не требующая доказательств, лишь подтверждающая бессмертное: там, где торжествует серость, к власти всегда приходят черные. Деду повезло, что он не дожил до дня, когда порожденное им чудовище сожрало его дочь. А мать? Мать знала, что именно швырнул на алтарь науки ее отец? В любой семье есть свои скелеты в шкафу, но не таких же размеров!
– Илья, ты чего? – Рокси накрыла его кулак ладонью. – Ты в этом не виноват.
Илья тупо посмотрел на нечто бесформенное, бывшее недавно браслетом – надо же, а когда специально ломал, не сломал.
– Ты тут ни при чем, – настойчиво повторила Рокси, вытягивая поломанный браслет из побелевших пальцев. – Не надо. Ты – не твой дед.
– Откуда ты знаешь, – усмехнулся Илья, чувствуя, как внутри ворочается тоскливая злость. – Мы наследуем гены предков, может, мое истинное предназначение – добить эту планету.
Рокси странно ухмыльнулась, дернув щекой, но тут же улыбнулась нормально.
– Я надеюсь, ты у нас – не Мистер Зло, и планета выживет.
– Есть хочешь? – сменил тему Илья. – Могу заказать что-нибудь.
– Лучше отдай мне мой комм.
– Вот с Яном встретимся, и отдам.
Рокси нахмурилась, и Илья вздохнул, понимая, что сейчас ему расскажут про ранимого полковника, который места себе не находит, волнуясь за них. И что на совести Ильи будет как минимум один инфаркт, и что необходимо срочно все доложить начальству, а то иначе какой это подвиг, ерунда какая-то, а не подвиг. Еще и про приказ вспомнят, без которого шагу ступить нельзя. Тоска зеленая.
– Йоко, включи музыку.
– Конечно, – пропел мелодичный девичий голос. – Что-нибудь романтичное? Классическое?
– Давай, – согласился Илья, спрыгнул с кровати, обошел ее и, остановившись перед Рокси, церемониально поклонился. –
