Другое дело, если супругом полукровки становится волшебник с таким же статусом крови или чистокровный… .
Гермиона не помнила лекции Мартина Булстроуда дословно. Да и вряд ли волшебник объяснил все тонкости. Ведь ещё существовала какая-то зависимость от пола и возраста, о которой упомянули вскользь.
Девушка злилась на собственную память, которой так восхищались профессора в Хогвартсе, и всерьёз подумывала о собственном думосбросе.
Но, к счастью, этого не потребовалось. Вечером первого сентября с ней через Сквозное зеркало связался Люциус Малфой. Выглядел светловолосый маг откровенно уставшим. Словно совсем недавно произошло что-то изматывающее.
Я договорился с Милисент о тебе, — без приветствий и предисловий сообщил он. — Она будет ждать тебя завтра в полдень в кофейне «Под холмом». Это где-то в Дублине. Найдёшь сама.
Но…
Учти, Гермиона. Я неделю стелился перед дочерью Мартина ради твоей клятвы. Если вздумаешь не прийти, то никакой помощи больше не жди. Где и как искать информацию о Ритуале будешь думать сама.
Нет, я…
Милисент, конечно, потребует много золота, — волшебнику её попытки поддержать разговор, были решительно неинтересны. — К этому будь готова. Давать информацию о запрещённых ритуалах всегда большой риск. А ты до сих пор считаешься лучшей подругой Поттера. Милисент не знает твоей полной истории, поэтому её опасения понятны. Помимо денег она может потребовать магической клятвы о неразглашении. Или соответствующего контракта. Но здесь уж как договоритесь между собой. Тебе всё ясно?
Завтра в полдень. Кофейня «Под холмом» в Дублине, — повторила Гермиона.
Правильно. Не забудь кошелёк и чековую книжку.
Не забуду… . Хм… . Спасибо, мистер Малфой.
И купи какой-нибудь справочник по этикету, ради Мерлина! — Люциус Малфой слегка поморщился. — Раз ты собираешься создавать свой магический род. Как у тебя дела? Как погода в Хельсинки?
Откуда… . Ах да, он же наложил на неё следящие чары. Её перемещения по миру не секрет для Люциуса Малфоя. И ответа на свой вопрос он не ждал.
Слышал, что ты обратилась за помощью к Стеббинсу. Гоблины порекомендовали? Ходят слухи, что он сам немного гоблинской крови. Но финансист просто отличный. И со своими клиентами носится как с малыми детьми. В этом тебе повезло. Но свяжись с ним и попроси, чтобы он не слишком увлекался исками и судами. Необходимо соблюдать осторожность. Дамблдор по неизвестной нам причине пытается пропихнуть в комиссию своего человека. Всякие приличия потерял.
Я свяжусь, — ответила Гермиона, наблюдая, как отражавшийся в маленьком зеркальце волшебник, вновь морщится, словно испытывая боль. И всё же решилась спросить. — У вас что-то случилось?
Когда у тебя появятся дети — поймёшь… . Что такое стихийная детская магия, — волшебник слегка скривился. — На этом у меня всё. Как только обсудишь всё с Милис, свяжешься со мной.
Спа… .
Но договорить Гермиона не успела — зеркальце погасло. Люциус Малфой совершенно ясно показал, что благодарность магглорожденной колдуньи ему не нужна. «Благодарность — это лишь слово», вспомнились его слова в Азкабане. Что же они обсуждали тогда? Гермиона не помнила.
Следующий час она дозванивалась до аэропорта и заказывала билет до Лондона. А потом спешно собирала вещи, потому что выяснилось, что ближайший вылет через час и до полудня следующего дня рейсов в Англию не предвидится.
В клинику Гермиона звонила уже из такси. Ей пришлось долго объяснять доктору Валяйнену, что она вовсе не собирается отказываться от его услуг. Как можно, если она уже перечислила на его счета половину суммы. Нет, ей нужно отлучиться в Англию по срочным делам. Несколько день. Скорее всего, три. Но не больше. Да, она понимает, что из-за этой поездки вся подготовка насмарку. Да, она помнит, что за повторные процедуры придется доплачивать — это прописано в контракте мелким шрифтом. Неужели уважаемый мистер Валяйнен думает, что она не читала контракт? Нет, она ещё не выбрала донора. Не успела изучить каталог. Придётся заняться этим по возращении. Тем более что времени будет предостаточно. Да, она помнит, что нельзя пить и есть продукты, содержащие алкоголь. И о препаратах помнит! И никаких сексуальных контактов! И это тоже!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Последние фразы Гермиона просто прокричала, испугав таксиста. Она всё помнит! Не нужно повторять ей по десять раз одно и тоже!
На заканчивавшуюся посадку пришлось бежать через весь зал. Она никогда так не бегала — расталкивая людей и опрокидывая чьи-то чемоданы. Следующие несколько часов она мучилась от ощущения ободранных наждаком лёгких и горла.
Но она всё же успела.
* * *
Опаздываешь, Грейнджер, — недовольно протянула Милисент Булстроуд. — Я уже собиралась уходить.
Гермиона нахмурилась и потянула с плеч насквозь промокшую куртку.
Эти проклятые дожди! В Хельсинки ослепительно голубое небо, яркое солнце и осень только-только начала золотить деревья. А Англия может похвастаться зеленью листьев, проливными дождями и «фирменным» туманом, неизвестно откуда берущимся. Словно его регулярно наколдовывают.
Из-за грозы два раза откладывали рейс в Дублин. А по прилёту в главный город Ирландии оказалось, что ливень нагнал самолёт. От влажности и вездесущей воды у Гермионы волосы торчали в разные стороны, как у спятившего ежа. К тому же она не спала почти сутки и чувствовала себя ужасно. Нарушение режима, как сказали бы врачи из «Серебряного источника».
Милисент Булстроуд же выглядела отвратительно сухой и довольной жизнью. Перед ней стояла большая кружка с вкусно пахнущим кофе и блюдо с десертом. Больше всего на свете Гермиона в этот момент люто завидовала ей именно из-за кофе и пирожных. Со своим полудырявым желудком она могла рассчитывать, в лучшем случае, на зелёный чай.
Дождавшись, когда официантка принесёт «зеленую муть с жасмином», как, скривившись, обозвали её заказ некоторые чистокровные, и заберёт опустевшее блюдо, мисс Булстроуд быстро выложила на стол маленький предмет. Серебряную фигурку гиппогрифа. Зачарованную, конечно.
Гермиона ощутила слабую волну волшебства и все звуки — перестук чашек, приглушенная музыка, шелест дождя — стихли. Эта фигурка оказалась каким-то защитным артефактом. Занятная вещица — раньше она о таких даже не слышала.
Лорд Малфой поручился за тебя, — сказала Милисент. — В любом другом случае я бы отказалась.
«Поручился»… . Вот как?
Всю нужную информацию по Ритуалу создания семьи ты получишь. Я сделаю выписки из архива Совета, копии документов-образцов и отдам тебе. Познакомлю с арифматиками, рунологами и создателем гербов. Любые вопросы с твоей стороны. Я отвечу. Это будет стоить денег. Шесть тысяч галеонов. И еще четыре после проведения Ритуала. С моей помощью он пройдёт успешно.
Десять тысяч галеонов. Гермионы мысленно помянула Слизерина и Мерлина. Одна восьмая часть того, что у неё осталось после начала формирования «финансового ядра». А ведь еще потребуются расходы на дом, ремонт, оплату услуг Стеббинса, оплата долгов унаследованных компаний… .
Наличными или чеком? — тихо уточнила она.
Чеком если у тебя есть книжка «Гринготтса», — уголки губ колдуньи дрогнули в слабой улыбке. — Другие банки ненадежны, потому что их держат люди.
Милисент Булстроуд внимательно наблюдала, как Гермиона заполняет чек.
Милисент Андреа Булстроуд, — подсказала она, когда девушка начала заполнять строчку «Получатель».
Гермиона расписалась и, с оглядкой на окружающих их столик магглов, приложила волшебную палочку. По чеку пробежали красные искорки, погасшие через несколько секунд. Но отдавать драгоценный кусочек пергамента сразу она не стала. Впрочем, этого от неё и не ждали.
Булстроуд порылась в большой сумке из драконьей кожи и выложила на стол лист пергамента, украшенный крупными рунами по краю и заправленное чернилами длинное перо.
Любуйся. Не начнём, пока не подпишешь.
Магический контракт — как и говорил мистер Малфой. Гермиона тихонько вздохнула. В последнее время она подписывает много договоров. У гоблинов, у Стеббинса… теперь вот у Булстроуд. Она обрастает магическими обязательствами быстрее, чем кактус отращивает колючки.
