Когда я открыл глаза, то никого не обнаружил. Мы по-прежнему стояли на своих местах, приходя в себя от испытанного потрясения. Я первым опомнился и обернулся, провожая стаю.
— Бежим! — спохватился я первым, заставляя двигаться онемевшие от страха ноги.
Мы пустились вниз по склону. В голове билась одна мысль: «Нужно успеть!»
За разыгравшейся пургой я не видел, что происходило на мосту. Ясно одно — назревала схватка. Неужели Вестару понадобилось вырезать всю охрану ради того, чтобы подобраться к Змогу? Ведь он мог выбрать более легкий путь — просто притвориться, что он прибыл по приказу Царимира. Зачем ему атаковать крепость?! Но потом меня пронзила мысль, которую я все это время отгонял. Все шло по заранее продуманному плану. Ведь преступление продумывалось годами... И если Арзу и оставил бы меня в живых, то Вестар все равно добрался бы до меня! Ведь он ненавидит меня, потому что его жену убил мой отец.
Я бежал сломя голову. Холодный ветер пронзал мое разгоряченное тело. Нам пришлось преодолеть огромное расстояние. К башне было не подступиться, а единственный мост перекрыт.
— Нам сюда, — сказал Ману, закрываясь рукой от метели. — Когда-то Царимир показывал мне план крепости. Он хотел, чтобы я охранял башню, но передумал и оставил меня в замке.
Оказавшись перед двухэтажным строением, мы нырнули в низкую неприметную дверь. Здесь было холодно как на улице. Посох тускло засветился — и я мог немного оглядеться. Потолок терялся где-то в высоте. Много хлама, припасов, оружия, мешков с провизией, уголь, дрова... Здесь было все, что необходимо для существования. Не оказалось и привратника, который должен охранять склады. Наверное, стража бросила свои посты, чтобы задержать нежданных гостей.
Протиснувшись среди бочек, мы прошли через пахнущие плесенью тулупы. Наткнувшись на стену, Ману с усилием отворил дверь. Из темного проема сквозило. Пригибаясь, чтобы не удариться головой о притолоку, мы проникли в узкий коридор. Какое-то время мы шли в полной темноте. Я попытался воздействовать на посох, чтобы немного осветить путь, но он не отзывался. Миновав коридор, мы зашли под арку, освещаемую факелом. Здесь воняло прелым сеном и крысами. Мы осторожно прокрались к лестнице. Я хотел спросить, сколько же узников держат здесь? Но так и не спросил, потому что знал... Я чувствовал их присутствие за толстыми каменными стенами. Меня объяли одиночество и смертельная тоска. Я знал, что в основном здесь были заточены заклинатели, которые нарушили закон. По замку ходили слухи, что заключенным отрезали пальцы, чтобы они не могли держать посох. Такое жестокое обращение предложил Арзу, чтобы запугать народ. Интересно, а Царимир отдавал такие приказы?!
Узники почувствовали наше присутствие. И я тут же защитился. Я не решался заговорить с Ману об этом, опасаясь быть услышанным, и тихо следовал за ним. Мы взбежали по каменным ступеням. Посох неожиданно вспыхнул, озаряя коридор. Ману обернулся.
— Зачем ты?
— Он сам, — ответил я растерянно.
Быть может, посох почувствовал мою нарастающую тревогу. Еще немного — и я встречусь с живым отцом, а не с видением!
Откуда-то из подземелья раздался душераздирающий крик. Оглушительный рев сотряс стены. Это было настолько неожиданно, что я выронил посох, закрыв уши. Меня оглушило от перепада давления. Нас пробрал чудовищный страх. Когда рев прекратился, Ману потянул меня за собой наверх. Я схватил посох и как обезумевший побежал по ступеням вслед за Ману. Страх подхлестывал. Опасность гнала вперед.
— Что это? — выдохнул я.
— Не знаю, но лучше нам не останавливаться, — ответил Ману.
Я ни разу не обернулся, боясь увидеть погоню или того, кто издавал чудовищные вопли. Чтобы это ни было, нужно спешить.
Оказавшись в замкнутом помещении, мы перевели дух. В кромешной тьме Ману наощупь затворил дверь. Железный засов лязгнул — и по комнате прокатился грохот. Совсем рядом, через стену, были камеры узников. Преступников и убийц. Я остро чувствовал их страдания и муки. Возможно, они тоже слышали рев и испытывали страх. Это вытягивало из меня Силу, больше чем мои собственные чувства. Я устал — и посох в моей руке стал тускнеть. Все мои самонадеянные попытки противостоять Вестару рушились.
— Куда дальше?
— Да пришли уже... — Ману указал куда-то в темноту. Его испуганный вид не соответствовал уверенному голосу. Ману трясло, его дыхание от беспрерывно бега и страха все не могло выровняться. Он настороженно прислушался.
В тусклом свете посоха я разглядел в стене выложенную из грубого камня арку, а в ней железную дверь.
И тут я почувствовал приближение чего-то чуждого. Мой страх говорил все без слов... Импульс, исходивший от двери, в которую мы только что вбежали, толкнул меня к арке. Я, не раздумывая, кинулся к двери, лихорадочно дернул ее. Не помогло. Я дернул сильнее. Безуспешно. Ману непонимающе уставился на меня. Он не догадывался, что происходит. А мой страх перед неизвестным убивал слова. Ключи... Я бросился шарить по стенам в поиске ключа. Я не знал, кто приближается к нам. Какая-то неведомая Сила, не похожая на Силу заклинателей, гораздо больше. И знал одно — с ней мне не совладать. Это не было узником, и даже воином... Что-то давило мне на грудь и сотрясало изнутри. К нам приближалось что-то огромное и свирепое. Я невольно сжал посох. Он начал яростно светиться, освещая большой зал. Стены оказались голыми. Да и вообще здесь присутствовало всего лишь одно старое массивное кресло.
Удар в стену заставил нас содрогнуться и застыть. Последовал еще один, более сильный и настойчивый... Ману побледнел и вжался в стену. Дверь трещала под непрерывными ударами. Меня охватил леденящий страх. Я вздрагивал вместе с встряхивающимися стенами. В голове была одна мысль — мы в ловушке. Удары не прекращались. Камни начали лопаться, и от двери поползли длинные трещины. Ужас сдавливал горло и оглушал. Стена постепенно рушилась. Я наблюдал, как сыпались камни и все думал, кто же может обладать такой свирепой силой. Ману скользнул к двери и попытался отпереть ее. Это заставило меня опомниться.
— Держи! — крикнул я, бросая ему посох. Он подхватил его.
Я выхватил лук и моментально натянул стрелу. Ману прильнул к двери, прижимая к груди еще меркнущий посох.
Стена посыпалась, а дверь со скрежетом отлетела в сторону. Огромная тень скользнула внутрь.
Пыль осела — и я увидел рогатую голову. Чудище задрало морду и люто заревело. Внутри все задрожало, словно на землю с небес посыпались огромные камни. Если бы тут были стекла, они бы разбились от невыносимого давления.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
