успеешь, как полный рот земли схаваешь. Бросит вниз на такой вот воздушной яме, просядет аппарат в воздухе, и тяни ручку на себя хоть до умопомрачения, а вытянуть его просто не хватит мощности мотора.
Но и летать на таких высотах одно удовольствие. Плывёшь в воздухе, а по-другому никак полёт на таких скоростях не назовёшь, каждую травинку внизу видно, все листики на деревьях различаешь. Даже птенцов в гнёздах пересчитать можно! Если бы не периодическая болтанка и не тугой ветер в лицо, то наслаждался бы и наслаждался полётом…
Второй разворот! Ширину круга километра четыре сделал. Пока и этого много для первого ознакомительного полёта, но меньше сделать просто рука не поднялась. В борьбе с самим собой победило желание летать и наслаждаться небом и полётом!
Справа реку разглядел, за ней поле и лес. А дальше уже ничего не видно, всё в дымке тает. И саму реку плохо видно, всё же далеко до неё. Серебром в той стороне сверкает, и всё.
На траверзе усадьбы глянул на наш импровизированный аэродром, уточнил ветер на посадке. «По солнцу» видимость лучше, не нужно прищуриваться и дымка почти отсутствует. Всё отлично разглядел, даже показалось, что отца на поле увидел. Ну и с ветром определился. Пока строили самолёт, постарались исправить прежние упущения — огородили лётное поле, выкосили и выровняли, как смогли, полосу для взлёта и посадки, поставили мачту с колдуном! В качестве последнего пошли чьи-то шёлковые чулки. Чьи именно, не интересовался. Моё дело дать Сашеньке ЦУ, а как и из чего она их будет воплощать в жизнь, дело хозяйское. Или прислуги? Хозяин-то я? Тьфу, ты! При чём здесь чулки? Я же ветер смотрел! Вот, кстати, наш полосатый чулок висит безвольной тряпкой, не трепыхается, значит, у земли ничего не изменилось, штиль. Это на высоте меня болтает то вверх, то вниз, то вообще из стороны в сторону кидает, а на земле хорошо, тепло и сыро!
К третьему срезал маршрут, сузил коробочку. Поэтому третий разворот плавно перешёл в четвёртый. Крен, конечно, пришлось немного уменьшить, но это и понятно. На выходе ещё подкорректировал курс, чтобы сразу оказаться на посадочной прямой без всяких там доворотов. И далеко не уходил, четыре километра на такой скорости показалось много, так я эти развороты выполнил на удалении от посадочных знаков километра полтора, два.
Вниз, вниз, в точку выравнивания. Газ прибрал, но чуть-чуть. Движок тут и так еле тянет, так что много не приберёшь. Иду ровно по глиссаде, даже приборов не нужно при таких-то условиях. Механизации нет, скорость выдерживаю на глазок, если бы не болтанка, было бы вообще хорошо. А так даже по сторонам особо не посмотришь, всё-таки первый полёт, приходится постоянно следить за высотой и за скоростью. Крены на автомате убираю, педалями практически не работаю, незачем. Самолёт отлично управляется, в воздухе сидит плотно, никуда не валится сам по себе и в стороны не рыскает. Правильно рассчитал аэродинамические точки, так получается!
Короче, иду в точку, усилия на ручке убрал скоростью, вверх не взмываю, вниз не проседаю, по сторонам не рыскаю и никуда не заваливаюсь.
Высота — тут всё понятно, пока только на глаз приблизительно прикидываю, на основании прежнего опыта. А скорость? Как уже говорил, по ручке определяю. Да, тоже опыт, а куда деваться-то? Если скорость падает, то самолёт начинает висеть на ручке, ворочается тяжело, становится валким и неповоротливым. Чтобы его удержать на глиссаде, приходится увеличивать тангаж, постоянно поддёргивать машину вверх. А это значит терять скорость ещё больше! В результате можно свалиться на крыло и… Земля-то вот она, бац, и всё. Угробишь машину и угробишься сам. Повезёт, если выживешь, но поломаешься точно. Проверять это утверждение на собственной шкуре нет никакого желания, поэтому скорость лучше не терять!
Если же скорость начинает расти, то аппарат как бы вспухает, вверх лезет, и его придавливать всё время нужно. Про приземление в нужной точке можно забыть, увеличение скорости на посадке ведёт к перелёту и даже уходу на второй круг. Короче, тонкостей тут хватает, объяснять долго, педагогический талант для этого нужен. В общем, лечу и ладно…
Над усадьбой прошёл низко-низко. Ну, не совсем низко, конечно, колёсами по крыше не прокатился, по коньку и печным трубам тоже не чиркнул, но… Это было близко, очень близко. Похулиганил!
Над трубой попал в горячий столб воздуха, вдохнул запах горящих дров и запоздало испугался. А ну как искры бы из печки летели? Вспыхнул бы мой самолётик за милую душу! Больше подобной глупости не сделаю, одного раза достаточно!
Краем глаза успел выхватить чей-то силуэт возле крыльца, а дальше уже не до смотрин было, промелькнул подъездной круг, липовая аллея с подстриженными шаром кронами, и вот она, полоса грунтовая, прямая, как говорили у нас когда-то!
Шр-р, шелестит пропеллер, мелькает внизу плетень, убираю обороты на малый газ и жду, жду, жду. Успеваю увидеть столпившийся под колдуном народ, и довольная усмешка сама собой налезает на лицо — наконец-то помощники и прочий деревенский люд перестали хаотично метаться по полю, научились порядку! Подействовала разъяснительная работа, точно подействовала. Ну и ограждение помогло, без него никакие объяснения не помогли бы…
Скорость падает, самолёт начинает проседать… Куда там нужно смотреть, чтобы притереть аэроплан к земле?
Вспомнилось из той жизни…
Читал когда-то очень интересную книгу про лётчиков… В ней опытный инструктор рассказывал об одном интересном эпизоде из своей богатой практики — кто-то из учеников никак не мог определить высоту выдерживания на посадке. И так с ним бились, и этак, ничего не получалось. То высоко выровняет, потеряет скорость и уронит машину, то низко. И тоже сильно приложит из-за высокой вертикальной скорости. Встал вопрос об отчислении курсанта.
После некоторого раздумья инструктор нашёл выход. В выходной оформил ему увольнительную, и целый день катался с ним на электропоезде по пригородным московским маршрутам. Посадил его у окна электрички и приказал смотреть в окно под нужным углом зрения, запоминать высоту…
Зато на следующий день тот курсант выполнил все посадки на «отлично»! Так-то…
Воспоминание пронеслось перед глазами в одно мгновенье, а руки уже плавно потянули ручку «на себя»! Вертикальная скорость уменьшилась, самолёт начал потихонечку выравниваться, переходить из снижения в горизонтальный полёт. Выдерживание. Земля всё ближе и ближе, снижаемся буквально по сантиметру. Осталось чуть-чуть, на два пальца высоты, пятой точкой чувствую я эту землю. Ещё чуток на себя, скорость падает, нос самолёта задирается… Колёса шуршат по скошенной траве, и аппарат мягко притирается к
