Я захлопнул папку.
— Так, а пострелять из всего этого великолепия мне сегодня дадут?
Шихей и Рэйчел рассмеялись.
* * *
— Мэнэми, а когда у нас получка предвидится? — осведомился я, когда мы вечером ехали домой.
— Завтра должны на счет перечислить, а что?
— Да так… — я хитро улыбнулся.
— Уж не имеешь ли ты в виду, что я могу не вернуть тебе долг? — с подозрением в голосе прищурилась Кусанаги.
— Да нет, что ты… Просто я тут немного подумал…
— О чем?
— Вот ты видела, в чем ходит Рин?
— Ну да, а что не так?
— Да все! У нее же, кроме школьной формы, ничего и нет — разве ж это правильно? Она же все-таки девушка и должна прилично одеваться, а для этого одного комплекта как-то, на мой взгляд, недостаточно будет…
— Ты смотри, какая забота! — делано удивилась капитан. — А я-то тут при чем?
— А при том! Знаешь что, Мэнэми… Давай ты мне не будешь возвращать долг, а лучше на эти деньги подбери что-нибудь путное для Уранами. Платья, джинсы, блузки и другие ерундовины там всякие — чтобы она выглядела как нормальный человек… Ты же все-таки тоже женщина, тебе будет в этом легче разобраться, чем мне.
— Хм… Ладно, договорились… Синтаро, а можно тебе вопрос задать?
— Конечно, валяй. Что такое?
— А зачем тебе и это? Ладно, все эти занятия и тому подобное — это можно объяснить тем, что ты готовишь себе напарника, дельная, хочу сказать, мысль… Но вот это…
— Давай начистоту, Мэнэми, — я немного собрался с мыслями. — Я хочу сделать из Рин не только напарника, но и просто нормального человека. Она не привлекает меня как девушка, но я чувствую в ней что-то родственное… Знаешь, я даже думаю, что она может быть моей сестрой…
— Сестрой?! — несказанно удивилась капитан. — Но почему тогда этого никто не знает?
— Темное тут дело, по ходу… Когда я ее в первый раз увидел, то не поверил своим глазам — она просто вылитая копия моей мамы, лишь цвет глаз и волос другой.
— Вот как? Извини, я просто никогда не видела твоей матери…
— Неудивительно, — горько усмехнулся я. — Она погибла на моих глазах, когда мне было четыре года…
— Извини… — тихо произнесла девушка. — Информация о твоей матери для меня закрыта…
— Другого ожидать даже и не стоило, — я задумчиво побарабанил пальцами по ноге. — Раньше я многого не понимал из обрывков своих воспоминаний, но теперь, когда я стал пилотом… Как я теперь думаю, мама тоже работала в научном отделе КРАФТ и принимала участие в первых экспериментах по пилотированию «Дефендера»… Моего «Дефендера». Но что-то пошло не так, и она просто растворилась в этой CL…
— Синтаро, — мягко перебила меня Кусанаги. — Если тебе тяжело об этом вспоминать, то, может быть, лучше…
— Нет, — я категорически мотнул головой. — Я должен это помнить. Я… Теперь я понимаю, ради чего она работала, — ради того, чтобы защищать других. Она погибла ради этого, и я теперь не имею права никого подвести. Ради безопасности других, ради… ради памяти о маме, я стану лучшим пилотом. Я сделаю все для этого. Чтобы никому больше не пришлось умирать из-за этих долбаных Апостолов.
В машине воцарилось молчание.
Мэнэми молча переваривала все то, что я ей успел наговорить. Я же просто размышлял над своими же собственными словами…
Это ведь действительно мои мысли, но и мысли Младшего в то же время… Странно… Не означает ли это того, что со временем я перестану различать разницу между собой и ним, и мы станем одной единой личностью? Не знаю, не знаю, что-то такой исход все же как-то не по мне… Но если другого выхода нет… Да и не так уж это и, в принципе, страшно — все равно, скорее всего, моя личность будет при слиянии доминирующей, так что это действительно будет слияние, а не поглощение одного другим.
— Извини, Синтаро, но что ты говорил про Рин? — первой решилась нарушить тишину Кусанаги.
Я словно бы очнулся.
— Что? А, Рин… Э-э-э… Ну так вот, когда ты мне сказала, что мой отец — ее опекун, мне показалось странным, что он о ней фактически не заботится. У меня сложилось такое впечатление, что Уранами для него чем-то очень важна, но в то же время отец не хочет близко с ней общаться…
— И что же это, по-твоему, означает?
— Есть у меня одна версия… — нерешительно протянул я. — Хотя она и здорово отдает мыльной оперой…
— Давай, говори, я мыльные оперы люблю, — ободряюще улыбнулась мне Кусанаги.
— Ну, так вот… Я считаю, что Рин — действительно моя сестра, но сводная. Мать у нас, скорее всего, одна, а вот отцы разные…
— Хочешь сказать, что у твоей матери был роман на стороне, плодом которой и стала Уранами? — удивилась капитан. — Даже и не знаю, что сказать на это…
— Извини, но по-другому я не могу объяснить все эти нестыковки. Рин похожа на мою мать, все данные о ее прошлом уничтожены или засекречены, выросла она, похоже, где-то при КРАФТ, мало общаясь со сверстниками и людьми вообще… Далее. Мой отец — ее опекун, но проявляет о ней чересчур мало заботы. Да, он и обо мне-то не слишком заботился, отправив после смерти матери к дяде и тете, которым на меня было, откровенно говоря, наплевать, но все же… Нет, у меня, короче, других мыслей.
— Да, это многое объясняет… — протянула Кусанаги. — Эта версия действительно может многое объяснить…
— Кстати, а чего это Рин с нами не поехала?
— А у нее какие-то особые тесты еще, но ты не волнуйся — ее машина потом привезет домой.
Интересно, это никак не связано с разработкой автоматических систем пилотирования для «сарков»?…
* * *
Тесты Рин сегодня затянулись допоздна, и, когда она наконец-таки зашла ко мне, я отправил ее отдыхать и спать — от учебы в таком состоянии больше вреда, чем пользы.
А сам я озадачился тем, чем по-хорошему уже давно надо было бы заняться: начал составлять список будущих Апостолов, вспоминать их оружие и сильные стороны, уязвимые места и способы уничтожения.
Итак, первым в списке у нас значится Апостол под порядковым номером четыре.
Как его обзывали в сериале, я уже не помню, а как обзовут тут — еще не знаю, так что буду его описывать, как помню. Похож на исполинского розового жука, с большой головогрудью и длинным брюшком, короткие лапки сложены под телом, ядро где-то в районе сочленения двух частей туловища. Каким будет здесь — еще не знаю, но наверняка не таким нелепым, особенно что касается цвета. Обладает способностью к полету, скорее всего, применяя подушку террор-поля. Оружие — два длинных усика-хлыста, без проблем разрубающих на части средних размеров небоскреб. Будет уничтожен Синтаро, который воткнет ему в ядро прогнож. Против всех ожиданий Четвертый не взорвется, а останется целым и даст богатую пищу для размышлений и исследований доктору Аякс со товарищи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
