шорт и расшитых куртках с галунами. Непрерывно кланяясь, китайцы едва не на руках снесли Войду с тележки, подхватили из корзины его нехитрый багаж и повели в вестибюль отеля. Из его прохладной глубины навстречу гостю уже величаво шел китаец постарше, в традиционном синем халате и с длинной полуседой косой, прихваченной на макушке черепаховым гребнем.
Разговор был недолгим. Поприветствовав гостя по-английски и убедившись, что тот не понимает ни слова, хозяин вопросительно поднял брови, и, услыхав немецкую речь, тут же перешел на ломаное баварское наречие. Гость желает получить прохладную комнату? Нет проблем, герр э…
– Мюллер, – ответствовал Войда.
– О-о, вам повезло, герр Мюллер! – с достоинством поклонился хозяин. – У нас только недавно освободилась лучшая комната в отеле! Второй этаж, прекрасный вид из окна, просторная веранда. Меня вы можете называть господином Ваном, или Ван Ши Де. На сколько дней господин Мюллер намерен зарезервировать за собой этот номер?
Немного подумав, Войда назвал неделю – впрочем, хозяину, судя по всему, было все равно.
– Страшная жара, господин Мюллер, – снова поклонился он, протягивая гостю невесть откуда взявшийся в его руке запотевший стакан с ледяной водой. – Впрочем, может, господин желает лимонаду или пива?
Войда пожелал пива, заранее кривясь от предчувствия вкуса пойла, которое ему предложат. Однако темное пиво, напоминавшее по вкусу мюнхенское, оказалось вполне приличным.
– Позвольте лично проводить вас в вашу комнату, герр Мюллер, – вызвался хозяин, мимоходом приняв из рук постояльца пустой стакан и делая широкий жест рукой в сторону лестницы. – Ваш багаж уже там, в целости и сохранности.
– В целости и сохранности? – недоуменно переспросил Войда.
– Увы, мой дорогой господин! – сокрушенно взмахнул широкими рукавами халата хозяин. – Не хочу скрывать от вас, что в Сингапуре полно всякого сброда, который пользуется любой возможностью обокрасть добропорядочного человека! Нет-нет, в моем отеле достаточно надежных сторожей! Но тем не менее, настоятельно рекомендовал бы вам, покидая «Британию» хоть на час, сдавать свой багаж дежурному клерку на стойке.
Очутившись в своем номере, Войда сразу понял смысл предостережения хозяина. От соседних номеров его комнату отделяли хлипкие стены из стеблей переплетенного бамбука.
А входная дверь… Иисусе, мрачно подумал визитер. Иисусе, любой русский курятник более надежно защищен от вторжения, нежели трясущаяся дверца на проволочных петлях. Замок на двери был хорош, надежен на вид и даже старательно начищен – но что от него толку, если саму дверь можно выбить плечом!
За широкой аркой, завешенной бамбуковой шторой, но без признаков стекла, угадывалась веранда. Выйдя на нее, Войда убедился, что веранда опоясывает весь дом, и не представляет для непрошенных гостей никаких препятствий для проникновения в любую комнату отеля.
Вернувшись в номер, Война остановился напротив невозмутимого Ван Ши Де, прячущего руки в широченных рукавах халата.
– В ваш отель, любезный, не залезет только очень ленивый жулик, – буркнул он. – А есть ли поблизости хоть какая-то харчевня?
– Вам стоит только спуститься вниз, господин Мюллер! – поклонился хозяин. – По соседству с парадной дверью моего отеля – вход в первоклассный ресторан. Китайская, английская кухня – все, что вам будет угодно. Ресторан открывается в шесть часов пополудни, но если вы желаете перекусить…
– Не сейчас, – перебил Войда. – У меня есть к вам еще один вопрос, любезный. Мне нужно навести справки об одном здешнем обитателе. Можете ли вы порекомендовать достаточно ловкого субъекта, который знает здесь всех и вся?
– В Сингапуре полно ловких людей, – поклонился хозяин. – По правде говоря, иногда хочется, чтобы всяких ловких проходимцев было тут поменьше! А какого рода сведения вас интересуют, герр Мюллер?
– Дело в том, что я стряпчий, и прибыл сюда по делу о наследстве. Дело довольно деликатное, и мне нужна полная картина… Умерший господин отличался набожностью и высокой нравственностью, и главным условием наследования назвал безупречную репутацию наследников, среди которых в завещании был упомянут и проживающий в Сингапуре некий субъект. И душеприказчики настолько озабочены его прозвищем, что командировали сюда специального человека. То есть меня! Вы, надеюсь, понимаете деликатность ситуации, господин Ван?
– О ком же, если не секрет, идет речь, достопочтимый господин Мюллер? – чуть нахмурил брови хозяин.
– Этот человек известен в ваших краях как Сумасшедший Ганс. Говорят, он встречает в здешнем порту все пароходы с русскими каторжниками.
– А-а, вы имеете в виду господина Ляна, – закивал Ван. – Весьма достойный господин, осмелюсь заметить. Почти всю жизнь он прожил здесь, не считая пару отлучек – кажется, в Индию и на русский Дальний Восток. Смею заметить, что ваши душеприказчики напрасно сомневаются в его добропорядочности.
Войда бросил на хозяина многозначительный взгляд:
– Не сомневаюсь, господин Ван! Не сомневаюсь, – поджал он губы. – Но мои доверители хотели бы знать о нем гораздо больше. Сумма наследства, о которой идет речь, весьма значительна! И сомнений в добропорядочности наследника не должно быть! Вот, кстати, эти отлучки в Индию и Россию… И это странное его обыкновение встречать пароходы с арестантами…
– О-о, что касается его отлучек – господин Лян ездил искать невесту. Он непременно хотел, чтобы его жена была если не чистокровной немкой, то имела бы германские корни.
– Странно. А разве среди европейского населения Сингапура не было добропорядочной немецкой семьи с дочерью на выданье?
Хозяин развел руками:
– Увы, господин Мюллер! На протяжении долгих лет британское правительство видело главный смысл существования Стрейтс-Сеттлментс в обеспечении контроля над морскими путями в Юго-Восточную Азию и Китай. Англичане поощряли увеличение в Сингапуре дешевой рабочей силы, но не торговых конкурентов из развитых европейских стран. Нет, здесь, конечно, есть небольшая немецкая колония, есть голландцы и даже армяне. Но эти торговцы не желали рисковать своими семьями, и обычно приезжают сюда без семей, одни.
– Хорошо, господин Ван, – начал терять терпение Войда. – Хорошо, оставим историю! Так этот Ганс привез из странствий себе невесту?
– Да, откуда-то из Владивостока. Это была дочь каких-то тамошних немецких торговых представителей. Однако наследником господина Ляна она одарить не успела: через несколько лет она подхватила здесь тропическую лихорадку и умерла. Увы… Что же касается господина Ляна, то вряд ли вы найдете в Сингапуре хотя бы одного китайца, который плохо бы о нем отозвался. Предки Ляна появились на Побережье в незапамятные времена и много раз спасали китайских рыбаков от морских разбойников.
– Давайте оставим китайцев в покое, хозяин! Моих душеприказчиков интересует прошлое Сумасшедшего Ганса, а не китайские россказни о его предках.
– Тогда, полагаю, их не заинтересует и мнение о господине Ляне англичан – именно они дали ему это прозвище, – поджал губы хозяин.
– Тогда мы с вами топчемся на одном месте, – упрямо заявил Войда. – Мне
