– Ты обещал, что не пойдешь по стопам своего отца!
– А я и не иду. – Он пожал плечами. – Отец сбежал с официальной невестой старого графа. Они уже были формально помолвлены, а отец к тому же был женат. Неудивительно, что разразился скандал. Что ты скажешь, если я сам расскажу все Марку? Расскажу ему о своих чувствах к Анне? Может быть, еще не поздно и мы сможем быть вместе?
– О Господи! – Лавиния спрятала лицо в ладонях. – Ты погубишь нас всех, брат.
– Нет, Вин, обещаю тебе. Но я должен следовать за своим сердцем.
– Я понимаю. – Она наклонила голову и встретила его взгляд. – Я пришла сюда, чтобы попросить тебя уехать в Лондон и забыть обо всем, что связано с Анной. Но сейчас я вижу, что ты не готов сделать это.
– Да, Вин, особенно сейчас, когда не все возможности исчерпаны и есть шанс, что мы можем быть вместе.
– Тогда я попрошу тебя об одной вещи: сделай это благородно. Не подставляй под удар нашу семью.
– Обещаю. – Он улыбнулся, полный энтузиазма. – Я поговорю с Марком прежде ... прежде чем решусь на что-то. Возможно, я прав, и он не просто так медлит с предложением.
– Я ждал подходящего момента, – произнес лорд Хаверфорд, прогуливаясь рядом с Анной по лесной тропинке. До них доносились голоса остальных участников пикника, перебиваемые взрывами смеха и громкими возгласами, которые сопровождали состязание, а именно: кто дальше метнет камень. – Но, кажется, он никогда не наступит, поэтому я решил больше не откладывать.
– Момент для чего? – насторожилась Анна.
Хаверфорд внезапно остановился и взял ее руку.
– Я говорил с вашим отцом, Анна, и он одобрил мое намерение просить вашей руки.
Хотя она ожидала услышать эти слова, они все равно ошеломили ее. Хаверфорд достал из кармана маленькую бархатную коробочку. Он открыл ее. Фамильный сапфир Хаверфордов, предназначенный для подобного случая, сиял благородной синевой в окружении крупных бриллиантов.
– Я ношу его с собой уже несколько дней, – пояснил Хаверфорд, пока она молча смотрела на кольцо. – Оно принадлежало моей матери, а еще раньше моей бабушке.
– Прекрасное кольцо! – только и могла произнести Анна.
– Но вы не ответили мне, Анна. Вы согласны выйти за меня и стать графиней?
Она подняла на него глаза, слова застряли в горле.
– Это большая честь для меня, милорд.
Он усмехнулся:
– Слава Богу! В какой-то момент мне вдруг показалось, что вы скажете «нет». – Он убрал пустую коробочку в карман, взял руку Анны и надел тяжелый сапфир ей на палец. – В самый раз. Я очень рад. Вы не возражаете, если мы объявим всем?
Она кивнула, все еще не в состоянии говорить. Противоречивые чувства разрывали ей сердце, лишая дара речи. Когда он подвел ее к остальным гостям, она опустила глаза на свою руку, которую украшало фамильное кольцо. Никогда еще она не видела такого прекрасного ключа от тюрьмы.
Она приняла предложение Хаверфорда.
Одетый к обеду, Ром медленно спускался в холл. Его планы пройти в комнату Анны расстроились из-за вмешательства Лавинии, и вместо этого он провел день, размышляя о том; как расскажет Анне об их будущем. Он даже приготовился к объяснению с Марком, надеясь, что сможет найти правильные слова и объяснить ситуацию, не задев его самолюбия и не умножая ран, оставшихся от поступка его собственного отца.
Но теперь все это ни к чему. Поздно. Она помолвлена, и ничто не заставит Хаверфорда изменить свое решение.
– Ром! – Анна вышла из-за статуи Зевса, ниспосылающего молнию.
– Анна, что ты здесь делаешь? – Он взглянул на ее белое платье и цветы в волосах. – Ты такая красивая. – Его взгляд упал на кольцо Деверо.
– Не знаю, слышал ли ты, но я приняла предложение лорда Хаверфорда. – Она провела пальцем по бриллиантам, окружавшим сапфир. – Я хотела сама сообщить тебе.
– Я слышал, мои поздравления! – Он заставил себя улыбнуться.
– Не нужно притворяться. – Ее темные глаза жадно вглядывались в его лицо. – Я знаю, как это тяжело для тебя.
– Мои чувства значения не имеют. – Каким-то необъяснимым образом ему удалось найти нужные слова. – Мы знали, что рано или поздно, но это произойдет.
– Да. – Она прикусила губу, вздохнула и раскрыла сумочку. – Вот. Я думаю, это то, что тебе нужно. – Она протянула ему листок бумаги.
Он взял, едва веря, что она готова отдать дело в его руки. Развернув листок, Ром увидел символ общества «Черная роза».
– Я думал, ты захочешь сохранить это послание как память о брате.
– Я не хочу хранить его, и к тому же знаю, что чем дольше нахожусь в опасности, тем дольше ты будешь пребывать здесь из-за своего чертовского упрямства. – Она захлюпала носом, на глазах показались слезы. – Ром, прошу тебя, возьми это письмо и возвращайся в Лондон. Покончи с этим пресловутым обществом, чтобы я знала, что убийца моего брата понес наказание.
– Анна! – Он подошел к ней ближе, но она резко отошла в сторону.
– Пока ты здесь, я буду умирать всякий раз при встрече с тобой, – прошептала она и, едва сдерживая рыдания, повернулась и почти побежала в холл, опаздывая на торжество по случаю собственной помолвки.
Неведомо откуда взялись необходимые силы, и ей удалось выдержать этот обед. Но всякий раз, когда она смотрела через стол на Рома, ее сердце готово было разорваться отболи. Когда леди наконец удалились в комнату отдыха, она получила маленькую передышку.
– Поздравляю вас с помолвкой, Анна, – прощебетала Шарлотта.
Она смотрела на кольцо на пальце Анны, и целый вихрь эмоций пронесся по ее лицу, но слишком быстро, чтобы Анна могла разобраться в них.
– Спасибо, Шарлотта.
– Да, примите и мои поздравления, – сказала Лавиния.
Она выглядела усталой и сидела, откинувшись на спинку глубокого кресла, готовая уснуть в любую минуту.
– Вам опять нехорошо? – с искренним беспокойством поинтересовалась Анна.
– Последние две недели я постоянно чувствовала недомогание, – отозвалась Лавиния. – Меня мучает бессонница, поэтому днем я чувствую себя совершенно разбитой.
– Бедная девочка, – проворковала Генриетта. – Я помню эти дни. Хотите слабенький чай и тост?
– Практически это все, что я могу сейчас съесть.
Прежде чем она успела продолжить, открылась дверь, пропуская мужчин. Анна заметила, как Шарлотта еще раз взглянула на кольцо, прежде чем встретить мужчин обычной светской улыбкой.
Генри Эмберли подошел к своей усталой бледной жене.
– Лавиния, дорогая! Тебе нехорошо?
– Мне просто нужно хотя бы одну ночь поспать, и тогда я буду чувствовать себя отлично.
– Моя бедняжка!
Ром присоединился к остальным мужчинам, а Анна исподтишка посмотрела на него. Он ответил ей взглядом, полным невыразимой нежности.
