Читаем без скачивания Немецкая машина футбола - Рафаэль Хонигстейн

И сработало. Гол Мюллера, открывший счет в матче с Бразилией в полуфинале, довел количество голов сборной Германии со стандартов на этом турнире до пяти (даже до шести, если включать сюда пенальти против Португалии). Четыре гола с 32 угловых, один из восьми – весьма впечатляющее достижение. В топовых турнирах среднее соотношение успешных угловых к неудачным держится в районе отметки 1:50. Германии удалось превратиться из неумех по части стандартов в первоклассных мастеров этого дела, причем на обоих концах поля. Переход от зональной опеки в 2010-м к смешанной модели зональной и персональной опеки (Мертезакер говорит: «Двоих из трех лучших игроков соперника по части игры в воздухе опекали персонально, остальная команда защищалась зонально») помог немцам дойти до финала, не пропустив ни одного гола со стандартов за весь турнир.

Лёв, который всегда предпочитал концентрироваться на более сложных и комплексных проблемах, поддался чарам мирского, хорошо опробованного способа достичь цели. «Стандарты – хорошее оружие для любой команды, – говорил он. – Ханси Флик проделал невероятную работу, изучив огромное количество разных вариантов и отработав их с командой». «Стандарты уже помогли нам несколько раз», – признался Лам. «Слава богу, что мы сильны в этом аспекте», – сказал Мюллер. Германия воссоединилась с утраченной эффективностью прошлого, заново открыв для себя короткие пути к воротам, которые виделись Лёву столь очевидными, что он не считал их достойными внимания. «Если в атаке у нас ничего не получится, мы просто забьем со стандарта, – то ли в шутку, то ли всерьез говорил Мюллер в преддверии финала с Аргентиной. – В последнее время мы стали королями в этой области».

Знакомимся ближе с Арне Фридрихом

Мы были на сборах в тренировочном лагере на Сицилии. Йоахим Лёв созвал собрание команды и сразу начал с плохих новостей: Михаэль Баллак получил травму в финале Кубка Англии против «Портсмута» и пропустит Чемпионат мира-2010. В Германии новости произвели эффект разорвавшейся бомбы. Реакцией СМИ была паника. Он был капитаном, очень важным игроком. Как национальная сборная справится без него в Южной Африке? Все пребывали в шоковом состоянии. Но в следующий момент игроки и тренерский штаб переключили тумблер. Теперь мы должны были справиться без него. Это была большая потеря, это было вполне очевидно. Но футбол – суровый бизнес. Один игрок получает травму, появляется другой, жизнь продолжается. В Филиппе Ламе мы увидели нового капитана. Новая глава.

Михаэль Баллак был последним из старой гвардии, по типу он был игроком вроде Оливера Кана и Торстена Фрингса. Его травма проложила команде дорогу к трансформации. Новые лица взяли бразды правления в свои руки: Лам, Мертезакер, я, Миро Клозе. Командный дух был в полном порядке, лучше чем в 2006-м и 2008-м. Не то чтобы с Баллаком команде не хватало гармонии, он просто смотрел на вещи иначе. И не стеснялся разногласий. Невозможно сказать, сыграли бы мы так же удачно с ним в составе, но лично я верю, что его опыт и отношение к делу могли бы помочь нам в полуфинале с Испанией. И нам точно помогли бы его навыки исполнения штрафных. Ту игру мы проиграли, пропустив со стандарта.

Оливер Бирхофф всегда с большой охотой приглашал спортсменов из других видов спорта, чтобы они поделились с нами опытом. Джона Лому, игрок новозеландских All Blacks[12], приехал, чтобы рассказать нам о своем заболевании почек, о котором в то время никто не знал. Услышать его страстный рассказ о невероятном стремлении и упорном труде, которые потребовались ему, чтобы стать лучшим игроком в регби в мире, было очень вдохновляюще. Фраза «Power within», «мощь внутри», которую он вытатуировал у себя на спине, стала нашим девизом на турнире. Мы все время вспоминали об этом, громко произносили ее на встречах команды. Можно было почувствовать, что мы уверенно прибавляем как команда во всех аспектах, особенно в плане единства. По опыту работы на китайском телевидении во время Чемпионата мира в Бразилии я знаю, что мундиаль 2014-го в этом отношении стал пиковым турниром.

В тренировочном лагере на Сицилии мы вложили много сил в физическую подготовку. У каждого на запястье были специальные браслеты, которые отслеживали бег игрока; большую часть времени мы тренировались индивидуально, но были у нас и командные пробежки на полях для гольфа, в них участвовали игроки одного уровня. Ускорение было другим важнейшим аспектом, над которым мы работали. Тренировки были очень тяжелыми.

Тактически в 2006-м мы должны были уметь поддерживать четкую структуру и расстановку без мяча. В 2008-м мы добились прогресса в игре на мяче. К 2010-му у нас сложился уже более атакующий вариант игры. Но тогда мы играли не так, как в 2014-м, такого высокого прессинга не было. Этому нужно учиться. Но в Южной Африке нам удалось сделать шаг вперед в этом направлении без ущерба для обороны. На турнир мы отправились в статусе финалистов Евро-2008. Можно было почувствовать, что соперники относятся к нам с бо́льшим уважением. Целью было дойти как минимум до полуфинала. В этом состояли наши амбиции.

В Центурионе, неподалеку от Претории, в нашем распоряжении оказался целый отель. Все его сотрудники тепло нас приняли, они все пели и плясали. Отель находился в отдалении ото всего, но Оливеру Бирхоффу удалось сделать это место очень приятным для нас, мы были там счастливы. Мне было настолько комфортно там, что я был готов отыграть весь турнир, а потом еще восемь дополнительных недель. Никаких приступов клаустрофобии. У нас были столы для снукера, мы стреляли из лука, и менеджеры сборной обо всем позаботились. Нам даже предоставили возможность пройти курс обучения видеомонтажу. Я принял в нем участие.

Оливер всегда подталкивал нас к тому, чтобы мы занимались чем-то, что отвлекало бы нас от футбола. Если бы это не принесло плодов, все сказали бы: «Сколько денег потрачено впустую». Его бы убили. Однако он научился этому во времена Клинсманна. Нельзя все время идти по пути наименьшего сопротивления. Выбрать Леманна вместо Кана было решением, которое шло наперекор общественному мнению, но тренеры были уверены, что так будет лучше для команды, и не дрогнули. Теперь в Бразилии та же история приключилась с Campo Bahia. Было ли необходимо ехать в такую даль? Я скажу: конечно, да! Когда на протяжении семи недель мужской коллектив пребывает вместе, нельзя запираться на базе и думать только о футболе. Это не перешло бы в качество в плане результатов. Оливер все сделал просто замечательно.

Итак: Австралия. Первый матч группового этапа в Дурбане. На тот момент мы не очень хорошо понимали, в каком состоянии находимся как команда. То же самое ощущение бывает и перед началом каждого сезона Бундеслиги. Наш план предполагал атакующий футбол с самого начала, мы хотели произвести хорошее впечатление. И нам это удалось. Мы забили немало голов, победив 4:0. Все прошло гладко. Помню, как безумно радовался Какау, отмечая свой гол. Он был бразильским форвардом, принявшим немецкое гражданство, за пару лет до турнира пройдя обычным путем натурализации. В процессе он должен был пройти тест на знание жизни в Германии, и один из вопросов в тесте касался канцлера Гельмута Коля. После той истории все в раздевалке звали его Гельмут.

Далее была Сербия. Есть некоторые команды, против которых Германии по каким-то причинам очень трудно играть. Италия. Всегда Италия. Испания в то время. Хорватия, которой мы проиграли на Евро-2008. И Сербия. Мирослав Клозе заработал раннее удаление в матче, и минуту спустя мы пропустили гол. Он случился после навеса. Мы доминировали в матче, создавали хорошие моменты, Лукас Подольски даже промахнулся с пенальти. Мы могли переломить ход игры, даже играя в меньшинстве. Но в конечном счете мы проиграли с минимальным счетом. «Где Михаэль Баллак?» – стоял плач в прессе. «Они вылетят уже на групповой стадии». Внутри команды мы понимали, что провели хороший матч. Мы знали, что совершенно точно сможем выиграть следующий матч с Ганой. Ну, мы точно должны были побеждать теперь.

Давление было огромным. Сборная Германии не могла вылететь на групповом этапе, с Баллаком или без него. После Евро-2008 ожидания были слишком высоки, чтобы такой вариант вообще рассматривался.

Матч игрался в Йоханнесбурге. 90 тысяч человек на стадионе «Соккер Сити»: невозможно было расслышать собственные мысли из-за шума вувузел. Они реально нервировали. Полагаю, что на немецком телевидении немного отредактировали звук, потому что большое число зрителей жаловались на шум. Нам повезло, что мы играли в две линии по четыре человека, которые все время должны были держаться вместе. Маленькие дистанции упростили процесс коммуникации.

Матч был битвой терпений. Я был очень напряжен, будучи защитником, – один пропущенный гол, и все могло пойти наперекосяк. На кону было многое. Однако нужно было быть очень осторожным и не думать о том, что можешь отправиться домой. Если ты, будучи спортсменом, допускаешь такие мысли, ты уже проиграл. Давление было колоссальным, но мы были очень уверены в себе. Мы чувствовали, что со временем забьем. Мы знали, что у нас есть класс. К счастью, Месут Озил забил. После этого было ощущение, что гора упала с плеч. Пер Мертезакер, игравший в защите рядом со мной, подошел отпраздновать победу после финального свистка, она принесла нам столько облегчения. Гол раскрепостил нас.