Чудакулли откашлялся.
— Спасибо за ценное замечание, мистер Тупс. Нам надлежит хорошенько его обсудить. Определённо, столь важные соображения должны были быть озвучены. Сейчас не прежние времена, в конце-то концов.
— Согласен, — поддержал Генри. — Только одно дополнение: нынешние времена со временем наверняка станут чьими-то "прежними временами".
Думмер тяжело дышал, его грудь вздымалась и опускалась.
— Тонко подмечено, — осторожно одобрил Чудакулли.
— Кажется, кто-то здесь упоминал карри? — столь же осторожно поинтересовался Генри.
Они беседовали, словно два древних дракона, пытающихся говорить вежливо при помощи ещё более древней книги по этикету, написанной монашками.
— До обеда ещё далеко.[16] Знаешь что, почему бы тебе не воспользоваться гостеприимством нашего университета? Мы сохранили твою комнату точно в том виде, в каком ты её 16оставил, лишь несколько весьма любопытных штук пролезли под дверь и сбежали. Так что, может быть, ты согласишься остаться здесь до завтрашнего банкета?
— О, у вас намечается банкет? — оживился Генри.
— Несомненно, и я буду рад, если ты примешь моё приглашение, старина. Мы тут собираемся развлечь некоторых добропорядочных горожан. Соль земли, так сказать, надеюсь ты понимаешь, о чём я. Чудесные ребята, если не смотреть, как они едят, и чудесные собеседники, если дать им достаточно пива.
— Интересно, что к волшебникам данное наблюдение тоже вполне подходит. Что ж, я согласен, конечно. Не был на нормальном банкете целую вечность.
— Не был? — изумился Чудакулли. — Я полагал, ты устраиваешь банкеты каждый вечер.
— Ограниченный бюджет, понимаешь ли, — вздохнул Архиканцлер Бразенека. — Государственные гранты и всё такое.
Волшебники скорбно помолчали, словно Генри только что сообщил о смерти своей матушки.
Потом Чудакулли успокаивающе похлопал коллегу по руке:
— Ох, Генри, мне так жаль… — в дверях Главного Зала он остановился и взглянул на Думмера: — Мы собираемся обсудить кое-какие вопросы высокой важности, Тупс. А вы проследите за игроками, чтобы не бездельничали! Парни вам помогут! Разберитесь, каким хочет стать настоящий футбол!
Когда оба Архиканцлера покинули Зал, старшие волшебники вздохнули с облегчением. Они ещё помнили как минимум две яростные битвы, худшая из которых завершилась лишь после того, как Ринсвинд принялся размахивать половинкой кирпича, засунутой в носок…
Думмер взглянул на Ринсвинда, и увидел, что тот неловко прыгает на одной ноге, пытаясь натянуть носок на другую. Тупс решил воздержаться от комментариев. Носок, очень вероятно, был тот же самый.
Профессор Бесконечных Исследований хлопнул Думмера по спине.
— Молодец, парень! Могли выйти крупные неприятности.
— Спасибо, сэр.
— Кажется, мы и правда слегка перегрузили тебя обязанностями. Извини, это не нарочно.
— И я уверен, что нет, сэр. В университете вообще мало что происходит нарочно, — вздохнул Думмер. — Непреднамеренное делегирование, увёртки и прокрастинация являются у нас стандартными процедурами.
Он с надеждой взглянул на оставшихся в Зале членов Совета. Тупс очень хотел разочароваться в них, но был уверен, что этого не произойдёт.
— Даа, ужасный кавардак и несправедливость, нельзя всё валить на одного человека — заметил преподаватель Новейших Рун.
Профессор выглядел очень мрачным.
— Гм…
"Давай же, — подумал Думмер. — Скажи это. Я знаю, что ты скажешь, ты просто не сможешь удержаться, просто не сможешь…"
— Полагаю, Тупс, вам следует как-то разобраться со всем этим, когда у вас будет свободная минутка… — сказал профессор Бесконечных Исследований.
— Бинго!
— Что, Тупс?
— О, ничего, сэр, совсем ничего. Я просто размышлял, видите ли, о неизменности законов Вселенной.
— Я рад, то хоть кто-то этим занят. Не прекращайте размышлять. — преподаватель Новейших Рун огляделся и добавил: — Кажется, всё успокоилось. Кстати, тут кто-то упоминал карри?
Среди волшебников, наиболее богатых годами, массой или тем и другим сразу, наметилось общее движение в сторону дверей, однако те, кого не столь сильно притягивали ножи и вилки, остались, чтобы продолжить тренировочный матч.
Думмер сел, пристроив на коленях свой блокнот.
— Не имею ни малейшего понятия, что я, собственно, тут делаю, — объявил он, ни к кому конкретно не обращаясь.
— Могу я быть чем-то полезен вам, сэр?
— Мистер Орехх? Ну, знаете, это очень любезно с вашей стороны и всё такое, но вряд ли ваши оплывательные навыки…
— В играх подобного сорта необходимо учитывать три обстоятельства: во-первых, правила игры во всех деталях; во-вторых, способности, действия и теорию, необходимые для успеха; и в-третьих, понимание реальной природы игры. Разрешите продолжить?
— Ух, — сказал Думмер, слегка оглушённый, как и всякий, кому впервые довелось услышать лекцию Орехха.
— Неплохо у него язык подвешен, да? — вмешался Трев. — Запросто болтает всякие длинные словечки. Нам с вами пришлось бы сделать привал посередине, чтобы выговорить их целиком! То есть, мне-то точно… — его голос затих.
— Гм, продолжайте, мистер Орехх.
— Благодарю вас, сэр. Насколько я понимаю, целью данной игры является забить как минимум на один гол больше, чем ваши противники. Но обе команды просто беспорядочно бегают по полю, причем каждый из игроков пытается лично пнуть мяч. О, голы забиваются, но по чистой случайности. А между тем, как и в шахматах, вы должны прежде всего обеспечить безопасность короля, то есть ваших ворот. Да, вы можете заметить, что для этого есть вратарь, но вратарь — всего лишь один человек, образно выражаясь. Каждый пойманный им мяч позорит всю остальную команду, которая позволила противнику подобраться так близко к воротам. Тем не менее, защищая свои ворота, они обязаны максимизировать свои шансы поразить ворота противника. Это и есть ключевая проблема, которую я намерен осветить. Я уже упоминал шахматы, однако в данной игре необходимо учитывать лёгкость, с которой летает мяч, что означает стремительное перемещение общей активности с одного конца поля на другой, подобно тому, как одна фигурка гнома способна угрожать всей доске в игре типа «Бум».
Орехх улыбнулся, глядя на выражение их лиц, и продолжил:
— Знаете, по сути игра довольно проста. Любой мальчишка сразу поймёт, как в неё играть, однако постижение оптимальной тактики требует практически сверхчеловеческих талантов. — Он минуту подумал и добавил: — Или, возможно, дочеловеческих. Здесь явно имеет место добровольная сублимация эго, что ведёт нас к метафизическим основам. Так просто, и, одновременно, так сложно. Чудесно, знаете ли. Я впечатлён!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
