Читаем без скачивания Охотники на мутантов - Лев Жаков

Рамир шагнул дальше, и тут на него бросилось какое-то существо. Прыгнуло на грудь, вцепилось в лицо – он повалился на спину, пытаясь отодрать тварь. Та завизжала, плюясь и царапая кожу, подбираясь к горлу. Рамир перехватил тощие жилистые лапы, перевернулся, скинув, навалился сверху. Одной рукой он прижал запястье, другую занес, чтобы ударить, – но на спину ему прыгнул второй мутант.

Цыган вскрикнул, когда свалившаяся на плечи тварь сжала горло холодными лапами. Откинулся на спину. Раздался глухой стук, мутант, сильно приложившись затылком о бетон, затих.

Зато первый вскочил, взмахнув руками с растопыренными пальцами, оттолкнулся от пола и прыгнул на Рамира. Тот дал короткую очередь. Тварь с продырявленной грудью повалилась на него, разбросав руки. Цыган спихнул с себя подергивающееся тело, скатился со второго мутанта, выпрямился. На полу растекалась лужица кровавой слизи. Тяжело дыша, он пнул голое тощее тело. Мутант лежал на боку и скреб кафель широкими когтями-лопатками. Лысая башка отливала синевой, лицо с отдаленным подобием человеческих черт было неестественно бледным, почти прозрачным. Из-под выпирающих ребер сочилась кровь. Мутант щелкал мелкими острыми зубами и кривил розово-серые губы, словно пытался что-то сказать, – но лишь стонал.

Второй шевельнулся. Крепкий, чертяка! Рамир наставил на него оружие, но тварь оказалась на удивление проворной. Автомат грохнул, пули отрикошетили от кафеля – он стрелял по пустому месту.

Цыган развернулся, ведя стволом за мелькнувшей тенью. Мутант вскочил на стену, оттолкнулся от нее, метнулся к другой, вновь оттолкнувшись, прыгнул на Рамира со спины. Все случилось почти мгновенно, человек не мог двигаться так быстро. Очередь еще колотила по стене, а тварь уже сидела у Цыгана на плечах, вцепившись длинными пальцами в горло. Он захрипел, бросив автомат, безуспешно попытался разжать хватку. В глазах потемнело. Рамир попятился, стискивая узкие запястья, резко качнулся назад и ударил повисшим на загривке телом о стену – раз, второй, третий. Наклонился вперед и присел, рывком выпрямился, глухо стукнув башкой мутанта о бетон. Пальцы на горле разжались, заскребли по скулам, оставляя царапины, попытались ухватить за уши. Рамир ударил еще дважды, и мутант, свалившись с него, затих на полу. Тогда сталкер повернулся, подхватил болтавшийся на животе автомат и дал длинную очередь. Тело у ног дергалось и подпрыгивало, из ран била кровь. Он остановился, только когда щелкнул затвор.

– Живучий хрен, – пробормотал Цыган. Перезарядив оружие, переключил режим и сделал контрольный в голову. На всякий случай. Обернулся – второго мутанта нигде не было. Дорожка красных пятен тянулась вдоль перил, уходя за угол.

– Что же ты за зверь такой? – Цыган ногой толкнул труп, разглядывая.

Щеки неестественно впалые, надбровные дуги выпуклые, но бровей почти нет – так, щепотка белесых волосков. Кожа на лице натянута и белая до прозрачности, словно мутант никогда не видел солнца, всю жизнь провел в этих темных коридорах… Рамир невольно оглянулся. А ведь наверняка так и есть – это подземное племя. Он никогда не видел ничего подобного в Зоне, а ведь исходил ее почти всю и кого только не встречал. Даже вот с изломом довелось познакомиться. Об этих же и не слышал ни разу, хотя… а не они ли те самые легендарные призраки из Крепости? Рамир покачал головой и зашагал к перилам, чтобы осмотреться получше.

Тюрьма оказалась трехэтажной, однако что находится на самом нижнем уровне, сверху он разглядеть не сумел – там было темно. Цыган прошелся вдоль перил. С трех сторон квадратного внутреннего «двора» располагались обычные камеры, а вот четвертая оказалась интересней. Там галерея становилась гораздо шире, часть большой прямоугольной площадки отгораживала решетка от пола до потолка, за ней стояли какие-то аппараты, от них тянулись провода. Некоторые – к белым стульям, другие – между прутьями решетки, к компьютерам на массивных железных столах. Цыган прищурился, соображая. За столами, значит, сидели ученые, ну или лаборанты, а в прямоугольных отсеках-клетушках за решеткой…

Он замер. В дальнем отсеке что-то шевельнулось, донесся едва слышный шорох. Подняв оружие, Рамир осторожно обогнул стол – и уперся взглядом в еще одну решетку, перегораживающую зал. Хмыкнув, вернулся и пошел в обход по галерее, поглядывая через внутренний «дворик» в тот угол, откуда донесся звук.

Он дважды поворачивал под прямым углом, следуя повороту галереи. Когда ряд камер кончился, Рамир миновал глубокую нишу, где была закрытая бронированная дверь, и приблизился к крайней клетушке. На потолке ее горела красная лампа, внутри возле агрегата, напоминающего холодильник, но с лампочками, кнопками и экраном на передней панели,' стояли три соединенных вместе пластиковых стула. На среднем полулежал труп. Рамир перешагнул через бетонный порожек, толкнув решетчатую дверь – та коротко скрипнула. Человек был совсем тощим, руки неестественно вывернуты в локтях, ноги скрещены, из дыр в истлевших больничных штанах торчат острые колени. Запястья лежат на раскрытых железных браслетах, торчащих из подлокотников – от них пучки разноцветных проводов тянулись к агрегату. Цыган дважды обошел тело.

– Экспериментаторы хреновы, – с отвращением сказал он, опуская автомат и оглядываясь.

В стене слева не хватало большого куска бетона, в темной неровной каверне виднелись ржавые трубы, внутри булькало. За креслом в бетоне тоже была глубокая выщербина, там протянулся жгут стянутых пластиковыми «крокодилами» проводов, иногда с них сыпались искры.

– Не понимаю, – сказал Рамир, и голос его отозвался коротким эхом, будто кто-то на дне внутреннего «дворика» повторил слова. Шагнув к трубам, он положил на них руку. – Теплые… Что тут может качать воду по всей системе? Это ведь мощный насос нужен. Да еще и нагревать ее как-то… А сантехник им бы не помешал, совсем проржавели.

Он еще раз прошелся по комнате и в задумчивости присел на стул рядом с трупом, не снимая рюкзака. Вытянул ноги, откинувшись на спинку, облокотился на подлокотник и прикрыл глаза. Он устал за эти дни, очень устал. Куда теперь идти? Спуститься в этот бетонный квадратный колодец или поискать другие выходы из подземной тюрьмы? Вон там дверь еще одна есть…

Громкий щелчок прозвучал неожиданно. А ведь Рамир думал, что вся техника тут мертвая. С треском из проводов, видных в проломе стены, сыпанули искры. Он подскочил – и железный браслет впился в локоть.

– Э, эй!! – заорал Цыган, дергаясь. Браслет крепко обхватил руку, не позволяя поднять ее.

В мертвой тишине тюрьмы скрежет прозвучал пронзительно, резанул по нервам. Решетчатая дверь захлопнулась, коротко вжикнул электронный замок.

– Твою мать! – сказал Рамир, осознав, что его заперли. Труп поднял голову и взглянул на него.

Глава 9 КРЕПОСТЬ: СРЕДНИЙ УРОВЕНЬ

Они вышли в большой гулкий бетонный коридор.

– Капитан, вы знаете, где этот Z-3? – спросил Винт. Ожог расправил скомканную карту, повернул, разглядывая.

– Если бы я знал, где мы сейчас… – пробормотал он. Настька, перед тем как покинуть комнату, положила ладонь на панель робота и легонько погладила его.

Отряд двинулся по коридору. Шагающий в авангарде Кабан не опускал пулемет, за ним шел Винт, сжимая «АКМ» У пояса и озираясь. Ожог, сунув план в карман, обернулся.

– Костя, Жарик, чего застряли?

С их приближением лампы под потолком зажигались, а когда они проходили – медленно угасали.

– Туда, – сказал капитан, показывая на горящий впереди свет. – Там разберемся. Жарик, прикрывай!

Лесник исподтишка осматривал стены и потолок, примечая висящие тут и там мини-камеры. Наверняка были здесь и датчики движения, как еще этот Борг мог следить за ними? Хотя вообще-то совершенно непонятно, откуда в старых, давно заброшенных лабораториях электричество, что питает все эти устройства, механизм дверей, видеокамеры, пулеметные гнезда? Конечно, в Зоне случается, что начинает работать давно сдохший аккумулятор, но это все влияние ионизированных облаков, а они не могут питать всю Крепость. Нет, что-то еще здесь есть…

Миновали несколько закрытых дверей, Винт бросался к каждой, проверял – все были заперты. Вдруг впереди справа запищал электронный замок, и одна дверь открылась сама собой. Кабан остановился возле нее,' нерешительно заглянул.

– Сюда, что ль, капитан? Лестница там. Ожог кивнул.

– Борг нас ведет, – недовольно ответил он. Перешагивая через порог, Лесник покосился на Настьку. Девушка словно светилась от радости и шагала, почти не видя, куда идет, на лице блуждала мечтательная улыбка. Хотя под глазами ее залегли тени, а щеки были совсем бледные.

– Кажется, здесь я была, дядя Василь, – сказала она Леснику, тронув его за рукав. – Если по этой лестнице спуститься и пройти по коридору, то попадешь в большой зал, вроде кинотеатра.