– Прости, но я не улавливаю связи.
Голос Саньяты изменился, стал усталым и тоскливым:
– Все ты понимаешь, Арант. Я волнуюсь за тебя. В городе эльфийское представительство. В академии шушукаются по углам, что ты убил их наследника и эльфы приехали требовать справедливости. А тебя нет уже третий день. Мне кажется вполне естественным, что я заподозрила в слухах немалую долю истины. Арант, что происходит?
Долгий вздох некроманта, и:
– Ты сама-то понимаешь, что говоришь? Неужели я бы спокойно сидел у себя дома, если бы действительно был виноват в смерти Верианалиоринеля?
– У тебя достаточно высокопоставленные родственники, с которыми даже эльфам приходится считаться.
– Согласен. Но в таком случае тут я бы точно не сидел. Дядя бы этого не допустил. Саньята, прими дружеский совет: поменьше слушай, сплетни.
– Я волнуюсь!
– Обо мне? Или о том, что другая, а не ты наденет герцогскую корону? Я тебе уже неоднократно говорил: я собой не распоряжаюсь. От меня никак не зависит выбор будущей супруги. Перестань меня преследовать, Саньята, от этого ничего не изменится. И вообще, решение уже принято, так что ты опоздала. А сейчас уходи.
Пара секунд тишины. А потом каблучки моего куратора сердито процокали на выход. Следом хлопнула входная дверь. Саньята ушла. А я осталась стоять наверху и кусать губы. Подслушивать всегда нехорошо. Но кто бы мне пояснил, отчего мне так неприятны слова главной ведьмы?
Потоптавшись несколько минут на месте, я пошла вниз. Голова уже почти прошла, но найти свою сумку все равно было нужно. Заодно и узнаю, что я тут делаю, и что вообще происходит. Просто так болтать о том, что мастер Вирс убил Вериана, не будут.
При воспоминании об эльфе в груди что-то екнуло. И тут же голова заболела с утроенной силой. Я была вынуждена замереть на месте, прислонившись плечом к стене, потому что глаза от боли словно ослепли. Я не видела, куда ставить ноги. Пространство перед глазами плыло и качалось. Меня подташнивало. В уши настойчиво лез чей-то шепот. Тихий. Едва-едва различимый. Но от него мне становилось еще хуже. Связно думать не получалось. Я дышала и то урывками, стараясь хоть так успокоить взбунтовавшийся желудок.
Мне потребовалось несколько минут, чтобы хоть немного прийти в себя. Когда боль почти утихла и улеглась тошнота, а зрение ко мне вернулось, я облегченно вздохнула. Со мной явно что-то было не так. Наверное, стоит не микстуры собственного сочинения глотать, а обратиться к целителям. Может, я вчера перенапряглась на занятиях? Хотя, при магическом истощении вроде бы не такие симптомы. Теряясь в догадках, я продолжила путь вниз. С тем, чтобы замереть на последней ступени.
Стремительно, словно за ней гнались демоны, в комнату вбежала мастер Саньята. Ей вдогонку летел хрустальный перезвон дверного сторожа. Не заметив на лестнице меня, куратор бросилась вглубь комнаты:
– Нет, Арант, я так не могу!
– Что такое?
Несколько озадаченный мастер Вирс поднялся ведьме навстречу из кресла, в котором до этого тихо сидел. Наши с ним взгляды встретились за секунду до того, как Саньята повисла у него на шее и впилась поцелуем в губы.
Это оказалось сродни удару дубиной по голове. В голове мгновенно воцарился сумбур. С одной стороны – потрясение от того, что я увидела мастера Вирса без его вечного капюшона. Хотя разум почему-то вопил, что все верно, я имею право видеть его таким. А еще почему-то я точно знала, что у некроманта невероятно синие глаза. И это было странно.
С другой стороны, хоть я и знала о том, что Саньята давно и безуспешно преследует некроманта, ее поведение не только оскорбило меня до глубины души, но и вызвало почему-то злые собственнические мысли по отношению к мастеру Вирсу. Я с трудом справилась с мгновенно возникшим желанием вцепиться в волосы собственному куратору. Меня настолько это ошеломило, что я чуть не пропустила дальнейшее развитие событий:
– Саньята, ты с ума сошла!
Мастер Вирс осторожно, но непреклонно отцепил от себя ведьму, и даже отступил от нее на шаг. Правда, куратор попыталась вновь сократить между ними расстояние до минимума. Но декан ей этого не позволил.
– Саньята, стой, где стоишь! Не вынуждай меня применять к тебе силу!
Я прижалась спиной к стене, сглатывая странную горечь. На мое счастье куратор меня еще пока не видела. И я старалась даже дышать поменьше, чтобы не привлекать к себе внимание разозленной ведьмы.
– Я все равно добьюсь своего!
Мастер Вирс медленно покачал головой:
– Уже нет. Ты опоздала, Саньята. Я тебя предупреждал. Я никогда собой не распоряжался. А теперь тем более. Я более не свободен. У меня уже есть невеста.
Секунду куратор недоверчиво смотрела на декана некромантов. А потом запрокинула голову и расхохоталась каким-то мертвым, жутким смехом. Горько. С отчаянной решимостью.
– Какая-нибудь графинька с белой костью? Нет, Арант. Ты все равно женишься на ведьме. Я тебе это гарантирую. Запомни: у тебя есть невеста только до тех пор, пока я не узнала, кто она. Лучше откажись от девчонки сейчас. Пожалей дуреху.
– Осторожнее, Саньята. – Спокойный голос мастера Вирса вдруг налился какой-то пугающей силой. – Ты сейчас угрожаешь члену королевской семьи. И нет, можешь не утруждаться: девушка уже под защитой моей магии. Тронь ее – и я мгновенно об этом узнаю. А после этого меня ничто не остановит. Так что не разрушай собственную жизнь.
Несколько долгих секунд куратор и декан некромантов смотрели друг на друга. И мне с моего места казалось, что вокруг них даже воздух уплотнился и окрасился всеми цветами радуги. Саньята первой прервала эту дуэль взглядов:
– Посмотрим. Но потом не говори, что я тебя не предупреждала.
Куратор развернулась на каблуках и, не глядя по сторонам на мое превеликое счастье, вылетела вон из дома декана некроманта. Только гул пошел гулять по комнатам от захлопнутой со все силы двери.
В наступившей после ухода Саньяты тишине ясно прозвучало цоканье костей Ершика, спускавшегося по ступеням. И вскоре меня за ногу обняли косточки его лапок. Почему Ерш не воспользовался порталом, для меня осталось загадкой. Но я послушно наклонилась и подхватила умертвие на
