быть, можно ли утверждать, что этой причиной был не Бог?
Второй аргумент – первая причина. Все процессы во Вселенной находятся в отношениях причины и следствия – здесь с Фомой не поспорили бы даже современные физики. Но что же было первой причиной в истории? Этот вопрос наука объявляет непознаваемым и не исследует. Значит, нет строго доказанного опровержения и второго довода.
Третий аргумент, Необходимость – это закон сохранения материи. Откуда взялась материя до Большого Взрыва? И снова – неизвестно. Значит, нельзя исключать, что и вправду ее создал Бог.
Четвертая причина: Бог – это Абсолют, нравственный и прочий эталон. Здесь все не столь явно, но ближе всего этот аргумент соотносится с тайной человеческого сознания. Откуда оно взялось? Почему оно столь индивидуально? Почему человека терзает совесть, когда он понимает, что сделал что-то недоброе, далекое от нравственного божественного Абсолюта? Загадки сознания неисчислимы.
Наконец, пятый аргумент, утверждающий, что все стремится к одному Началу, напоминает тайну идеального соотношения законов физики на всем пространстве Вселенной. Кто установил закон гравитации? А все остальные, столь филигранно подогнанные друг к другу законы? Случайность? Или все же Бог?
Многих удивляет то, что католическая церковь и сейчас, в XXI веке, считает все пять доказательств Фомы действующими и никем не опровергнутыми. Что ж, возможно, в них действительно содержится истина. Обратного, по крайней мере, пока никто строго научно не доказал. И докажет ли в будущем?
– Фома, я передумал. Я воздержусь от споров. Вместо дискуссии, я хочу узнать еще вот о чем: если Бог действительно существует, то каков Его образ?
– Бог существует отдельно от природы, как всякий Мастер существует отдельно от своего творения. Каждая вещь в мире обладает двумя базовыми качествами – сущностью и потенцией. Человек – не исключение. Например, моя потенция – быть христианским мыслителем и писать богословские трактаты. Но я могу заниматься этим урывками, по ночам, и даже когда я пишу, по-настоящему яркие идеи приходят ко мне лишь эпизодически. А моя сущность – это человек, который в данную секунду разговаривает с вами, мои неизвестные допросчики, и держит вилку в руке. То же самое – с каждым предметом на свете. Звезда имеет потенцию упасть или взорваться, но в сущности просто находится в одной точке неба. В отличие от обычных вещей, сущность и максимальная потенция Бога всегда совпадают. Это самая великая сила в мире, и она в каждое мгновенье реализуется наиболее полным образом.
– Что еще вы можете сказать о Боге?
– Никто прежде – и это кажется мне странным – не отмечал того, что творение Богом мира не было неизбежным. Бог мог создать Вселенную, а мог не создавать. И за то, что он ее все же создал, мы вечно благодарны Ему. А кроме того, Бог – это не только высшая сила, но и уникальная, отдельная, сознающая себя личность. Из этого, казалось бы, простого положения можно прийти ко множеству потрясающих новых умозаключений.
– Авиценна утверждал, что Бог велик и всеобъемлющ, но есть вещи, которые даже Ему неподвластны.
– Лично я знаю одно явление, совершенно точно неподвластное Богу. Даже Всевышний не может изменить прошлое, обратить время вспять.
– Из этого следует, что время сильнее Бога?
– Нет, не так. Из этого следует, что Бог никогда не ошибается. И что если Он совершил нечто однажды, то возвращаться к этому вновь нет никакой необходимости. Иначе нарушилась бы причинность и наступил бы хаос, столь противный Его сущности.
– А как же свобода воли человека? Некоторые религии в ней сомневаются или даже отрицают ее.
– Этот вопрос наивен. Разумеется, человек обладает полной свободой воли. Иначе зачем Бог дал ему все заповеди, наставления, для чего вложил в них столько Своего бесценного, возвышенного Духа? Для безвольных марионеток Священное Писание было бы напрасной тратой божественных сил.
– Ну что ж, с божественной природой, кажется, понятно. А что можно сказать о человеке?
Как и на протяжении почти всего разговора, Фома снова опустил взгляд. Пальцем стал что-то сосредоточенно оттирать с грубой дубовой поверхности стола, и, не отрываясь от этого, заговорил.
– Человек – лучшее, высшее создание Господа. Безусловно, благое, даже несмотря на все наши пороки и первородный грех Адама. Многие богословы утверждают, что плоть есть средоточие греха, и чем меньше мы будем уделять нашему телу внимания, а только лишь молиться и пребывать в нашей душе, тем лучше. Я считаю это логически абсолютно неверным. Пока человек пребывает на Земле, его душа и тело неразделимы. И о том, и о другом, он обязан заботиться в равной мере. Телесная чистота так же важна, как и душевная. Нет смысла в чрезмерной аскезе. Христос, учивший собирать сокровища на небе, а не на Земле, имел ввиду, что ставить богатство целью своей жизни – большой грех. Но он вовсе не отрицал при этом важность правильной телесной, земной жизни. Человек приятен Богу не строгой аскезой, а добрыми бескорыстными поступками, благими делами, которые он совершает каждый день ради своих ближних. Существование важнее потенции. Не так важно то, что я могу. Имеет значение только то, что я фактически сделал. В этом суть праведности.
– Что еще важного о человеке можно заключить из Писания?
– С помощью все той же Аристотелевой логики я легко доказываю то, что ни один человек не имеет права порабощать другого. Каждая личность бесценна. В мире не должно быть рабства, ведь раб – это тоже сын Божий. Как можно унижать раба, если раб – творение Бога? Унижая раба, ты посягаешь на Бога. Даже преступников не следует казнить, их надлежит лишь содержать в тюрьме, дабы они не могли принести нового вреда. Ни один палач не имеет права убить Божье создание. Каждый человек имеет права уже на том основании, что он родился.
Мне вспомнилось, что декларация неотъемлемых прав человека была закреплена лишь в XX веке. В этом аспекте Фома намного опередил свое время.
– Про вас поговаривают, что вы не слишком лестно высказываетесь о королях и государстве.
– Государство, безусловно, необходимо. Оно приносит много общественных благ. Но следует помнить, что человек – это творение Бога, а государство – всего лишь творение человека. Из этого логически следует, что человек и его интересы бесспорно выше, чем интересы государства, которое суть явление более низкого порядка. Государство должно лишь обслуживать нужды человека.
– Значит ли это, что идеал государства – это афинская демократия?
– Нет. Я считаю, что демократия, власть толпы, в конечном итоге всегда приводит к тирании. Мой идеал государства – выборная монархия. Государь избирается большинством голосов народа и на
