Читаем без скачивания Зона Посещения. Режим человека - Сергей Вольнов

Таким образом, через эти канатные спуско-подъёмники всевозможных видов и конструкций в разные периоды проходило от сорока до девяноста процентов всех охотников за зонной удачей. Многие из числа тогдашних бродяг даже не трудились приобретать навыки самостоятельного скалолазания, жизненно необходимые для истинных сталкеров Трота с его-то ступенчатой спецификой. А собственно, им и не нужно было. Незачем.

Заплати вполне разумную плату и спускайся-подымайся на любом сталкерском «лифте» без каких-либо заморочек и, как правило, даже под умеренным огневым прикрытием бойцов, его обслуживающих. Не требовалось тащить с собой альпинистское снаряжение, в случае перехода на третий и особенно четвёртый уровень уже достаточно тяжёлое, если не громоздкое. Не надо было тратить силы на преодоление вертикалей, разделяющих уровни Трота, и что самое приятное, не приходилось опасаться неожиданных нападений обитающих на отвесных территориях мутантов, когда в тщетных потугах пытаешься дотянуться рукой до очередного уступа или трещинки в скале… Знай себе бери патронов и припасов побольше и сталкерствуй на здоровье.

Впрочем, нередко случалось, что и опытные, прожжённые скалолазы не пренебрегали «лифтами». В конце концов, суммарная стоимость необходимых для преодоления километровых скал закладных элементов, шлямбурных крюков и прочего добра часто оказывалась большей, чем плата за «лифт». Не считая того, что во время такого самостоятельного спуска, если крупно не подфартит, можно было легко оставить на этой вертикали и самое ценное, что было взято с собой в Зону, – жизнь.

И даже Захваты, во время которых Трот не только утягивал в эпицентр всё живое, не успевшее спрятаться или закрепиться, но и углублялся, удлиняя стены на несколько метров каждый раз, не могли вытравить это явление, некогда масштабное. Повреждённые канатные дороги упрямо восстанавливали. При тогдашнем количестве пользователей они были очень и очень рентабельными. А к наиболее выгодно расположенным и удобно устроенным «лифтам» сталкеры даже натоптали магистральные тропы, такие себе «федеральные шоссе» Трота. И вдоль этих магистралей некогда тоже бурлила своя жизнь; признаков присутствия живых человеков, а не былой их деятельности, здесь было куда больше, чем на обочинах других, условно постоянных, маршрутов.

Но эта золотая эра канула в Лету. Ясное дело, потому что людей в Троте становилось всё меньше и меньше, и восстанавливать, обслуживать, оборонять сталкерские «лифты» становилось всё накладнее, а точней, просто некому. Конечно, во многом это произошло из-за фатальной мегасерии Захватов. В ту дату не только сгинула целая группировка «Инферно» и ещё куча народу, но и вертикали разом увеличились на порядок больше, чем обычно. Понятное дело, все наработанные артерии оборвались, вся налаженная инфраструктура нарушилась, практически везде – безвозвратно.

Между первым и вторым уровнем на десятки метров, между вторым и третьим – на сотни… Перепад между третьим и четвёртым уровнем, которому для углубления на два километра понадобилось почти столетие, так вообще вытянулся больше чем на километр и составлял уже три с лихвой километра.

Именно к этой исполинской стене сейчас и пробирался одинокий сталкер. Торный сталкерский «хайвэй», ведущий к бывшему «лифту», хоть и порядочно зарос и стёрся, но всё ещё сохранил следы «былого величия», складывающегося в основном из мусора, когда-то оставленного сталкерами на стоянках и привалах. Но все эти кучки брошенного барахла и использованных одноразовых вещей со временем почему-то не росли, а уменьшались. Складывалось впечатление, что здесь постоянно подрабатывал какой-то зонный дворник, уносящий отсюда мусор в неизвестном направлении. Возможно, исчезнувшее непостижимым образом переправлялась в локацию «Венера», ту, что в южном секторе первого круга.

Канатная дорога, к которой прокрадывался сталкер, называлась «Водопойная»; недалеко от её нижней точки в маленьком гроте некогда находился источник. Было очень удобно пополнять запасы воды непосредственно перед отбытием в ходку по четвёртому кругу Трота. Теперь, конечно, после Мегазахвата, грот с родником поднялся над уровнем земли и находился где-то высоко, посреди нависающей над головой скалы. Но бродягу, идущего в сумраке, рождённом тенью этой исполинской стены, не особо смущало данное обстоятельство. Ему придётся добираться к источнику, надеясь, что вода не иссякла. Он и выбрал-то именно этот маршрут для подъёма, потому что запас питья у него практически иссяк. Последняя пластиковая ёмкость опустела и была свёрнута в компактный рулончик ещё три дня назад. А в его «медузе», гидросистеме, расположенной внутри рюкзака, осталось от силы двести миллилитров жизни.

Подвела уверенность в том, что «дикий водопой», к которому протоптаны стежки мутантами и людьми, раньше всегда радовал чистой прохладной водой. Но огромный крюк к остаткам старого дуба, в пустом нутре которого между корней имелся тот источник, лишь отнял время и драгоценные запасы питья. Он иссяк. Зона вновь напомнила, что ничего надёжного в ней быть не может.

Мелкий колючий кустарник, тянущийся вдоль сталкерского шоссе на этом участке, начал редеть, а шагов через сто поверхность земли и вовсе облысела. Теперь человек выбрел на открытое пространство и выпрямился в полный рост. Идти скрытно больше не было возможности, как и незачем дальше пригибаться к земле. Впрочем, нынче Трот почти обезлюдел, если сравнивать с былыми временами.

Мутантов, правда, меньше не стало, даже наоборот, но, к счастью, для них бывшие человеческие тропы давно не являются богатыми охотничьими угодьями, и теперь шанс встретить зверьё здесь куда меньше. А людей и подавно…

Сталкер осмотрелся, ища возможную угрозу, не нашёл и быстрым шагом устремился к тому месту, где на скале виднелись остатки нижнего основания «лифта». Как и следовало ожидать, остались от этой некогда оживлённой канатной дороги лишь рожки да ножки. Видно было, что кто-то всё же пытался здесь что-то восстановить, но так и забросил сие неблагодарное занятие, причём очень давно. Но всё же даже эти жалкие остатки «канатки», протянувшиеся по скале реденьким пунктиром, могли облегчить подъём. На протяжении всего маршрута всё-таки остались кое-какие частично закреплённые тросы, люльки, балкончики и прочие приспособы, некогда составлявшие «многополосный» вертикальный путь между уровнями. Всего-то и надо для восхождения – прокладывать тросы от одного обрывка канатной дороги к другому её уцелевшему кусочку. Просто курорт по нынешним временам…

Бодро марширующий сталкер вдруг как в стену врезался, замер с поднятой вверх ногой. Его внимание привлекло незначительное шевеление пыли, вздёрнутой лёгким ветерком. Пыль как-то неестественно закрутилась в парочку мелких одинаковых вихриков с очень чёткой, глазом различимой границей. Отступив на шаг, человек боднул ботинком землю и отправил перед собой волну пылюки. Крошечные частички в поднявшемся облачке тут же закрутились в десятки крошечных вихрей, вырисовав на земле соты локальной абнормали. Надо же, «козье копытце».

В детской сказке Алёнушка предостерегала своего брательника не пить водичку из отпечатка козьего копытца, дабы тем самым козлом не стать. С этой областью ИФП дела обстояли немного проще – совсем не нужно было из неё пить, чтобы поиметь неприятностей. Достаточно было просто наступить на это чужеродное образование.

Случалось, ходоки даже не замечали, когда влетали в такую локалку, ведь она не убивала и какими-либо ощутимыми воздействиями сразу не наказывала. Эта хренотень непостижимым образом, сука, изменяла клеточную структуру ступни, прописывала прямо в ДНК свой вредоносный код и давала энергетический толчок к метаморфозам. В результате медленно, но уверенно происходила мутация ног.

Кожа, плоть и кости начинали выгнивать и отторгаться, а на их месте вырастали парные ороговевшие отростки, внешне напоминающие копыта. И хоть эта трансформация не убивала, обладателя таких ножек не ждало в будущем ничего хорошего. Люди его боялись и сторонились, хотя мутантом в прямом смысле он вовсе не становился. Могли даже пристрелить, приняв за хищную тварь, маскирующуюся под человека. Но по большей части такие люди попросту сходили с ума, не сумев принять своё «обновлённое» тело.

Имелись и другие абнормали сходного воздействия, например, «свиноглав». И раньше они доставляли немало огорчений и хлопот. Теперь же людей в Троте осталось на порядок меньше, а в третий и четвёртый круг настолько мало кто из выживших спускался, что уж те, кто здесь бывал, все поголовно ветераны, для огорчения которых потребуется нечто гораздо более хитрозакрученное. Ранее известные типы локалок уж точно не доставят им проблем.

Обойдя вихревую «поляну», сталкер остановился у начала вертикальной тропы. Здесь внизу образовалась свалка из поломанного и более не нужного снаряжения, предназначенного исключительно для экспресс-спуска. Человек с завистью осмотрел и раздосадованно пнул ногой некогда дорогостоящее и практически целое спусковое устройство, но тащить с собой вверх этот бесполезный девайс не решился. Если он снова спустится в четвёртый, то наверняка не здесь, а искать остатки другой «канатки»… ещё неизвестно, понадобится ли.