двух мертвецов, прикрыл глаза, будто надеясь, что все это сон. — Я не знаю…
— А это точно Гэ Дэмин? Тот Гэ Дэмин, который возглавляет Союз Серого Журавля?
— Д-да…
— Я почему спрашиваю, Лян Юймин. В прошлый раз, когда он назначал переговоры, это было ловушкой. Вместо себя твой господин отправил какого-то ряженого. И я вот думаю, а не поступил ли господин Гэ таким образом еще раз?
— Это господин Гэ Дэмин. — Этот парень, он что, плачет? Черт, он реально плачет! — Я бы отличил своего дядю от шута в дорогом платье.
У-у-у, как запущено! Значит, все-таки это слив главы союза другими его участниками. Вон и родича отправили на переговоры со мной. Чтобы сразу и гуна грохнуть, и его возможного наследника.
— А этот Герой, который убил твоего дядю… Зачем он это сделал, а?
— Ши Чуньян! — имя убийцы Страж буквально выплюнул. — Человек Сун Люкуня! Сунь Люкунь виноват в смерти господина Гэ!
Мальчишка тупой или прикидывается? А какой еще вывод можно сделать из произошедшего? Случайность? Душевный порыв? Конечно, это заговор, балбес! Значит, Сун Люкунь, да? Что-то я не помню никого из владетелей Союза с таким именем.
— Это советник… он был советником господина Гэ Дэмина, — ответил пленник, когда я задал ему вопрос.
Вообще, по ходу допроса он как-то ожил, говорить стал уже не так потерянно, даже пытался вырваться из хватки Быка. На что мой побратим отреагировал подзатыльником, заставившим юнца притихнуть. Надо знать силу удара Лю Юя, хорошо, не пришиб.
Итак, что у нас получается. Господин Гэ после разгрома армии принимает единственное логичное и верное решение — сдаться. Но перед этим желает мне что-то поведать, чем выторговать себе хоть какие-нибудь преференции. Он собирается на переговоры и берет с собой племянника-Стража и еще одного сопровождающего — Героя. Который до начала переговоров его убивает.
Сам Герой у нас — человек некоего Сун Люкуня, советника и доверенного лица. Предателя, вставшего на сторону кого-то из других владетелей Союза. Цель которого — сражаться до конца. Или, что куда вероятнее, до подхода подкреплений новых союзников. Китайцы не склонны к бессмысленной гибели, слишком прагматичны для этого.
Значит, нужно ждать гостей. Скоро. Которые подойдут с севера — больше неоткуда просто. Но горный перевал под моим контролем, на что вообще расчет? Конечно, я не буду его оборонять в духе трехсот спартанцев, не настолько там узко, да и в целом — зачем?
— Ван Дин, — обернулся я к адъютанту. — Быстро к Бешеной Цань в горную крепость. Приказ — отправить дозоры на два, нет, на три дневных перехода, наблюдать, ожидать вражескую армию. Усилить посты в крепости — возможно, нападение на гарнизон. Пошел!
— Внимание и повиновение! — Ваньку буквально ветром сдуло.
Бык вскинул бровь, мол, а с нами выводами не поделишься? Потом дернул головой, указывая на все еще удерживаемого Стража — с ним что делать?
Взглядом я попросил его подождать и обратился к пленному.
— Лян Юймин, что хотел сказать мне твой дядя? Зачем он просил о встрече до сдачи города?
— Мне он ничего не говорил. Но я слышал кое-что, когда он в последний раз проводил совет Союза. — Смерть родича переключила в голове молодого человека какой-то рычажок, и его не приходилось уговаривать на сотрудничество.
— Что именно, молодой Лян?
— Господин Гэ Дэмин был чем-то недоволен. Говорил, что его обманули. Что договор был другим. Прочие владетели отмалчивались.
— Союзники его обманули? — уточнил я. — Быкоголовый, поставь уже парня на землю, а то у меня ощущение, что я с куклой разговариваю!
— У меня сложилось ощущение, что нет, — утвердившись на ногах, Страж почувствовал себя немного увереннее, что отразилось и на его речи. — Союзники, кажется, тоже были шокированы.
— Чем?
— Я не знаю. Меня не пускают на совет, я лишь младший офицер.
Так. Что за обман? Что-то я ничего не понимаю!
— Когда был совет? Перед выездом сюда?
— Тот, где я подслушал дядю? Нет, два дня назад. Сегодня, после поражения в ночном сражении, ничего такого не было.
То есть два дня назад у фракции Журавля был большой совет, на котором Гэ Дэмин узнал что-то, что ему очень не понравилось. И его союзникам тоже. Какой-то обман… Еще один владетель обещал прийти на помощь, но в последний момент отказался? Возможно. Но тогда зачем кому-то, причем кому-то из своих, убивать господина Гэ, когда он уже собрался сложить оружие?
Опять-таки, если подмоги никто не ждал, какой смысл в смерти лидера Журавлей? Его имело смысл убивать, только если он выступал за сдачу, а остальные были против, поскольку рассчитывали на подкрепление.
В общем, ничего не понятно.
— Едем в лагерь, — приказал я, завершая допрос. — Там еще раз выслушаем Стража Ляна и обсудим произошедшее.
Но ничего умного мы придумать не смогли. Как и я, соратники сходились на мысли о том, что смерть Гэ Дэмина нужна для того, чтобы отрезать путь к сдаче, и укрепления боевого духа. А подобное поведение имело смысл только в случае ожидания подмоги. Которая, если бы была на подходе, удержала бы и самого главу Инчуаня от договора со мной.
В ответ на предложение о сдаче, отправленное защитникам города, пришел ожидаемый ответ: «Мы будем стоять до конца!»
А через два дня разведчики принесли новость, что в нашу сторону движется огромная армия с севера.
— Насколько огромная?
Весть была настолько важной, что Амазонка, лично наблюдавшая за подкреплением для Инчуаня, сама решила известить меня. Сейчас, покрытая пылью, с разводами грязи на лице и вымотанная до крайней степени, она медленно цедила воду из чашки и докладывала.
— По виду, больше двухсот тысяч.
Все собравшиеся в шатре тут же загалдели.
— Что?
— Невозможно!
— Кто это может быть?
— У наших шпионов нет никакой подобной информации!
— Тихо! — прикрикнул я на разошедшихся соратников. — Гу Вайцзинь, пожалуйста, продолжай доклад.
— Мы взяли несколько их солдат. Одного офицера, из младших — полусотника. От них узнали, что армия в шестьсот тысяч человек, а ведет ее тот самый Чжугэ Лян, про которого ты нам рассказывал раньше. Прославленный Стратег, носящий имя Невидимого Дракона.
А вот и он! И в силах, что называется, великих! Шестьсот тысяч! Кунмин в этой версии Китая, видать, вместо Цао Цао.
— Про шестьсот тысяч — брехня, — продолжила между тем Амазонка. — Нету там столько. А вот двести с небольшим — вполне. Насколько я смогла оценить, хороших войск немного, конницы мало, а основа — ополченцы с гэ. Этот Чжугэ Лян, по словам пленника, недавно принял титул вана и объявил
