Невин рискнул слегка приоткрыть двеомер, те его силы, которые управляли памятью, и лицо «серебряного кинжала» расплылось и изменило форму. Несколько мгновений Невин смотрел в усталые глаза барда Мэдина. Невин был так рад увидеть его, что едва не подпрыгнул от счастья. Ему так хотелось обнять барда, но, конечно, Мэйр не помнил своей прошлой жизни, и Невин не стал делать глупостей.
– А чем ты собираешься заняться потом? – спросил он. – Если слухи правдивы, скоро в Элдисе будет полно работы для «серебряных кинжалов».
– Если вы спросите меня, я вам отвечу, что все это – конское дерьмо, мой лорд. Гвербреты могут болтать над кубками с элем все, что им в голову взбредет, а вот найти денег и снарядить войско намного сложнее. Я думаю поехать на запад. Я еще никогда там не был.
Возможно, это было своего рода знамение. Невин еще не решил, где именно он будет трудиться над опалом, но на западном побережье была одна славная деревушка, о которой у него сохранились добрые воспоминания.
– Я тоже направляюсь на запад, – сказал Невин. – Твой капитан не будет против, если я присоединюсь к войску?
– Капитан? Войско? – Мэйр захохотал. – «Серебряные кинжалы» уже пятьдесят лет не собираются в отряды, добрый сэр. Был, знаете ли, королевский указ. Теперь мы можем ездить по одному или по двое, не больше.
– В самом деле? – Невин был потрясен. Меня не было слишком долго, подумал он. – А почему?
– Я не знаю. Это королевский закон, и меня он устраивает. А если вам нужен охранник, то меня можно нанять.
– Поедешь в Каннобайн?
– С удовольствием. Пара серебряных монет?
– Договорились. Тогда отправляемся послезавтра на заре.
Мэйр пришел вовремя. Когда он появился, Невин уже оседлал только что купленную лошадь и заканчивал навьючивать мула. «Серебряный кинжал» вел в поводу прекрасного вороного боевого коня, к седлу которого были приторочены две седельные сумы, постель, простой белый щит и шлем. Мэйр с интересом посмотрел на мула.
– Так вы травник?
– Травник. Так что можешь не бояться заболеть во время путешествия.
Мэйр ухмыльнулся и, не дожидаясь просьбы, помог навьючить мула. Они провели коней в поводу по запруженным утренним улицам и сели верхом, выбравшись за западные ворота.
Последний утренний туман таял под летним солнцем. По левую руку у подножья светлых утесов сверкало искрами и пенилось бирюзовое море, а по правую колосилась в полях золотая пшеница. У Мэйра было прекрасное настроение, он то насвистывал, то напевал что-то приятным чистым тенором. Стоило ему немного поупражняться, и он мог бы стать бардом. Невин искренне радовался тому, что человек, о котором он продолжал думать, как о Мэдине, снова поет. Но ему пришлось решительно одернуть себя. Теперь это Мэйр, а не Мэдин, и против всех законов двеомера, да и против здравого смысла, принимать одного за другого.
Он повернулся в седле, чтобы похвалить пение Мэйра, и еще раз удивился. Позади «серебряного кинжала», прильнув к нему, как дитя, сидела голубая фея довольно большого роста. Он пытался убедить себя, что, конечно же, не может существо, пусть очень любившее Мэдина когда-то, оставаться преданным ему после стольких лет, но тут фея поймала его взгляд и так самодовольно ухмыльнулась, что сомнений не осталось – это она. Все последующие дни их неспешного путешествия в Каннобайн Невин часто видел фею. Она целыми днями порхала вокруг Мэйра, а ночами сворачивалась рядом с ним в клубочек, как преданная собака. При этом было очевидно, что Мэйр не видит фею, потому что он частенько наступал на нее, если она не успевала вовремя отпрыгнуть в сторону. Однажды, когда Мэйр пошел к фермеру, чтобы купить продуктов, Невин решил поговорить с феей, хотя толковать с диким народцем о смерти – все равно что бросать слова на ветер.
– Ты знаешь, ведь он больше не видит тебя. Он теперь не тот, кого ты знала раньше.
Фея огрызнулась, обнажив длинные заостренные зубки.
– Нехорошо его так преследовать. Ты должна находиться вместе со своим народом.
В ответ на это она запрокинула голову и слабо застонала. Невин обеспокоился еще сильнее, потому что вообще-то дикий народец не мог издавать звуков.
– Я поговорю с одним из твоих королей, – сказал он, – и посмотрим, что…
Она в бешенстве завизжала, начала увеличиваться в размерах и вдруг исчезла с порывом холодного ветра.
В прошлой жизни Мэйр не только водил знакомство с диким народцем, но успел побывать и «серебряным кинжалом», но Невин решил считать это простым совпадением Он, конечно, не стал бы бесчестить себя назойливым вмешательством в чужие дела, но Мэйр сам захотел рассказать свою историю, когда они ночью сидели у костра.
– Ты ведь не из Элдиса, сынок? – спросил его Невин.
– Нет. Я родился в Блэйсбире, и именно там мне достался этот проклятый кинжал. Я служил в клане Волка, и однажды вечером мы с ребятами здорово напились. Одному из моих друзей и пришла в голову эта идиотская затея. Ему нравилась одна девчонка – это было довольно паршиво, добрый сэр, он походил на вепря во время гона, так ухлестывал за этой дочкой портного, но ее папаша, он за ней здорово следил. Так что мой дружок решил, что мы должны ему помочь. Мы все пошли в лавку к этому портному, Нин позвал девчонку из окна спальни, а я и еще один парень пошли к передней двери. Мы сделали вид, что деремся, и старый папаша кинулся за нами следом. Мы его заставили поплясать: по-всякому обзывали, вообще неплохо повеселились, но немного перестарались. – Мэйр вздохнул и потер подбородок. – В общем, мы окунули его в деревенскую лошадиную поилку, ну, просто чтобы посмеяться, а в это время Нин кувыркался с девчонкой под изгородью. Папаша пожаловался лорду и ругался, пока Авоик не взял сторону старого портного и не выкинул нас из дружины. Между прочим, совершенно несправедливо, потому что Нина потом взяли обратно: дура-девчонка забеременела, и Нину пришлось жениться на ней.
Это прозвучало так негодующе, что Невин невольно рассмеялся. Мэйр расправил плечи и посмотрел на старика.
– Ты что, не считаешь это несправедливым?
– Гм… да. Просто ты первый парень из всех, кого я знал на своем веку, ставший «кинжалом» из-за глупой проделки.
– Ну, вот такая у меня вышла история, добрый сэр. Я просто хотел немного посмеяться, а они взяли и перевернули все с ног на голову.
Как-то ближе к вечеру Невин и Мэйр поднялись на вершину холма и увидели Каннобайн, раскинувшийся вдоль небольшой реки под названием И Брог. Разглядев круглые, крытые соломой дома, Мэйр широко ухмыльнулся.
– Сегодня к ужину полагается эль, мой лорд. А может, в этой дыре даже таверна есть?
– Последний раз, когда я приезжал сюда, была. Но с тех пор прошло столько лет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
