которое вы начали – без вас не развалилось.
– Угадал, – я вздохнул. – Раз уж я от прошлой специальности разрушать, скажем так, ушёл в область создавать. Меня ведь воспитывали, что Родина – это всё, даже если за неё погибнешь. Пафосно звучит, да? А тут, считай, попробовать восстановить то, чего в девяностых порушили.
– Потому я и решил никому не говорить. Делай что должно, а там будь что будет? Так у вас говорили? Пусть всё останется как раньше, – Лёша протянул руку, и я её пожал. – До свидания и до понедельника. А в гости к нам не забывайте заглядывать. И девочки вас обожают, да и Алиса теперь лучшая подружка у Оленьки. Так что ждём. Всего доброго.
– Всего доброго. До свидания.
Иншалла…
Домой я возвращался спокойным неторопливым шагом, в холле подъезда, пока ждал лифт, немного поболтал с милой старушкой с третьего этажа. Во всех смыслах безобидная бабулька, однако с чего-то вбила себе в голову, что семья прямо над ней – оба чистокровные негры, в начале двухтысячных переехавшие в Москву работать из США, да так и оставшиеся у нас насовсем – демоны. И каждый раз, когда меня видит, просит сходить вместе с ней в церковь. Дескать, одну её батюшка не послушает, а я мужчина солидный, толковый, смогу уговорить святого отца провести ритуал экзорцизма. Я как обычно покивал, согласился, сказал «как-нибудь потом обязательно», и спрятался в лифте.
Лишь когда за мной закрылась дверь квартиры, я понял, что ноги у меня подгибаются, началась одышка, сердце прыгает как бешеное, а во рту пересохло как в пустыне.
– Игорь, что случилось? – испуганно кинулась ко мне Алиса.
– Знаешь, я только что понял смысл фразы «лучшая новость – отсутствие новостей». Я говорил с Лёшей… в общем, он меня расспрашивал и поверил в мою версию событий. Я тебе её потом перескажу. Но если коротко, то мы никуда не уезжаем, он никому ничего не говорил и будет молчать. И про нашу с тобой природу он не догадался. А ещё нас пригласили в гости, сказали, что как и раньше нас ждут в любое время.
– Ура-а-а! – Алиса кинулась мне на шею и чуть не задушила. – К чёрту подробности, мы остаёмся! Я за одно это готова на всё.
И тут в дверь прозвучал звонок.
– А это кого? – удивился я. Заглянул в глазок. – Яна. Эту сюда с чего принесло? Она же дома должна быть.
Тут в дверь забарабанили и даже пнули пару раз ногой, и послышался голос Яны:
– Открывайте, я знаю, что вы дома. Открывайте, а то уйду и всё расскажу.
Мы с Алисой переглянулись, она сделала несколько шагов назад, оказавшись на пороге кухни, я медленно открыл. Яна ворвалась в квартиру, захлопнула дверь и торопливо выпалила:
– Я знаю, что вы вампиры. Как в «Сумерках».
Я аж поперхнулся, поскольку ожидал услышать всё что угодно кроме этого:
– Типун тебе на язык. Это я про вампиров. Не надо нам такого счастья.
– Ага! То есть вампиры существуют.
– Я вообще-то не это имел в виду…
– Это-это. Тогда эти, как его? Оборотни? Я же говорю, я видела, как у вас глаза светились. По-настоящему. У обоих.
– Не знаю, я оборотней только в погонах встречал, – буркнул я. – И вообще, я же сказал дома сидеть.
– Ну, расскажешь, и что? – в разговор вступила Алиса, видимо, тоже немного отошла от шока первой фразы. – Кто тебе поверит? Лёша был у нас, ты наверняка за домом следила и видела, как они с Игорем разговаривали. Никуда и никто вчера не ездил, мы на велосипеде катались. Или расскажешь, как тебя уговорили поехать нюхать наркотики и сниматься в порнофильме, но потом тебя спасли два существа с горящими красными глазами? Знаешь, вот в съёмки и наркотики поверят, тут я согласна. После чего отправишься ты сначала в наркологию на обследование, потом тебе долго станут капать на мозги в полиции, а родители посадят под арест. Можешь сразу маме рассказать. Хотя нет, пойти и признаться в полицию будет безопаснее.
Яна поперхнулась, сначала покраснела, дальше побледнела. Про это она, похоже, не думала.
– Вы мне выигрыш обещали. Тогда, на крыше сказали, если я Алисе помогу по городу ходить – с вас подарок. Я честно две недели помогала.
– Ремнём тебе за вчерашнее, – мрачно ответил я. – Вот это готов и в качестве подарка, и для профилактики. Хоть сейчас.
– А я тогда тёте Кате расскажу. Она мне поверит.
Мы с Алисой переглянулись. Вот этот вариант мы не предусмотрели. И угроза на самом деле серьёзная, особенно в свете версии, которую я скормил Лёше. Катя, даже если крестнице не поверит, начнёт мужа пытать, а дальше… лучше не предполагать. Редкий случай, когда начинаю жалеть, что большая часть способностей эпохи магии нам сейчас недоступна. Как оказалось, грубо покалечить мозги Алисиным способом мы ещё можем, а вот подчистить память по одному событию – нет.
– И чего ты от нас хочешь, ребёнок? Учти, я не джин, не вампир, не инопланетянин и порталы к эльфам строить не умею.
– А я просто в гости к вам ходить хочу. Мама точно будет не против, и тётя Катя с дядей Лёшей. Говорят, Алиса на меня хорошо влияет, – Яна хихикнула. – И не надо мне никаких желаний. Ну интересно же. Рядом с вами обязательно какая-то мистика будет. Вы же всё равно волшебные, я правильно угадала? И про вампиров сказали, как будто их видели? А они правда красивые? Или лысые и страшные?
Мы с Алисой опять переглянулись, и девушка медленно мне кивнула.
– Ладно, шантажистка мелкая. Проходи, гостья ты наша. Только сразу предупреждаю – без предварительного звонка не заваливаться. Выгоню. У нас с Алисой и своя жизнь есть. Просто жизнь как двух взрослых людей. Поняла?
– Договорились, шантажистка, – тяжко вздохнула Алиса.
– Тогда мне кофе. Алиса тут уже хвалилась, что вы его в турке шикарно варите…
– Вот с ней и делите, – я усмехнулся, глядя на вытянувшееся от такой наглости лицо Алисы. – Если она даст.
Подводя итоги
Иногда мне кажется, что самый странный месяц в году – это сентябрь. Не просто так наши предки отсчитывали год именно с сентября, да и
