Читаем без скачивания Океан сказаний - Сомадева

Ветала же спровадил Джалападу на землю, и с чем тот был, с тем и остался. Воистину, не долог век богатства, неправедно добытого. Девадатта же с Видйупрабхой получили царство видйадхар и жили счастливо».

Такую историю поведала супругу своему Шактидеве сладкоречивая Биндурекха и добавила: «Вот какие дела случаются. Так будет и со мной. Как велела Биндумати, так и сделай, рассеки мое чрево, извлеки плод, устраняющий горе».

Но хоть настаивала на этом Биндурекха, Шактидева все же опасался, как бы не совершить греха. И тогда раздался голос с неба: «О Шактидева, бесстрашно рассеки ей чрево, возьми плод за шею, и он обратится в твоей руке в меч!» Услышав божественный голос, тотчас рассек он чрево Биндурекхи, схватил плод за горло, вытащил его и почувствовал, что это вовсе не младенец, а меч в его руке. Свершив это, почувствовал Шактидева, как растет его знание, и ощутил себя видйадхарой. Биндурекха же стала незримой. Тогда Шактидева пошел к жене своей, рыбачке, и рассказал ей все, что случилось.

Она сказала: «Мы, супруг мой, дочери повелителя видйадхар, но все трое были изгнаны проклятием из Канакапури. Одна из нас, Канакарекха, родилась в Вардхаманапуре. Как кончилось для нее действие проклятия, ты сам видел. Она уже вернулась в родной город. Я — третья сестра. Наступил срок, когда и с меня спадет проклятие. Сегодня я вернусь в свой любимый город, где хранятся наши тела — тела видйадхари. Моя старшая сестра Чандрапрабха уже там. Поспеши же туда с помощью своего магического меча. Там мы, все четыре сестры, станем твоими женами, а отец наш, скитающийся по лесу, отдаст тебе свой престол и будешь ты править в городе». После того как Биндумати рассказала ему о себе, ответил ей Шактидева: «Так тому и быть» — и умчался с ней по небесной дороге в славный город Канакапури.

Те женские тела, которые видел он прежде в трех шатрах дворца бездыханными, теперь ожили, ибо души их возвратились к ним — и к Канакарекхе, и к другим, и нашел он трех своих возлюбленных живыми. А затем встретил и четвертую, старшую сестру, взгляд которой, соскучившейся в долгой разлуке, предвещал счастье.

В то время как служанки, обрадованные его прибытием, занялись своими делами, Чандрапрабха удалилась с Шактидевой в спальный покой и сказала: «Та царевна Канакарекха, которую ты, счастливец, видел в Вардхаманапуре, моя сестра, и зовут ее Чандрарекха. Дочь повелителя рыбаков Биндумати, с которой ты прежде на острове Утстхала свадьбу справил, сестра моя Шаширекха, а царевна Биндурекха, что стала твоей женой, после того как ее похитил дайтйа, моя младшая сестра Шашипрабха. Теперь пойдем к нашему отцу, и он повенчает всех нас с тобой».

И вот по слову мудрой Чандрапрабхи, словно по повелению Бога с цветочными стрелами, немедля Шактидева со всеми четырьмя сестрами отправился к их отцу. А тот, выслушав от склонившихся перед ним дочерей обо всем случившемся, по велению голоса с небес отдал их в жены Шактидеве, а его самого поставил царем в Канакапури, передал ему все свои богатства и знания и дал ему имя, которым стали называть его видйадхары, — Шактивега. «Никто тебя не победит, ибо будешь ты обладать несокрушимой силой. Но ты должен будешь преклониться перед Нараваханадаттой, сыном повелителя ватсов, нашим будущим верховным правителем». Дав такое наставление, могучий властитель видйадхар Шашикханда удалился в отшельническую обитель, покинув столицу и свою землю. Шактивега же, став царем, вступил со своими женами в город Канакапури — знамя всего царства видйадхар.

С тех пор счастливо жил Шактивега с четырьмя своими супругами, кокетливо бросающими на него взоры, в Канакапури, славном своими храмами, блистающими золотой отделкой, проводя время в радующих сердце садах, где спуски к водоемам украшены ступенями, усыпанными жемчугами и другими драгоценными камнями».

Рассказав о своей занимательной жизни, Шактивега обратился к повелителю ватсов с такими словами: «О властитель ватсов, украшение лунной династии. Знай, что хотелось мне посмотреть на твоего сына, будущего нашего повелителя! Был человеком я, но по милости Шивы, сокрушителя городов, стал я видйадхарой. Нынче ухожу я, царь, домой, повидав своего будущего господина. Да сопутствует ему всегда и во всем счастье!»

Произнеся это, сложил Шактивега почтительно руки и после того как получил разрешение удалиться, силой магии улетел, пожелав повелителю ватсов с царицами, наследником и министрами счастливой жизни.

Вот третья волна книги «Четыре девушки» в «Океане сказаний» великого поэта Сомадевы.

Пятая книга по названию «Четыре девушки» окончена.

КНИГА ШЕСТАЯ

Книга о Маданаманчуке

(перевод И.Д.Серебрякова)

Те, кто без промедления вкусят сладость океана рассказов, возникших из уст Хары, взволнованного страстью к дочери великого Повелителя гор, — а сладость их воистину подобна животворной амрите, извлеченной Богами и асурами из глубин Молочного океана, — те беспрепятственно обретут богатства и еще на земле достигнут сана Богов!

6.1. ВОЛНА ПЕРВАЯ

Да охранит вас Слоноликий, то вверх, то вниз качающий головой, словно отгоняя сонмы злых духов! Слава Каме, непрерывный поток стрел которого заставляет волоски на теле Шивы, слившегося в объятиях с Умой, трепетать от наслаждения!

После того как Нараваханадатта покорил видйадхаров и установил над ними свою власть, где-то по какому-то случаю великие мудрецы и их жены спросили, как он этого достиг. И тогда сам он рассказал о жизни своего отца, царя Удайаны, и о всей своей божественной жизни.

6.1.1. Слушай же теперь этот рассказ!

Заботливо взращиваемый своим отцом, повелителем ватсов, перешагнул Нараваханадатта предел восьмого года. Царевич вместе со своими сверстниками, сыновьями министров царя Удайаны, одолевал разнообразные науки, наделявшие его необычайной мудростью, и резвился в садах, упражняя свое тело. Божественная Васавадатта и царица Падмавати с равной любовью по-матерински заботились о нем и днем и ночью.

Славен был великий род, в котором родился Нараваханадатта, и уже с самого младенчества славился царевич добрыми качествами благородной души, а телом гибким подобен был упругому луку.

Его отец, блистательный царь Удайана, повелевающий народом ватсов, проводил время в суливших быстрое достижение заветной цели мечтах о его свадьбе и всем, что с этим связано.

А тем временем послушаем-ка мы рассказ:

6.1.2. О купце Витастадатте, почитавшем Будду, и о его сыне Ратнадатте, презиравшем за это отца

Стоял на берегу реки Витасты город Такшашила, и его белокаменные стены отражались в струях Витасты, словно это во всей красе виднелся сквозь воду блистательный город Патала. Правил в Такшашиле раджа Калингадатта, превыше всего почитавший Будду, и его подданные в большинстве своем были почитателями Победителя. Сверкающие многочисленные островерхие башни чайтий, осыпанные драгоценными камнями, словно говорили, опьяненные гордостью: «Нет города, который бы сравнился с Такшашилой!» Раджа не только управлял своими подданными словно отец их, но и подобно наставнику одаривал своей мудростью.

Жил в том городе некий богатый купец, поклонявшийся Будде, а звали его Витастадатта. Был он щедр к буддийским монахам, а его юный сын Ратнадатта презирал за это отца, считая его грешником. Спрашивал его отец: «За что, сынок, ты меня осуждаешь?» И отвечал ему сын с отвращением: «Неправедной вере ты, батюшка, служишь! Отверг ты тройственную веру. Ты гонишь от себя брахманов, привечаешь буддийских монахов. Зачем привечаешь ты всех этих из низких каст, жадных и обривающих головы лишь ради места в обители, только стыд свой прикрывающих, устремляющихся в любое время к еде, презревших обряды омовения, очищения и другие? К чему тебе этот обычай, которому они следуют?» Возражал ему на это купец: «Не одна вера на белом свете, сынок. Одно дело вера высшая, другое — мирская. Говорят, что вера брахманская отвергает страсти и прочее, открывает истину, являет милость ко всем существам, а не порождает ложные споры о касте. А что до моей веры, то дает она всему сущему свободу от страха, и ты не должен порицать ее за пороки, присущие некоторым людям. Никто не спорит, когда нужно помочь, никому из живущих нечего бояться. Вот поэтому и стою я за эту веру. Она учит ненасилию, она дает освобождение — так разве вера моя неправая?» Ничего на это не ответил купцу сын, только еще пуще стал осуждать отца. Пошел с горя купец к радже Калингадатте, наставнику в делах веры, и рассказал ему все. А раджа велел привести купеческого сына и, притворившись разгневанным, прикачал палачу: «Дошло до меня, что этот сын купеческий — злодеи и преступник, и без долгих размышлений его, изменившего родной стране, сегодня же надобно казнить!» Взмолился отец, и тогда раджа на два месяца отсрочил казнь, для того чтобы мог недостойный понять веру. «Когда срок кончится, тогда пусть снова его приведут ко мне», — и, сказав так, поручил он купеческого сына отцу.