моего тела. А дальше началось самое сложное...
Стоило каплям проникнуть через поры в тело девушки, как я начал игру в гребанного сапера, осторожно продвигая накаченную энергией субстанцию по телу.
Хоть я и знал вдоль и поперек схему человека, но подобное проделывал впервые. Остатки маны Райзе создавали белый шум, из-за которого мне было очень тяжело направлять энергию, собранную в каплях крови, на регенерацию организма девушки.
Но даже так, с горем пополам, но дело хоть немного сдвинулось с мертвой точки. Я не мог воздействовать напрямую на поврежденные участки, но я мог предоставить энергию и ресурсы самому телу Ксении, давая тому шанс вытащить свою хозяйку с того света.
Так, качая капли крови туда и обратно, заряжая и разряжая их, я мог наблюдать, как хоть и немного, но цвет лица Райзе несколько улучшался, а дыхание переставало быть столь слабым.
Сколько это длилось, я не мог сказать, но в какой-то момент я просто выпал из реальности, смотря в пустоту и не понимая, что происходит.
Голова разрывалась от повышенного давления, как после многокилометрового марафона.
Но я не мог сидеть и ждать... Нужно было спасти еще Исао. Черт...
Ноги подкосились, как только я попытался подняться. Нельзя, рано, еще не время терять сознание.
С большим усилием, но я дополз и до Рена. Он всё же еще дышал... Слава всем богам!
Парень находился на самой кромке, но его еще можно было спасти, хотя бы попытаться. Нужно всего-то помочь тому продержаться, всего-то выиграть немного времени!
Понимая, что энергии мне не хватит, я тут же проглотил одну из хранившихся при мне пилюль, ощущая, как по пищеводу прошла волна обжигающего жара.
Теперь все стало еще сложнее. Вместо накачки крови своей маной, я был вынужден собирать неочищенную из пилюли и, тут же пропуская ее через собственную энергоструктуру, передавать наружу.
Стоило ли говорить, что при каждом таком круге мои энергоканалы готовы были свернуться в узел намертво, а сердце с устроенной силой перекачивало кровь от повысившейся температуры.
Второй раз повторять процедуру было заметно сложнее, сказывалось истощение, сердце глухо стучало в ушах, перед глазами появилась кровавая пелена.
Мана уходила, как песок сквозь пальцы, но я всё продолжал вливать всё, что только можно было. Этого было всё еще недостаточно!
Я дал слово! Я не дам ему сдохнуть!
Опоздало ощутил, как из носа потекла кровь обильным ручьём, капая крупными каплями на мои же ладони.
И так бы всё и продолжалось, а я бы не выжал себя досуха, если бы тяжелая ладонь не опустилась на мое плечо.
Очнувшись от транса, я посмотрел на новое лицо. На его чёрной форме красовался герб Российской Империи, а лицо оказалось скрыто глухим шлемом.
Имперский гвардеец...
— Парень, ты меня слышишь? — незнакомец говорил со мной, словно из-под толщи воды, но даже так я сумел тому кивнуть и указать на израненного друга.
Мужчина в шлеме понял меня без слов.
— Срочно медиков сюда, у нас еще два раненных! — крикнул он за спину, после чего обратился к второму солдату над телом Райзе, — Что с девушкой?
— Жива, но состояние критическое! — послышался ответ.
Мне этого было достаточно...
— Эй, постой, у тебя шок. Куда ты направился? — попытался остановить меня гвардеец, но тому помешала ощетинившаяся шипами кровавая броня.
— Вернуть должок, — прохрипел я, посмотрев на мужчину, надеясь, что он не станет и дальше меня останавливать.
— В нынешнем состоянии? — я не видел его лица, но по тону готов был сказать, что тот нахмурился пуще прежнего.
— Именно, — коротко бросил я, продолжив шаг. Инстинкт самосохранения мне явно был неведом...
* * *
Собор Святой Троицы представлял из себя огромное здание с тёмно-синими матовыми куполами, выполненными с позолотой.
Даже во всем творящемся безумии он продолжал давить своим величием и гротескностью.
Впрочем, оккупировавшей его триаде на подобное было совершенно плевать. Я поднимался по ступеням, покрытыми мрамором, совсем не скрываясь. Полагаю, можно было и не сомневаться, зачем этим ребятам понадобилась Рика...
Ловля на живца. Старая, как сам мир, стратегия, которая никогда не утратит своей действенности.
Меня буквально приглашали принять участие в спектакле, заняв в нем одну из главных ролей. Что и подтвердили охраннички, едва меня заприметив.
— Ты — Марк Ливен? — хмуро произнес один из узкоглазых в костюме.
Я кивнул, не проронив ни слова.
— Босс уже ждет. Иди следом. Дернешься, и твоей подружке — конец, — пригрозил мне он, показывая путь. Второй встал у меня за спиной.
Так мы и дошли до главного зала собора, что внутри был еще величественнее, чем снаружи. Многочисленные иконы, расписные стены и потолок, десятки люстр, на которых горели свечи.
А также встреченный мною черноволосый ублюдок, рядом с которым лежала Рика.
От которой уже текли ручейки крови из-за многочисленных порезов и рваных ран, точно от когтей.
— А вот и главный герой нашего представления! — с глазами, полными веселья, объявил мужчина.
Я неторопливо осмотрел помещение. Пять, десять, пятнадцать...
— Ну и много же вы мне нервов сожгли, господин Марк, — все не унимался узкоглазый.
Двадцать, двадцать пять...
— Всего одна. Одна встреча, а мы уже стали с вами непримиримыми врагами, как по мне, это самый настоящий рекорд, как на это не взгляни! Никто еще не удостаивался подобной чести от триады за последние годы, — расхохотался мужчина, вышагивая с пистолетом в руке наперевес.
Тридцать, тридцать пять...
— Но знаете... Раз из-за вас на нас обратили внимание так много лиц, то и разрешить наш небольшой конфликт я решил неординарно, — ухмылялся он, пока я заканчивал подсчет.
Сорок два... Сорок два бойца, из которых четыре или пять — восточники, если судить по их многочисленным татуировкам.
Да и остальные уже не простые бритоголовые... Это были маги.
