Я посмотрела на него.
— Неужели?
— Уже двадцать лет КГ ведет серьезную, целенаправленную политику. Нам не нужны люди, которые вступают ради вендетты. Нам не нужны люди, которые присоединяются из-за ненависти к властям. Нам нужны защитники. Стражи. Люди, которые понимают несправедливость системы и делают все, чтобы остановить ее.
— Это хорошие причины.
— Хорошие. А теперь я знаю, что ты руководствуешься ими же. Мне понадобится позвонить, чтобы сообщить вышестоящим, что ты с нами, — он улыбнулся мне, и в этот раз в его глазах было что-то более серьезное.
Не флирт. Не дружба.
Он смотрел на меня как на напарника.
— Мы будем работать вместе, — сказал он, — это близкие отношения, и они должны строиться на доверии. Ты мне доверяешь?
С минуту я смотрела на него, не желая отвечать, предварительно не обдумав. Я думала о том, что знаю его, и думала о том, сколько раз он прикрывал мне спину. Во время рейва в Стритервилле, когда мы спасли девушку. У Клаудии, когда он встал передо мной, чтобы мне не причинили вред.
У него тоже могли быть сомнения, однако в нужный момент он был рядом.
— Доверяю, — ответила я.
Джонах кивнул и протянул мне руку.
— Ну, тогда для меня большая честь приветствовать тебя в Красной гвардии, Мерит.
— И это все?
Не то чтобы я представляла себе парад с ленточкой, но, по меньшей мере, стоило хотя бы провести церемонию, подкрепить это чем-то или что-нибудь еще.
— Мы проведем более формальную церемонию, после того как я посоветуюсь с Ноа. Чтобы ее организовать, потребуется немного времени. А пока… — он пошевелил пальцами в ожидании рукопожатия.
Я дала обещание, в знак чего мы просто пожали руки.
Таким образом, я нарушила клятву верности ГС. Возможно, Фрэнк старался уменьшить мое влияние в Доме. Однако фактически, он только сблизил меня с моими товарищами и побудил бороться еще упорней.
— Как мило сидите.
Обернувшись, мы увидели высокого, темноволосого вампира, стоявшего со скрещенными руками и плохо скрываемой злобой на лице.
— Привет, Морган, — сказала я, подумав, что Пол, вероятно, оценил бы его умение драматизировать.
Морган Гриер, Мастер Дома Наварры, бесспорно красив: в нем есть что-то непонятно чарующее, пленяющее. Его чувство юмора сочетается с его распутной миловидной внешностью, но, по моему мнению, его инфантильность перечеркивала и то и другое. Судя по всему, у него было все, что только мог бы пожелать Мастер Дома: здоровье, внешность, деньги, и власть. Но он воспринимал все как обиженный озлобленный подросток.
Сегодня он был в рубашке, джинсах и ботинках. Его темные волнистые волосы достигали плеч. Впалые как у супермодели щеки делали его лицо острее.
Я не разговаривала с ним после смерти Этана и Селины, поскольку не была уверена, как он относится к происшедшему, но предполагала, что в лучшем случае эмоции могут быть противоречивыми. А сегодня, он предстал в незнакомой мне роли: он был с девушкой.
Девушка рядом с ним была высокой и худой, с длинными темными волосами и экзотической внешностью. Ее темные леггинсы сочетались с чересчур большим по размеру топом (несомненно, от известного кутюрье), туфлями на пятидюймовых каблуках и висячими серьгами. Она походила на модель из известного модельного агентства, и я почувствовала небольшой укол ревности, пока не вспомнила, что мне все равно.
Его взгляд упал на меня, затем перешел на Джонаха и снова вернулся ко мне с очевидным раздражением.
— А ты не теряешь времени.
Джонах, должно быть, почувствовал мгновенный всплеск моей магии и коснулся моей руки. Я похлопала его по руке, успокаивая.
— Мы работаем, — произнесла я, пытаясь оставаться хладнокровной и не сорваться на эмоционально недоразвитого вампира.
— Несомненно. И над чем же?
В его голосе слышалось раздражение, и я не могла определить, он пытался меня задеть или, действительно, не имел ни малейшего понятия о происходящем в Чикаго.
— Ты ведь не пропустил новости о черном как фитиль озере и красном небе?
— Нас это не касается.
А, так вот в какую игру он играет — сознательное незнание. Он был в курсе фактов, но играл роль домашнего питомца ГС и притворялся, что происходящее нас не касается.
— То, что вампиры не причина проблемы не означает, что мы не должны помогать их разрешать.
— А почему должны? Почему нам просто не уделить внимание нашим собственным Домам?
Видимо, гордившись его ответом, стоявшая рядом с ним девушка дерзко приподняла бровь.
— Потому что если падет город, — ответил Джонах, — Дома падут вместе с ним.
— Чикаго не падет, — произнес Морган.
Джонах сделал шаг вперед.
— Лишь потому, что остальные Дома взяли на себя ответственность.
В его словах отчетливо слышался намек: Наварра не делает ничего. Щеки Моргана вспыхнули.
— Вы понятия не имеете, что делает или не делает мой Дом для Чикаго.
— Именно это я и хотел сказать, — произнес Джонах. — Мы не имеем понятия, хотя, определенно, и результатов не видим.
— Знай свое место, вампир, — прохрипел Морган.
Именно эту фразу сказал Этан Моргану, когда тот был слишком многословен. Но в отличие от Этана, Морган выглядел не так эффектно.
— Со всем уважением, Мистер Гриер, я предан Скотту и Дому Грея. Если у вас сомнения по поводу моей преданности, вы можете обсудить это с ним.
Морган, явно, дымился, посылая клубы раздраженной магии в воздух. Но за этим раздражением было что-то другое. Возможно, доля страха? Надо будет немножко поразбираться, но позже. По одной проблеме за раз.
Видимо, закончив, Морган развернулся на каблуках и пошел прочь. Его девушка осталась и бросила на меня пренебрежительно оценивающий взгляд.
— Чтобы не было вопросов, — заговорила она, — держи свои руки подальше от него.
— От Моргана-то?
Она капризно кивнула.
— Можешь не беспокоиться, он не в моем вкусе. И удачи с ним.
Она тебе понадобится, подумала я, когда он в первый раз будет ревновать или начнет дуться из-за проявленного неуважения.
Не то, чтобы я считала Моргана плохим парнем, но мальчику нравилось все драматизировать.
Девушка пробормотала что-то нелестное. Считая себя выше этого, я просто улыбнулась ей. Но мысленно прокручивала в голове, как я одним пальцем опрокидываю ее на пол и не даю ей подняться, пока она не извинится за пренебрежительное отношение.
Возможно, Этан был прав. Возможно, вампир во мне когда-нибудь выбьет из меня все человечное.
Посверлив меня несколько секунд злобным взглядом, она развернулась и исчезла в толпе. Мы с Джонахом посмотрели ей в след. В этот раз, я не стала ждать нападений с его стороны и перешла в наступление.
