но и от представленного дух захватывало! Было страшно – он почти не умел водить, а тут центр Европы, незнакомая машина и коробка-автомат, было маловато денег, и их было жалко. Было, было, было… Он решил – полечу! Мечта заглушила голос разума!
И вот они во Франкфурте-на-Майне. Бродят по огромному стремительному мегаполису как бедные родственники. Вокруг всё красиво, дорого и страшно. Страшно, потому что чашка кофе стоит как стипендия аспиранта, и обычные люди, не задумываясь, этот кофе заказывают, садятся на террасе, греются на солнышке, весело и непонятно болтают. У людей открытые, доброжелательные улыбки, они раскованны, общительны и очень свободны! Всё исполнено в яркой разноцветной гамме. После чёрно-белой Москвы, где озлобленные люди в огромных очередях за куском колбасы ненавидят друг друга, происходящее производит впечатление нереальной ловушки – ну не могут люди быть такими беззаботными и искренне дружелюбными, им положено хлеб насущный добывать в поту и лишениях, одновременно бороться за мир во всём мире и противостоять враждебной пропаганде!
Целый день они бродили по городу в своих несуразных тёплых ботинках, во всём тёмном и с чемоданами в руках. Остро ощущая собственную чужеродность. Найденные практически наугад нарядные автосалоны насмерть отпугивали количеством нулей на ценниках. Вечером их, усталых и голодных, ждал центральный железнодорожный вокзал. Поужинали, а заодно и пообедали захваченной из дома тушёнкой с чёрными сухарями, вдоволь напились из фонтанчика с питьевой водой и растянулись на жёстких деревянных скамейках. Сон сморил мгновенно. Ночью Ромке снилась армия. Комбат Бреславский шмонал его перед строем на предмет валюты и приговаривал: «Ну-ка, назови столицы стран НАТО, сержант». Проснувшись, он уже не хотел никакой мерседес, а хотел обратно домой, где всё привычно, люди искренне собачатся, а не делают вид, что жизнь удалась!
Юра предложил поехать за город, справедливо полагая, что там всё должно быть дешевле. Они заскочили в первый попавшийся пригородный поезд, следующий до Оффенбаха. Название им ни о чём не говорило. Первый, кого они встретили в Оффенбахе, был негр. Самый настоящий афроамериканец – сержант армии США, служивший на американской военной базе неподалёку. На неожиданный вопрос на английском, где здесь можно купить подержанную машину, негр уверенно ответил «Just a moment!», усадил их в военный натовский Hammer и привёз прямо на базу. Когда он невозмутимо миновал с ними в салоне КПП базы с двумя заборами, окутанными поверху колючкой под напряжением, Ромка решил, что сон в руку и их взяли в плен. Юра тоже выглядел растерянным. Однако негр деловито подкатил к казарме и, довольно улыбаясь, сказал: «Вот она!», указывая на старенькую Тойоту. Машинка выглядела неказисто, очевидно требовала вложений, а цена прозвучала такая, что Ромка про себя решил – лучше плен! Возвращались они пешком.
Долго гуляли по городку, набрели на пару автосалонов, но ничего даже близко подходящего по цене не видели. Решили возвращаться в город. На обратном пути их в поезде чуть не сцапали контролёры, поскольку они ничтоже сумняшеся ехали зайцами, но русские бизнесмены оказались проворнее дородных немецких бюргеров, несмотря на чемоданы. Выскочили на вокзале, снова отправились бродить по городу. Солнце припекало, в животе квакали лягушки, затея всё больше казалась безнадёжной. Решили купить газету объявлений, даром что она на немецком, но и ларёк с газетами на пути не попадался. Солнце уже клонилось к закату, когда измученный, потный Ромка устало оторвал взгляд от асфальта под ногами и вдруг увидел его!
Он гордо стоял и блестел серебряным боком! А за стеклом висела табличка с недвусмысленной надписью «Zu verkaufen». Внезапное возбуждение тут же сменилось грустью – такой нарядный серебристый иноходец наверняка «слишком дорого для нас с Мартой»! Для порядка решил спросить. Два улыбчивых турка, работающие в этом маленьком автосервисе, с ходу принялись нахваливать машину. «Цену, цену скажите!» – Ромка сам не заметил, что почти кричит. Они назвали, Юра, учивший в школе немецкий, перевёл, Ромка молча повернулся и пошёл прочь, опустив плечи. Мечта осталась стоять на солнцепёке, столь же недостижимая, сколь прекрасная. Стоит ли говорить, что это был мерседес!
Однако упорный турок, у которого торг в крови, догнал и принялся что-то писать на бумажке, безостановочно говоря при этом. Ромка вяло слушал, потом мельком взглянул на цифру, и ему показалось, что он перегрелся. Цифра была ровно на ноль меньше, чем назвал Юра – тот ещё переводчик! Тут турок жирно перечеркнул эту прекрасную цифру и рядом написал ещё более прекрасную! Ромка потерял способность говорить, но сохранил способность думать и чуточку хладнокровия. Поэтому он забрал у турка ручку, жирно перечеркнул ещё более прекрасную цифру и с вызывающей наглостью написал свою – нереально прекрасную. Турок засмеялся, сочувственно похлопал его по плечу, зачеркнул нереально прекрасную и написал почти нереально прекрасную. Ромка сбил ещё сто марок для порядка, по-русски долго рассказывая турку, как трудно они ему достаются. Турок внимательно слушал, казалось, он даже понимает что-то, а потом протянул свою чумазую ладонь. Ромка с жаром пожал её, всё ещё не веря в происходящее. Формальностей оказалось минимум, и через полчаса Ромка гнал по оживлённой многополосной автостраде, резко перестраиваясь из ряда в ряд и обгоняя самодовольных черепах в железных коробках. Казалось, он родился в седле этого Буцефала! Юра сидел рядом и напряжённо следил за дорогой – ему было очевидно, что водитель из Ромки ещё тот, а из двух педалей он знает только газ…
Было уже довольно поздно, и они решили остановиться на ночлег в пригородном лесочке. Асфальтированная дорога вела к большой красивой поляне, и компаньоны переглянулись, в который раз подивившись: «Живут же люди, даже в лесу асфальтированные дороги!» Традиционно поужинали тушёнкой и завалились спать, разложив передние сиденья. Ромка, всё ещё не веря своему счастью, любовно погладил велюровую обивку и тут же ровно задышал, улыбаясь во сне. Разбудили их взрывы, крики и пулемётные очереди – казалось, на поляну наступают части Вермахта! Они разом подскочили, не понимая спросонья, где находятся и что происходит. Нет, это не началась война и они не оказались в окружении – это начался киносеанс, а полянка оказалась ночным автокинотеатром под открытым небом. Вокруг было полно автомашин, и на огромном экране шёл ожесточённый бой. Вот же угораздило выбрать место! Хорошо, что денег за билеты не взяли.
Утром решено было возвращаться в Москву. Юра намеревался поискать машину по дороге. В Потсдаме под Берлином в небольшом автосалоне ему неожиданно приглянулся жигуль «копейка» весёленького рыжего цвета, который блестел, как новенький! Торг продолжался ровно одну минуту, и Юра забрал Рыжика за 500
