мне обо всем, что делаешь! И ты обязана СЛУШАТЬСЯ меня и ПОДЧИНЯТЬСЯ моим приказам!
— Насколько я помню, в нигде такого пункта нигде не прописывают, — со скрещенными на груди руками закатывает глаза Ракель. — В нашем несуществующем брачном контракте нет ничего подобного.
— Прекрати здесь строить из себя неизвестно кого. Не забывай, что я запросто могу запереть тебя дома и никуда не выпускать. Если ты, мразь, очень сильно разозлишь меня.
— В таком случае ты очень сильно пожалеешь об этом. И я обязательно пойду в полицию и расскажу о том, как ты издеваешься надо мной.
— Ты мне угрожаешь?
— А еще я обвиню тебя в сговоре с Саймоном! Расскажу им и про те письма, и про те ложные статьи, и про все то, что вы сейчас делайте. Вот пусть полиция с вами и разбирается.
— Ты ничего мне не сделаешь, — с гордо поднятой головой заявляет Терренс.
— О, еще как сделаю! — уверенно восклицает Ракель. — И тебе уже никогда не удастся избавиться от того позора, который ты на себя навлечешь после того, как я всем расскажу, что из себя представляет любимец всех девушек.
— Закрой свой рот, мразь!
Терренс резко подлетает к Ракель, крепко берет ее за запястье и уставляет в ее глаза свой ледяной взгляд.
— Это я разрушу твою карьеру к чертовой матери и сделаю все, что ты из дома побоишься выйти, если будешь угрожать мне и закатывать истерики, — со злостью во взгляде угрожает Терренс.
— Что, расскажешь всем, что я сумасшедшая? — удивляется Ракель. — Ха! Да кто тебе поверит!
— Мне ВСЕ поверят! Я имею огромное влияние в шоу-бизнесе и могу легко разрушить карьеру любой звездочки, а могу и помочь ей.
— Да конечно!
— Лучше не выводи меня из себя, мразь. А ты точно будешь вымаливать прощение за свое омерзительное поведение. СТОЯ НА КОЛЕНЯХ!
— Прежде чем заставлять просить прощения, посмотри сначала на себя, подонок, — грубо бросает Ракель, резко вырвав руку из крепкой хватки Терренса. — Я уж точно не стану унижаться перед тобой и вставать на колени, чтобы вымолить прощение за то, в чем моей вины нет.
— Хочешь ты этого или нет, но тебе придется встать на колени.
— Да пошел ты к черту, козел!
— Ты зря себя так ведешь, Ракель Кэмерон. Я могу разрушить твою карьеру к чертовой матери. Сделать что-то похуже того, что сделал Саймон. Сделать все, чтобы ты никак не могла избавиться от той грязи, в которую я тебя окуну.
— Смотри, как бы все это не вернулось тебе бумерангом, — уверенно предупреждает Ракель. — Я верю, что все зло, которое ты делаешь, рано или поздно возвращается к тебе.
— Я нахожусь в шоу-бизнесе намного дольше, чем ты — в модельном. И у меня гораздо больше связей, благодаря которым мне не составит труда так испоганить тебе жизнь, что ты до конца жизни не избавишься от позора. Куда бы ты ни захотела сбежать, тебя везде будут узнавать. Все будут оскорблять и унижать тебя. Никто не захочет даже просто стоять с тобой рядом.
— Не вынуждай меня врезать тебе посильнее и разнести этот дом к чертовой матери, — угрожает пальцем Ракель, уставив на Терренса полный ненависти взгляд.
— Или могу пойти еще дальше и вообще упрятать тебя в психушку до конца твоих дней, — более низким и грубым голосом угрожает Терренс. — Тебе как раз надо лечиться.
— Лучше бы сам лег в клинику и полечился!
— Лучше заткни свой поганый рот, мразь… — Терренс крепко сжимает Ракель челюсть, смотря на нее свысока, с презрением и ненавистью во взгляде, пока та не выглядит испуганной и достаточно уверенно смотрит на мужчину. — Если ты и дальше будешь бесить меня, то клянусь, я заставлю тебя пожалеть. Ты пожалеешь, что встала у меня на пути.
— Не надо мне угрожать, МакКлайф! — ехидно усмехается Ракель. — Я тебя не боюсь!
— Ну и дура! Безмозглая дура, которая наивно думает, что люди не поверят мне! ПОВЕРЯТ! Еще как! Все встанут на мою сторону! Потому что я намного ближе к тебе и вижу, что с тобой происходит. Близкому человеку поверят куда больше.
— Да пошел ты со своими угрозами куда подальше!
— Думаешь, я шучу? А я не шучу! Если не будешь подчиняться мне и делать все, что я говорю, то ты пожалеешь об этом. Вспомнишь Саймона добрым словом и поймешь, что его делишки были пустяками!
— Так все, у меня нет времени на такого больного психа, как ты. Немедленно уйди с дороги и дай мне пройти! А иначе меня сейчас стошнит от твоего присутствия.
Стоит Ракель только сдвинуться с места на несколько шагов, как Терренс крепко берет ее под руку, резко разворачивает девушку к себе и свободной рукой вцепляется в ее волосы так больно, что та издает негромкий писк и морщится.
— Повторяю еще раз, если до тебя плохо доходит: ты будешь делать то, что я тебе скажу, — со злостью во взгляде сквозь зубы цедит Терренс.
— Я тебе говорила, что терпеть не могу, когда мне приказывают, — грубо напоминает Ракель.
— МНЕ ПЛЕВАТЬ, ЧТО ТЫ ЛЮБИШЬ ИЛИ НЕ ЛЮБИШЬ! Я СКАЗАЛ — ТЫ ДЕЛАЕШЬ!
— ВОТ РАССТАНЕШЬСЯ СО МНОЙ, НАЙДЕШЬ СЕБЕ ДРУГУЮ БАБУ И БУДЕШЬ КОМАНДОВАТЬ ЕЮ! А СО МНОЙ ЭТОТ ФОКУС НЕ ПРОЙДЕТ!
— НУ-КА ЗАТКНУЛАСЬ, ИСТЕРИЧКА!
Терренс еще сильнее оттягивает волосы Ракель.
— НЕМЕДЛЕННО ИДИ В КОМНАТУ И СИДИ ТАМ! — громко приказывает Терренс.
— Да пошел ты, подонок, — грубо бросает Ракель.
— Я СКАЗАЛ, СЕЙЧАС ЖЕ ПОШЛА В СВОЮ КОМНАТУ! — Терренс грубо толкает Ракель в сторону лестницы, дабы она отправилась в свою комнату. — А ТО ВЫРЯДИЛАСЬ, Я СМОТРЮ! ЗАХОТЕЛА ВЫЙТИ ПОКРАСОВАТЬСЯ, ТВОЮ МАТЬ! ЕЩЕ И ДЕРЗИТЬ МНЕ СМЕЕТ!
Несмотря на то, что Терренс так себя ведет, Ракель не собирается подчиняться этому озверевшему человеку и упустить шанс высказать своей подруге все, что она думает о ней. Хотя не стоит скрывать, что ее шокирует поведение мужчины, который никогда ранее не позволял себе подобные вещи, но который внезапно превратился в какое-то бесчувственное чудовище и обращается с собственной девушкой, как с чем-то противным. Даже когда они долгое время ругались как кошка с собакой, этот мужчина не вел себя настолько ужасно.
— Успокойся, истеричка! — грубо бросает Ракель. — А то сейчас кто-нибудь позвонит в психбольницу.
— ТЫ ОБЯЗАНА МНЕ СЛУШАТЬ! — во весь голос вскрикивает Терренс. — ЖИВО В СВОЮ КОМНАТУ! И СИДИ ТАМ!
— Я не собираюсь тебя слушать!
— НЕ БЕСИ МЕНЯ, МРАЗЬ! А ИНАЧЕ Я ОТБЕРУ У ТЕБЯ ТЕЛЕФОН И КЛЮЧИ ОТ МАШИНЫ!
— Серьезно? — Ракель с презрительной ухмылкой слегка приоткрывает рот
