Вскоре он умелыми ласками довел Кейт до экстаза.
— Ты дважды кончала сегодня ночью. Сделай это еще раз ради меня, Кейт.
Кожа Кейт порозовела, она утратила чувство реальности, вся отдавшись страсти. Наблюдая за ней, Финн испытывал огромное наслаждение. Наконец волны оргазма накатили на нее, и Финн стал осыпать поцелуями ее трепещущий живот.
Когда ее тело обмякло, он перевернул ее на бок, и их ноги сплелись. По телу Кейт снова пробежала судорога, и Финн стал нежно поглаживать ее, чтобы продлить удовольствие. Кейт пробормотала что-то нечленораздельное, чувствуя себя на седьмом небе от блаженства.
Неожиданно за дверью послышался какой-то шум и скрип официантской тележки. Финн резко сел на постели и прикрыл Кейт простыней.
— Друзья мои! — Дверь открылась, и в спальню заглянул Робидо. — Я доставил вам кофе и круассаны. Хорошее начало дня, не правда ли?
— Сильвен… — пробормотал Финн.
— Кто еще, кроме него, мог бы так нагло вторгнуться в наш номер? — донесся из-под простыни голос Кейт.
— Официант здесь, рядом, — сообщил француз, — хотите, я закажу что-нибудь еще?
Кейт тоже села на кровати, прикрыв простыней грудь.
— Еще, пожалуйста, яичницу с большим количеством поджаренного бекона.
Финн залюбовался ее красивой спиной и ямочками на пояснице.
— Мне то же самое, — сказал он.
Как только дверь закрылась, Кейт вскочила на ноги, приоткрыла ее и крикнула вслед Робидо и официанту:
— Приготовьте, пожалуйста, горячей воды для ванны!
Подойдя к зеркалу, Кейт вынула из прически заколки и распустила волосы.
— С тебя надо писать картины, — сказал Финн.
Кейт расчесала иссиня-черные пряди.
— В Париже Эдгар Дега сделал несколько набросков с меня во время репетиции. Он приглашал меня и пару других балерин позировать ему в мастерской в обнаженном виде.
— И что ты ему ответила?
— Я не стыжусь своего тела, я привыкла, что его разглядывают, — ответила Кейт, наблюдая за Финном в зеркало. — Ты это не одобряешь?
Финн постарался смягчить выражение лица.
— Если бы другой мужчина разглядывал твое обнаженное тело, не думаю, что мне бы это понравилось.
— Тогда я была совсем юной. Приглашение я получила за год до того, как мы с тобой встретились в Барселоне. Художник вел себя, как истинный джентльмен. Я осталась невинной… и сохраняла целомудрие до тех пор, пока мы не встретились, если ты это, конечно, помнишь.
— Я все прекрасно помню.
Кейт зарделась румянцем. Она положила расческу на столик и поймала в зеркале взгляд Финна.
— Ты единственный человек, который умеет приводить меня в смущение. Как тебе это удается?
Финн встал, и Кейт увидела, что его член снова принял боевую стойку.
— Вот посмотри, что ты делаешь со мной, — сказал он и, подойдя ближе, обнял ее.
Его ладони легли на грудь Кейт. В действиях Финна, в его выражении лица, которое Кейт видела в зеркале, читалось только одно: «Ты моя». Он поцеловал ее затылок и шею.— Сам не знаю, каким образом я превратился в похотливого ненасытного самца, — с извиняющейся улыбкой промолвил Финн. — Прости меня, пожалуйста.
Завтрак был очень вкусным.
— Великолепное утро, правда? Будем надеяться, что остаток дня пройдет так же хорошо.
Финн намазал вареньем еще теплый круассан и отправил его в рот. Удовлетворив свою страсть сегодня ночью, он пребывал в прекрасном расположении духа, готовясь к решению сложных задач текущего дня.
— Вчерашняя встреча могла бы пройти и лучше. Мне не понравилось, как начальник тюрьмы постоянно поджимал губы, а этот его человек, представитель Министерства юстиции…
— Жан-Люк Севрен, — подсказала Кейт.
— Ну, да, — Финн отхлебнул кофе и подмигнул Кейт, — буравил нас своим колючим взглядом. Эти двое, как я подозреваю, являются партнерами по нелегальному бизнесу, который имеет мало общего с правосудием. — Он внимательно взглянул на Робидо, который, судя по всему, представлял собою значительную фигуру, нежели простого смотрителя маяка. — Но мы по крайней мере заставили начальника тюрьмы признаться, что в Цитадели находятся оба интересующих нас анархиста. — Финн подцепил на вилку кусочек бекона. — Этот мрачный Моро — действительно отвратительный тип, как вы и характеризовали его, Робидо.
— Мы давно подозревали его в нелегальной деятельности, — сказал француз, наливая себе еще чашечку кофе. — А теперь наши подозрения подтвердились.
Они сидели на террасе и наслаждались теплом утреннего солнца.
— Еще один нечистый на руку французский чиновник, — сказала Кейт, подхватив кусочек яичницы. — Меня это не удивляет.
— Моро разводит на деньги власти Испании и Италии, — промолвил Робидо. — Но на этом он не останавливается. — Француз добавил в свой кофе сливки и кусок сахара. — Ходят слухи, будто начальник тюрьмы налаживает связи с анархистами, используя для этого двойных агентов, таких как этот ваш Николас Кроу.
Кейт нервно передернула плечами.
— О, этот гнусный Моро! Мне страшно подумать, как он обращается с заключенными!
— Не думай об этом, Кейт, — посоветовал Финн. — Сегодня утром ты увидишь брата. Если нам повезет и Фортеску удастся надавить на Моро, Эдуардо уже во второй половине дня перейдет под нашу опеку. — Финн откинулся на спинку стула и, прищурившись, взглянул на Сильвена. — Слово «мы», которое я услышал из ваших уст, вызывает у меня любопытство. Меня давно уже терзают смутные подозрения, что вы не просто смотритель маяка, который заводит часовые механизмы, Робидо. Так кого вы подразумеваете под этим словом?
Сильвен посмотрел ему в глаза.
— Скажем так, я не просто корыстный посредник, оказывающий за деньги различные услуги, как Де Рике. Эта тюрьма на острове давно уже находится под наблюдением. Его ведут совместно оба государства — мое и ваше. Британский поверенный в делах разработал план, который помог бы вывести руководство тюрьмы и тех, кто стоит за ним, на чистую воду, но…
— Но тут появились мы с мисс Уиллоуби и спутали все карты, да? У нас оказались такие же документы, как и у Фортеска.
Сильвен кивнул, покачиваясь на стуле.
— Странное совпадение, не правда ли? Вы не должны обижаться на нас за то, что мы тотчас же послали запросы по телеграфу в соответствующие ведомства. Это было непросто сделать в городе, где телеграфисты докладывают начальнику тюрьмы обо всех подозрительных сообщениях.
