— Крис, мне невыносимо видеть, как он прикасается к тебе. Я не могу этого вынести. — Его руки двигались вверх и вниз по ее спине, ласкали ее, трогали шею, поигрывали мочками ушей.
Она сумела отодвинуться от него настолько, чтобы посмотреть на него.
— Вы не можете этого вынести? Какое право вы имеете мешать мне что-то делать? Какое право вы имеете даже высказывать ваше мнение? Я вела себя с вами крайне глупо, и вы высказали мне все в лицо, а теперь стоите и говорите, что я не могу разговаривать с человеком, у которого самые благородные намерения.
— Мои намерения в отношении тебя тоже благородны. Я всегда был с тобой честен и искренен. А сейчас я говорю, что, если Прескотт еще раз дотронется до тебя, я застрелю его. Более честным я быть не могу.
— Вы! — воскликнула она и толкнула его так сильно, что смогла наконец отодвинуться от него. — То, что вам нужно от меня, не имеет ничего общего с благородством. Все, что вам нужно, — это… это, чтобы я… — Она была рада, что темнота скрыла ее покрасневшее лицо.
— Что же в этом плохого? В прошлый раз мне не показалось, чтобы ты возражала. О, Крис, я не хочу ссориться. Той ночью мы прекрасно провели время, и кроме того, с тех пор у меня не было никаких женщин…
Крис была готова взорваться от злости.
— Ах, вы не имели никаких женщин — во множественном числе — с тех пор? Я что, должна посочувствовать вам?! Или я должна сделать то, что вы хотите, только потому, что были в бегах и у вас не было времени, чтобы…
— У меня было время, — сказал он. — Мне просто не было нужно то, что мне предлагали.
Крис фыркнула. Неужели он действительно хочет, чтобы она посочувствовала ему?
— Поэтому теперь вы… и я должна… из всех подлых, отвратительных, омерзительных вещей… Я хочу, чтобы вы знали, что Эшер попросил меня выйти за него замуж. Он не просил меня о мимолетном любовном свидании, он хочет жениться на мне, жить со мной всю жизнь.
— Он хочет прожить всю жизнь с деньгами твоего отца.
— Так какая же тогда между вами разница? Ему нужны мои деньги, а вам нужно мое тело. Никому из вас, похоже, не нужна я сама. Позвольте вам сказать, мистер Тайнан, — она наступала на него, — я не уверена, что мне нужен хоть один из вас. И без сомнения, мне не нужно то, что предлагаете вы.
Он взял ее за руку:
— Крис, ты хочешь меня. Я знаю это. Я вижу это по твоим глазам. А я хочу тебя, так почему же нет? Она серьезно посмотрела на него, сжав губы.
— А вы собираетесь включить в ваше предложение замужество? — тихо спросила она.
Он отступил от нее на шаг, словно она только что заявила, что больна и ее болезнь заразна.
— Замужество? Крис, ты же знаешь, что это невозможно. Твой отец отправит меня обратно в тюрьму на пожизненное заключение, и у тебя не будет никакого мужа. Я не могу этого допустить.
— Мужчины? — воскликнула Крис. — Как вы умеете помнить только то, что удобно вам. Мой отец сказал, что вы вернетесь в тюрьму, если дотронетесь до меня, однако вы были готовы рискнуть в этом случае, потому что это было то, чего вы хотели. Теперь же, когда речь зашла о женитьбе, вы напоминаете мне его слова. Послушайте меня, Тайнан, и послушайте хорошенько. Я никогда снова не лягу с вами в постель, и вы можете верить моим словам. — Она резко развернулась и, схватив в злости ведро, пошла вверх по холму к ручью.
— Ты еще передумаешь, — крикнул Тай ей вслед, — и лучше не позволять Прескотту прикасаться к тебе!
— Вы твердолобый, самовлюбленный… ковбой, я никогда больше не позволю вам дотронуться до меня! — Она опустила ведро в ручей, затем, поддавшись порыву, подставила лицо под холодную воду. Она не знала, нужно ли ей было охладить свой гнев или смыть поцелуи Тайнана, но, что бы это ни было, кровь ее кипела.
Еще некоторое время она оставалась у ручья, потом вернулась к хижине и устроилась для сна рядом с Пилар. Ночью она постоянно просыпалась, иногда садилась, словно от толчка, и оглядывалась по сторонам. И каждый раз она видела, что Тайнан сидит на том же месте около столба и по-прежнему наблюдает за стариком.
Когда наступило утро, у нее было такое ощущение, что она вообще не спала. Она села, потерла свою онемевшую спину и посмотрела вокруг. Тайнан исчез со своего поста, а Эшер стоял во дворе перед хижиной и седлал свою лошадь. Она направилась к нему.
— Старик доставляет Тайнану неприятности, — сказал Эшер вместо приветствия. — Возможно, нам придется привязать его к лошади, хотя бы для того, чтобы увезти отсюда.
Крис подавила зевок:
— Надеюсь, он привяжет его вниз лицом, перекинув через седло.
Эшер взял ее за руку и притянул к себе:
— Какое-то время мы с вами не увидимся. Надеюсь, что вы будете скучать по мне и обдумаете мое предложение. Я надеюсь, что вы… — Он начал целовать ее в шею. — Я надеюсь, что вы скажете «да».
В следующую минуту Эшер оказался на земле, потому что Тайнан отшвырнул его от Крис. Тайнан стоял над ним, расставив ноги и сжав кулаки.
— Давайте, Прескотт, поднимайтесь. Вы давно напрашивались на это. У вас что, не хватает мужества сразиться с кем-то, кто соответствует вашим размерам? Или вы докучаете только женщинам?
— Бога ради! — воскликнула Крис, направляясь к Эшеру, чтобы помочь ему встать.
Тайнан надвигался на лежащего мужчину.
— Если вы еще хоть раз дотронетесь до него, — сказала она, — я уеду отсюда вместе с ним. Что, ради всего святого, с вами случилось?
Тайнан опустил кулаки, и на его лице появилось смущенное выражение.
— Не знаю, — сказал он с удивлением. — Прескотт, вам лучше выехать прямо сейчас, чтобы вы могли использовать большую часть светлого времени. Старик поедет с вами, но вам придется следить за ним каждую минуту. Я думаю, что он уже понял, что мы скрываемся, и сделает все возможное, чтобы заработать на этом деньги.
Пока Эшер поднимался с земли, Тайнан стоял с довольно застенчивым видом, потом повернулся к Крис:
— Вы ведь не уедете, правда? Я имею в виду, что мне придется вас возвращать, а кому-то надо оставаться с Пилар.
Крис пристально посмотрела на него.
— Нет, — наконец сказала она, — я не уеду. Но только в том случае, если вы больше не ударите Эшера. А теперь не могли бы вы оставить нас одних? Я хочу попрощаться.
Тайнан не двинулся с места:
— Вы можете попрощаться прямо сейчас. Ему пора уезжать.
— Если вы считаете… — начала Крис, готовая высказать ему все, что думает по этому поводу, но ее прервала Пилар, которая позвала ее. — Да, иду, — ответила она, затем не спеша повернулась и положила руки на плечи Эшеру, собираясь поцеловать его на прощание и показать Тайнану, что он не имеет права приказывать ей. Но ее губы так и не прикоснулись к Эшеру, потому что Тайнан оттащил ее от него и поставил перед собой, прижав спиной к себе.
