ее найти, а когда уже выросла и можно брать легко, сил иммунитета на обучение часто уже не хватает. И сочетать иммунологическое лечение с химиотерапией нельзя. Нет смысла.
А можно взять чужую опухоль?
А смысл? Если они похожи только внешним видом, а по антигенному составу отличаются, как все люди. То есть у каждого из нас свой рак.
Введение ракового антигена в организм не решает проблему с активацией противоопухолевого иммунитета. Потому что презентация этих белков в лимфатических узлах дендритным Т-лимфоцитам или даже встреча их с В-клетками, готовыми уже трансформироваться и выделять специальные антитела, – это не все, что нужно. Есть еще масса условий, должна сложиться правильная очередность биохимических реакций с участием особых веществ-медиаторов (посредников), во-первых, чтобы антиген был представлен дендритной клетке в лимфатическом узле, а во-вторых, чтобы полностью запустилась вся цепочка иммунного ответа. Поэтому оптимально действовать так: опухоль сперва удалить хирургически, пока нет метастазов, из нее приготовить вакцину и уже после этого предложить голосование: кто за вакцинацию, а кто за химиотерапию?
Пациент смотрит и думает: а что лучше?
А кто бы знал. Но сразу и то и другое делать не имеет смысла, потому что эти методы друг друга исключают. Большинство обычно склоняется к химиотерапии, доверия к ее эффективности больше.
Так что же можно сделать в плане иммунологического лечения?
Во-первых, несмотря на то что рак индивидуален, как все человеческие ткани, у него есть некие общие признаки в виде антигенных белков, характерных для определенных типов опухолей. А значит, можно взять чужую опухоль или вырастить особо – клонировать – и из нее изготовить специфическую вакцину для конкретного типа опухолей. Как и любая вакцина или лекарство, эти препараты не дают стопроцентной гарантии успеха, но шансы все же выше 60–70 %, а значит, такой метод имеет право на применение.
Во-вторых, уже давно известно, что ФНО – цитотоксин (клеточный яд). То есть он уже ориентирован на определенный тип раковых клеток. А значит, можно взять НК-клетки и, выделив из них ФНО, использовать его, предварительно накопив достаточное количество. Современные рекомбинантные (генноинженерные) технологии позволяют это сделать. А раз это можно, значит, нужно. Придумано – сделано. Рекомбинантный ФНО создали и начали применять. Результаты по подавлению роста опухолей хорошие. В комбинации с антираковой вакциной – еще лучше.
Но все-таки как же заставить дендритные Т-лимфоциты работать активнее? Они – начальники. Сидят по кабинетам, на дверях которых таблички: «Без доклада не входить!» Бюрократы чертовы. Как бы до них добраться? Может быть, обкалывать вакциной лимфатические узлы? Или вводить ее не в кровь, а в лимфу, которая идет к узлам? Перепробовали все. Делать инъекции в лимфатические узлы – дело весьма болезненное, да и не ко всем из них можно добраться. Самые доступные – это паховые и подмышечные, ну еще на шее. А как добраться до тех, которые сосредоточены в животе или в средостении? И тут уже возникает проблема. Можно вводить лекарство в лимфатический сосуд, который подводит лимфу к узлу. Но это непростая процедура – найти и катетеризовать сосуд толщиной с волос. Надо сказать, что колоть в пах или подмышку тоже можно только под наркозом, но как вариант – подходит. Все-таки проводить такую процедуру надо не каждый день.
Решение проблемы нашли трансфузиологи. Все клетки и тельца крови имеют разную массу. Самые тяжелые, несмотря на то что по размеру они меньше всего, – эритроциты. Иммунологи уже давно сепарировали клетки крови в центрифугах, определив, что на разных скоростях можно отделить разные клетки в разных слоях плазмы. Например, белая пленка, покрывающая эритроциты, может быть взвесью, то есть распределяться не тонкой пленкой, а достаточно широким слоем лейкоцитов с разной массой, а уже зная массу нужных клеток, можно аккуратно их забрать с нужного слоя в этой взвеси. Это относится и к лимфоцитам.
Создали специальные приборы – сепараторы клеток крови. Программа позволяет отделить нужные клетки: лимфоциты, нейтрофилы (гранулоциты) или тромбоциты. Лимфоцитов можно отделить очень много: миллиарды на миллилитр. А если в контейнере набирается порядка 200–250 мл, то очевидно, что число лимфоцитов в нем записывается как 4 или 5*10¹⁶!
Предвижу вопрос: а зачем нам все лимфоциты, как из них выбрать дендритные Т-клетки?
Отвечу вопросом на вопрос: а зачем выбирать? Ведь дендритный Т-лимфоцит оседлый и становится таким из обычного, который отправлен в лимфоузлы из тимуса – вилочковой железы. То есть, выбирая из крови лимфоциты, мы обязательно отловим часть, которая в перспективе непременно станет дендритными по прибытии к месту службы. Так почему бы не проинструктировать его до того момента, чтобы он приступил к работе уже «мотивированный»?
Есть еще одно направление в обучении Т-лимфоцитов. Прикрепление к нему особого химерного антигена – CAR. Это сложный белковый комплекс, который настраивает Т-лимфоциты исключительно на борьбу с раковыми клетками.
Сразу должен предупредить: все эти методики пока относятся к экспериментальным и весьма дороги. Эффективность их подсчитывается, но уже ясно, что она довольно велика, однако для точности нужно провести очень много клинических испытаний, на сотнях тысяч пациентов. У ученых денег на это, естественно, нет, а спонсоров найти сложно. Потому часто НИР (научно-исследовательские работы) ученые-медики вынуждены сочетать с коммерцией.
Онкоиммунология – направление в медицине достаточно молодое, если сравнивать с хирургией, но очень перспективное.
Часть 6
«Дурная кровь рукам покоя не дает», или Прачечная для крови
Методы работы с кровью, приборы и особенности
Лечение различных состояний через воздействие на кровь началось с очень древних времен, возможно, с каменного века – неолита. Тогдашние знахари заметили, что иногда выпустить немного крови больному человеку идет на пользу. Отсюда возникло мнение, что в организме больного при некоторых болезнях накапливается лишняя кровь и ее полезно время от времени выпускать.
Как часто бывает в жизни, нашлись такие «спецы», которые эту методику предпочитали всем другим и практиковали ее от всех болезней. Не всегда помогало, но это никого не пугало. На все воля Божья, а врач – лишь инструмент в его руках. Бог дал, Бог взял.
Случалось и перестараться. Известный средневековый врач, родоначальник лекарственной терапии и отец гомеопатии Парацельс (Т. Б. фон Гогенгейм) боролся с этими умельцами как мог. Но они были могучи и едины в своем убеждении: в организме всегда есть лишняя кровь, которую непременно надо выпускать! Главное, чтобы звезды на небе правильно сошлись!
«Долготерпеливый сильнее завоевателя города» – эта мудрость подтвердилась со временем и с освоением таких наук, как фармацевтика и фармакология. С их развитием в арсенале врачей появлялось все
