Глава 31
– Что тут происходит? - в гостиную входит Герман. – Вы чего обе ревете?
- Агата уехала, - сообщаю ему. - Наговорила маме ужасных вещей. Сказала, что хочет забрать детей себе.
– Очень смешно. Учитывая, что она с ними и суток за все время не провела. Какие у нее могут быть шансы? Мечтать она может о чем угодно, но если сунется – ей же будет больно. Но я не хочу сейчас говорить об этом. Ольга Сергеевна, я понимаю, что это не может быть не очень подходящий момент. Вы вряд ли готовы, но я прошу руки вашей дочери. Мы любим друг друга и хотим быть вместе.
– Герман… это так неожиданно! Я, конечно же, не буду препятствовать, если вы оба любите друг друга. Могу лишь пожелать вам счастья, – смущенно отвечает мама.
- Спасибо, мамуль, - чмокаю ее в щеку. – Извините, я бегу готовить завтрак для своего мужчины! Он очень голодный.
Несмотря на вмешательство Агаты, все прошло довольно неплохо, поэтому порхаю по кухне в приподнятом настроении. Отгоняю тревоги по поводу угроз подальше. Не хочу сейчас об этом думать. После завтрака мы с Германом кладем близнецов в коляску и отправляемся на прогулку.
– Пожалуй, аллею нужно сделать более длинной. Чтобы можно было гулять еще дальше, – замечает Герман.
- Ты рассуждаешь как настоящий отец, это так приятно.
- Благодаря тебе я становлюсь лучше, - Герман притягивает меня к себе, начинает целовать, я вырываюсь – совсем рядом пост охраны, я все еще ужасно стесняюсь, что все узнают про наши отношения.
***
Сложно было поверить в то, что Агата на самом деле решится на противостояние с Германом, и тем не менее это произошло.
Мы погрузились в подготовку к свадьбе, совершенно позабыв об обиженной женщине, пока не пришли бумаги, сообщающие, что Агата подала на опеку.
- Поверить не могу, что она это сделала! Ведь призналась мне, что не видит себя матерью!
- Успокойтесь, Ольга Сергеевна. не нужно нервничать, - утешает мою маму Герман.
- Но что если у нее получится? Она ведь могла решить дело полюбовно, если уж так хочет иметь доступ к сыновьям. Разве бы вы не согласились с разумным графиком посещений?
- Ольга Сергеевна, ей не нужны дети. Агата хочет только денег.
- Теперь и я так думаю, - вздыхаю. – Хотя до последнего старалась не верить в ее черствость.
- Агата рассказала мне, когда приезжала, что очень плохо рассталась со своим мужчиной. Он сильно ее обидел, оставил без денег, - задумчиво говорит мама.
- Тогда откуда у нее деньги на суд? – недоуменно качаю головой.
- Видимо, нашла другого идиота, из которого будет сосать капитал для своего удовольствия, - жестко произносит Герман.
- Что ты будешь делать? - спрашиваю с тревогой.
- Найму команду юристов, и поставлю на место наглую бабу. Не переживайте. Занимайтесь детьми, подготовкой к свадьбе, ни о чем не беспокойтесь.
Это было не так просто, я конечно с радостью отдавалась приятным хлопотам, но внутри все равно засела неясная тревога.
** На нервной почве от всех этих событий маму снова прострелил радикулит. Матвей Егорович увез ее в больницу. Снова весь дом на моих плечах, хотя я привыкла, просто переживаю за маму. Через несколько дней должна вернуться Вера Антоновна, станет полегче.
- Если хочешь навестить Ольгу Сергеевну, я побуду с детьми, - говорит следующим утром Герман.
Он все лучше ладит с мальчиками, видно, что ему нравится заниматься с ними. В то же время, в своем офисе он проводит много времени. И вот предлагает взять на себя роль няни?
Это и неожиданно, и удивительно трогательно.
И мне на самом деле нужно отвезти маме много всего. Конечно, есть Матвей Егорович, но и лично навестить очень хочется.
- Ты серьезно? – спрашиваю осторожно. – Готов остаться с сыновьями один?
- Я взрослый мужчина, Арина, - хмурится Шефер. Ему явно не нравится мой осторожный скептицизм. - С двумя малышами, думаю, справлюсь. Тем более, все это время внимательно наблюдал за тобой, как и что ты делаешь.
- Конечно справишься, я нисколько не сомневаюсь! - По тебе не скажешь, - усмехается Шефер.
- Честное слово! Я уверена, что все получится супер!
Бросаюсь на шею Германа. Меня душат эмоции. С каждым днем его связь с сыновьями только крепнет, как же радостно видеть это, отмечать едва заметные детали.
- Я тебя обожаю, знаешь?
- Иногда мне кажется, что твоя любовь ко мне случилась только через призму этих двух парней. И тогда начинаю ревновать, - признается Герман.
- Понятия не имею, да это и не важно! Я обожаю тебя, обожаю твоих детей.
- Наших детей, - поправляет Герман, и в моей душе расцветает абсолютная гармония.
Снова и снова хочется признаваться ему в любви.
- Я буду следить за вами через камеры, - сообщаю любимому. – У меня есть такое приложение на телефоне.
- То есть, не доверяшь?
- Дело совершенно не в этом! Я просто не смогу пропустить этот момент! Ни за что!
