тело уже просто не в состоянии, я глухо застонала, позволяя себе вознестись на самую горячую точку мира, откуда можно было падать долго и блаженно, содрогаясь от спазмов, и чувствуя себя так раскованно и легко, что этому состоянию невозможно было дать названия и определения, особенно когда и мой Берсерк содрогнулся в унисон со мной, и тугие вены на шее вступили сильнее, оттого что он запрокинул голову, закрывая яркие золотые глаза и выдыхая протяжно и со стоном.
Между бедер стало влажно и жарко, когда я улыбнулась счастливо и капельку смущенно, растягиваясь прямо на Янтаре как можно осторожнее, чтобы не задеть главной раны на груди и целуя его горячее влажное плечо, утыкаясь в золотистую кожу, от которой шел аромат моего безграничного счастья, прошептав:
— Это было…
— Быстро! — криво усмехнулся Янтарь, обнимая здоровой рукой и поглаживая мою расслабленную спину.
— Волшебно, — широко улыбнулась я, думая о том, что начало положено, а дальше будет много сладких и страстных моментов, когда никакие преграды мира уже не смогут встать между нами, потому что теперь я была с его меткой.
Была только его для всего этого огромного мира, который теперь я не боялась, а смотрела вперед счастливо и смело.
Янтарь рассмеялся низко и приглушенно, но довольно, закопошившись неловко для того, чтобы накинуть на нас обоих скомканную влажную простыню.
— Перекусим и начнем с того момента, где остановились, — промурлыкал мой большой Бер, на что я хихикнула почему-то вспоминая слова Севера о том, что его золотоглазый брат делает всё с приставкой «много»!
— Не многовато ли такие физические нагрузки для того, у кого сломана вся левая часть тела?
Янтарь лишь фыркнул, улыбнувшись шаловливо и горячо, для пущей убедительности еще сжав одну мою ягодицу в своей ладони:
— В самый раз! Буду принимать как лекарство — три раза в день после еды и перед сном!
Я лишь с широкой улыбкой покачала сокрушенно головой, нутром ощущая, что так оно и будет, и к черту все эти бинты и повязки.
Но ощутив свежий аромат его крови. я зашевелилась, пытаясь осторожно переползти на бок и лечь рядом с ним на кровати, лишь сейчас замечая, что повязка на груди постепенно стала окрашиваться в цвет крови. но Янтарь не позволил сделать этого, удерживая одной рукой на себе и неожиданно прижимая мою голову к себе, словно я была ребенком, который ждал защиты и ласки.
…да, я была именно такой.
Потерянным ребенком. который скитался по этому миру, шипя и дерясь от страха привыкнуть и довериться кому-то, чтобы затем снова ощутить боль потери, которая сломает меня окончательно.
— …Мы так и не поговорили, — прошептала я растеряно, не зная с чего начать, и стоит ли делать это сейчас в такой интимный и счастливый момент моей жизни, когда Янтарь лишь покачал головой, проговорив мягко и тихо:
— В этом нет смысла, Ягодка.
— Разве тебе не интересно узнать… — Я всё знаю, — явно почувствовав моё смятение и напряжение во всем теле, Янтарь погладил меня по голове, не дав возможности терзаться сомнения и страшными догадками, когда просто пожал плечами, — Ты говоришь во сне, девочка. И в тот день, когда уснула рядом со мной в домике Мии, то мне всё стало ясно.
Мое сердце сжалось и дрогнуло от нежности и тех чувств, которые полыхали в груди к этому удивительному мужчине, чье добро и тепло стали моими крыльями, позволяя идти вперед, теперь никогда не оборачиваясь назад.
Я надеялась, что он почувствовал все то, что я хотела ему сказать, когда поцеловала в горячее большое плечо, вздрогнув от хлопка двери где-то на первом этаже и звука голоса, который крикнул:
— Мама Зои! Ты нам нужна! Очень срочно!
— Какого хрена происходит?! — прорычал там же на первом этаже грозно и тяжело отец, а Янтарь нахмурился и зашевелился, пытаясь сесть и явно собираясь спуститься вниз, чтобы понять, в чем дело. отговорить его не удалось даже мне!
Ни обнаженной, ни одетой!
Намотав на себя простыню, словно римский легионер, Янтарь допрыгал до двери на одной ноге, где нас уже ждал хитрый взгляд Лютого, который тоже не собирался долго отлеживаться на больничном и выглядел просто свеженьким огурчиком со своими колкими язвительными глазами, которыми многозначительно прошелся по нам обоим, все таки благоразумно промолчав, потому что к нам уже спешили Малик и Север, чтобы помочь всем желающим, но еще не совсем ходячим спуститься на первый этаж.
— Эти Бурые совсем охренели! — рявкнул разъяренно отец, когда один из парней Гризли сообщил сбивчиво о том, что Беры из рода Бурых пришли охотиться на их территорию, что не было никогда до этого, и, мало этого, без какой-либо видимой причины накинулись на одного из Гризли, который сделал им справедливое замечание, избив бедолагу по полусмерти, пока его друзья не прибежали на помощь.
— Они разрозненны, покинуты… — сухо и хмуро проговорил Сумрака не спеша никого обвинять, но выглядя мрачным и сосредоточенным, что было так непривычно для того, кто отличался чуткостью и добротой.
— И ведут себя как шакалы, — чуть дернул бровью Карат, развалившись на одном из кресел и выглядя так, словно ему было искренне скучно участвовать в этом разговоре.
Отец бросил на него колкий прищуренный взгляд, рыкнув:
— А не по твоей ли вине род Бурых остался без Короля, который призван сдерживать своих медведей всегда в узде, не позволяя чинить зверства?!
Усмешка Карата была холодной и хищной, когда мужчина чуть дернул своей бровью в ответ:
— У Бора было три сына. И если двое погибли, то остался один, который и есть Король…. - мужчина словно запнулся о какую-то свою мысль, когда не договорил, вдруг подавшись вперед и промурлыкав так, что, честно говоря, у меня просто встали волосы дыбом по всему телу, — И кого же интересно оберегала наша смелая Тайга?…
Судя по тому, как прищурились и потемнели глаза Карата, Тайге не было смысла отвечать.
Он уже всё прекрасно знал, но не упускал шанса поиграть на нервах, выводя на эмоции, потому что именно это доставляло ему не меньшее удовольствие чем война, кровь, чьи-то мучения…или секс.
Тайга перевела на него свой взгляд, хоть и не сводя бровей, но глядя так, что не пыталась даже скрыть, что готова сейчас же перегрызть глотку этому Беру.
Ну, или хотя бы попытаться это сделать!
— Кого бы не оберегала ВАС это касается меньше всего на этом свете!
Голос Тайги отдавал сталью, и видимо по этой причине почти звенел от напряженных нервов, когда два
