имена погибших ангелов, сложивших головы за всю историю существования Рая. В храме не было никаких украшений, абсолютно белые стены и имена, имена, имена. Пятнадцать тысяч имен за почти восемь тысяч лет, расположенных от уровня глаз и почти до самого купола. И свечи, никогда не гаснущие свечи, как неугасимая память о тех, кто безвозвратно отдал всего себя во имя жизни других.
— А ты не христианин?! — в свою очередь поинтересовалась она у своего спутника. Тот в ответ только развел руками в стороны.
— Мы признаем Иисуса, как величайшего подвижника и пророка, рожденного от Господа нашего, в отличие от нас — созданных Им.
— Но ты не крестишься.
— Почему не крещусь?! Крещусь, так же как и христиане. Правда, не по каждому поводу, а строго со смыслом.
— Каким?! — спросила она и тут же добавила. — Я знаю, что ангелы, тем более ангелы высокого ранга не крестятся. Я спрашивала отца несколько раз об этом, пытаясь выяснить, почему так происходит, но он всякий раз уходил от ответа. И вот сейчас спрашиваю у тебя, от чего так? Может в этом есть какой-нибудь признак высокомерия к Иисусу из-за того, что он младше вас по возрасту и вам просто неловко осенять себя крестом, символом которого он является?
— Ты ошибаешься, Ирия, — мягко возразил он девушке, — У нас нет к нему никакого чувства высокомерия, а у меня тем более, ведь я был лично близко знаком с ним, будучи в теле Андрея Первозванного. Но ты, одновременно и права, у нас нет к нему чувства преклонения, ибо мы считаем его одним из нас, нашим братом, а отношения между братьями характеризуются братской любовью и уважением, но отнюдь не фетишизацией. А что касается Креста в качестве символа веры, то у нас с христианами имеется хоть и не фатальный, но существенный отличительный взгляд на него. Христиане, в особенности западные, придают символу креста смысл страданий, понесенных Иисусом за грехи людские, которые он принял на себя. Неспроста, на канонически признанном изображении его распятия он буквально провисает на кресте. Мученичество принятое им на кресте является главной и отличительной чертой христианства западного толка. Восточные христиане, и российские в том числе, придают символу креста не столько смысл его страданий, но прежде всего стойкости своих убеждений, даже перед лицом собственной гибели. Именно поэтому, на изображениях распятия, принятых за каноническое в восточной ветви христианства, он не висит в бессильной немочи, а как бы парит, широко раскинув руки, охватив ими всех и каждого из уверовавших в него.
— Ух, ты, как красиво! А я как-то даже и не задумывалась над этим! — воскликнула она с неподдельным восхищением, глядя на Захарию. А он тем временем продолжал ее просвещение.
— Мы же ангелы придаем кресту совсем иное значение, поэтому налагая на себя крестное знамение, которым мы, кстати, начали пользоваться задолго до первых христиан, помним его первоначальный и истинный смысл. А смысл вот такой.
Для большей наглядности, Захария, сложил пальцы правой руки щепоткой, попутно объясняя каждый свой жест:
— Собирая пальцы в троеперстие мы, как бы складываем воедино и концентрируем в одной точке все три основные составляющие идеального человека: ежечасный труд во благо окружающих, чистоту помыслов и стремление к всестороннему развитию.
С этими словами он поднес щепоть ко лбу, продолжая объяснять суть по ходу действий.
— Сконцентрировав все составляющие в одну точку, обозначающую духовную собранность в едином порыве мы приставляем троеперстие ко лбу, символизирующему разум, интеллект.
Приставив щепоть ко лбу, он резким движением вниз, не разжимая пальцев, провел линию до точки на животе чуть выше пупка, поясняя:
— Ото лба проводим линию к животу, где расположен кишечник. Линия непрерывная и обозначает неразрывную связь и в тоже время безусловное верховенство разума над плотью, как отличительной черты человека от животного.
Затем, таким же резким движением, вновь не размыкая пальцы правой руки, приставил их к правому плечу и провел линию к левому:
— Правое плечо в данном контексте подразумевает любое правое дело, правоту сознания. Левое плечо — сердце. Линия от правого до левого плеча обозначает дорогу. Таким образом, это действие обозначает, что любой праведный (правый) путь лежит только через сердце. Иными словами крестное знамение означает: верши свои дела с умом, пренебрегая суетливой плотью, но помни, что дело твое будет правым лишь только тогда, когда пройдет через сердце. Усекла? — улыбнулся широко он ей.
— Да-да, — быстро закивала она в ответ. — Я и не подозревала, что столько глубинной мудрости может содержать в себе этот простой жест! И почему мне раньше никто ничего подобного не говорил?!
В ее глазах плавало восхищение и любовь к этому, так неожиданно и все-таки в тайне ожидаемому в девичьих мечтах, красивому и сильному ангелу.
— Видимо сама не слишком сильно интересовалась этим. А спрашивать у своего отца о таких вещах более настойчиво, видимо, не стала. Да и он сам, судя по всему, был не слишком расположен теоретизировать на эту тему, хоть и является ангелом довольно высокого посвящения, — все также мягко улыбаясь, ответил он Ирии.
— А можно еще вопрос? — заторопилась она, опасаясь, что в ближайшее время не получится раскрутить его на подобную откровенность.
Он, молча, кивнул, любуясь румяным личиком своей, он теперь уже почти не сомневался в этом, девушки.
— Почему у ангелов, я это не раз замечала, но не решалась спросить, не принято ходить в церковь во время богослужения? С чем это может быть связано?
— А-а-а, — протянул он и делая как бы отмахивающийся жест, — тут все просто. Гораздо проще, чем ты. Наверное, уже себе вообразила. Все дело в том, что в церковных росписях, в качестве слуг Божьих, так или иначе, но всегда присутствуют ангелы, причем, как правило, не в обезличенном виде, а в вполне конкретном образе. Местные иконописцы, в отличие от земных собратьев по ремеслу имеют возможность точно передать легко узнаваемые черты лица того или иного ангела. Вот и представь, каково какому-нибудь ангелу, вроде нашего Гавриила молиться и бить поклоны, глядя на собственное изображение?!
— Представляю! — искренне и весело засмеялась Ирия.
— Да, если присмотреться хорошенько, то это касается не только ангелов, но и практически всех тех, кого признали и там и тут святыми и блаженными. Конечно, многим из них неловко смотреть на иконы и образа со своим изображением.
— Понимаю, — согласилась она, — этика не позволяет «обращенным» выпячивать свои прежние заслуги в том мире. Да и перед кем кичиться?! Перед такими же? Слушай, а давай зайдем в храм?! Сегодня вроде не праздник, народу много
