В сие время князь Вяземский, имея в виду повеление главнокомандующего непременно овладеть высотами, обще с митрополитом приступил к исполнению оного. И тем более поспешил начать атаку, что в ту минуту турецкий паша уведомил, что неприятельское подкрепление приближается. Митрополит с нерегулярными войсками тотчас взошел на занятую высоту. Изумленный неприятель, не ожидая атаки с сей стороны и считая сие невозможностью, весьма отчаянно защищал сию позицию, и, усилившись, устремился на отряд капитана Бабичева; но три его роты и черногорцы, ободренные личным присутствием митрополита, не уступили ни шагу отчаянному неприятелю. Между тем как митрополит сражался на краю пропасти против превосходных сил, на него устремленных, князь Вяземский, разделив малый отряд свой на две колонны и выслав пред оными охотников под командой храбрых офицеров Красовского, Клички, Рененкампфа и Мишо, пошел на неприступную высоту, укрепленную батареями, с решительностью, свойственной герою и возможной только для русского воина. Лористон, заметив общее движение, всей силой теснил охотников наших и ударил на митрополита, которого особа была в крайней опасности; колонны восходили на крутизну и были уже близ вершины. В сем положении отступление было уже невозможно; шаг назад и все потеряно. Мы, смотря с кораблей, с которых место сражения было видно, не смели спустить глаз и в мучительном беспокойстве ожидали, чем кончится. Наконец на вершине горы показались наши знамена, эхо повторило громкое ура! и войско наше, подвинувшись вперед, скрылось в ущельях.
Неприятель, будучи вытеснен из-за каменьев, остановился между своих батарей. Обе наши колонны, соединившись с митрополитскими войсками, после малой перестрелки пошли на штыки; французы защищались упорно, но принуждены были отступить. Митрополит и князь Вяземский, не давая опомниться неприятелю, теснили его беспрестанно нападениями. Офицеры наши, будучи всегда впереди, оказали себя достойными сподвижниками Суворова[50]. Черногорцы соревновали нашим солдатам и с таким жаром бросились штурмовать первое укрепление, что редут с 10 пушками был немедленно взят открытой силой. Таким образом преоборя укрепления, природой устроенные, и, несмотря на картечи, коими искусственно хотели отразить хитрые храбрых, французы уступали одну за другой три свои линии и батареи, оные защищавшие; тут генералы их старались показать свое искусство, обходили наши фланги; но ничто им не помогало, они везде были предупреждены, русский штык и дерзость черногорцев повсюду торжествовали. Будучи преследуем по пятам, неприятель успел, однако ж, остановиться сзади четвертой своей позиции на самом хребте горы над Рагузой; но и тут не мог удержаться ни десяти минут, совершенно разбитый и расстроенный обратился в бегство; черногорцы, приморцы и все охотники спешили отрезать его от города; страх родил в нем быстроту, темнота и стены крепости скрыли беспорядочное его отступление. В сие время прибывший неприятельский сикурс хотел остановить победителей, но при первом натиске обращен был в бегство. Проворные черногорцы, забежав вперед и залегши по обе стороны дороги, поражали неприятельский арьергард даже на самом мосту под картечными выстрелами крепости. Кроме перестрелки нерегулярных войск, начавшейся с утра, сражение при палящем зное продолжалось от 2 часов пополудни до семи, последние выстрелы умолкли в 8 часов вечера. И так помощью Всевышнего горстью людей одержана достославная победа над неприятелем превосходным, предводимым искусным генералом Лористоном, и укрепленная неприступная гора Баргарт над Рагузой занята.
В сем сражении взято пушек разного калибра 19; убито: генерал Дельгог (Delgogue), штаб и обер-офицеров 18, в том числе полковник адъютант Лористона, рядовых до 400, пленных взято 23, да на другой день скрывшихся в пещерах и ущельях горы 68 человек. Рагузцы потеряли убитыми и ранеными до 400 человек. С нашей стороны урон состоит в убитых: портупей-прапорщик 1, рядовых 16, раненых: офицеров 3, солдат 30, без вести пропавших 1; черногорцев и бокезцев убитых и раненых около 100 человек.
Пленные сохранены нашими войсками. Черногорцы, невзирая на то, что адмирал обещал им за каждого пленного по червонцу, столь озлоблены были, что не давали французам пощады и тотчас резали им головы, в том числе не пощадили и генерала Дельгога. Впрочем, должно отдать им справедливость за редкую неустрашимость и должно упомянуть об отличившихся, которых рекомендовал митрополит. Брат митрополита Савва Петрович, секретарь его Владевич, губернатор Черногорский Вуколай Радонч, протоирей Иоанн Пророкович, священник Лазаревич, черногорцы Вуко-Юра и Мило.
6-го числа пред светом высажен был на остров Сан-Марко десант до 600 морских солдат с матросами и рота егерей, под командой 2-го морского полка полковника Буаселя. Корабли «Параскевия», «Петр», фрегат «Венус», шебека «Азард» и 5 канонерских лодок, приблизившись к острову на пристойное расстояние, действовали по укреплению из пушек. Десант во всем порядке, разделясь на три колонны, скорым шагом подошел к подошве весьма каменистого, заросшего колючим кустарником высокого кургана, на вершине которого стояло укрепление, обнесенное довольно высокими каменными стенами и защищаемое 5 большими пушками.
Неприятель начал стрелять по колоннам из 3 пушек, сперва ядрами, потом картечами; а наконец, когда наши рассыпались и окружили укрепление, открыл сильный ружейный огонь. Егери и матросы, подбежав под самые стены и скрыв себя за каменьями и кустами, наносили немалый вред неприятелю. Наши наступили было с чрезвычайной храбростью штурмовать укрепление; но положение места, весьма выгодное для неприятеля, и возвышенный бруствер, окопанный рвом, остановили их. Адмирал, имея в предмете сделать только рекогносцировку и увидя невозможность без чувствительной потери овладеть сим редутом (ибо остров не представлял удобного места для построения батарей против города, откуда ядра палили навесными выстрелами, а французы из города свободно могли получить помощь), поспешил сам на остров и приказал отступить; войска во всем порядке, не будучи преследуемые неприятелем, сели на гребные суда и возвратились на корабли. Дабы более притеснить город с занятой уже позиции, 4 роты морских солдат подкрепили отряд князя Вяземского. Во время приступа было убитых у нас 13, да раненых 57 человек. Князь Вяземский в тот же день отрезал воду у города, в котором, кроме чистерн, оной не было. Дабы обеспечить правый фланг наш от нечаянных нападений и открыть сообщение с морским отрядом, находящимся в порте Санто-Кроче, нужно было отнять у неприятеля одну высоту. Для сего того же 6 июня в полдень отправлен был майор Забелин с двумя ротами и частью черногорцев. Наши, подошед к высоте, ударили на неприятеля в штыки, принудили отступить и гнали до самых ворот крепости, убив до 80 человек. В то же время капитан 2-го ранга Михайла Быченский немедленно удалил от берега все суда, стоявшие в порте и таковой поспешностью предупредил намерение неприятеля сжечь оные. Кроме 69 пушек взято 20 больших купеческих судов совсем вооруженных, верфь и морской арсенал с значительным количеством всякого рода запасов. Сверх сего немалое число требак и малых грузовых лодок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
