В этой комнате с подвесным потолком наверняка полно ужасных секретов. Например, над потолком может быть скрытое пространство… Легко рассказать историю об оборванных тросах и обрушении потолка, верно? Тело надо передвинуть, чтобы исключить любые намеки на убийство. Я аккуратно переместила тело ближе к двери и вытерла пятна крови, насколько это было возможно. Чтобы его наверняка обнаружили, оставила немного крови у порога. Конечно, я знала, что даже старательно стертые пятна можно обнаружить при помощи люминола[46], но прекрасно понимала, что до полицейского расследования дело не дойдет.
Во всем доме не было электричества, поэтому, чтобы опустить потолок, мне пришлось повредить механизм, удерживавший трос. На мою удачу, один из тросов оборвался из-за износа, и потолок можно было опустить, выкрутив из крепежа винты. Работа заняла много времени, но я наконец закончила. Я смогла правдоподобно инсценировать несчастный случай!
На следующее утро, услышав, как Кацураги и Тадокоро стучат в мою дверь, я ощутила разочарование. Я не увидела, как отреагировал Кугасима, когда обнаружил тело. Всю оставшуюся ночь меня мучали кошмары о моем прошлом – мне даже снилось, что мне самой жестоко отпилили запястья.
Худший день в моей жизни…
Если я оказалась права, то Кугасима был шокирован, когда с утра обнаружил тело. Почему оставленный им труп выглядел совсем по-другому? Коготь был в замешательстве. Что происходит? Возможно, его реакция со стороны очень походила на трусость…
Я расспросила о нем Тадокоро-куна. Мои ожидания полностью оправдались.
Эпилог
Не обращая внимания на боль и опасность, мы прокладывали путь на свободу.
Поисковый отряд встретил нас у подножия горы. Как и ожидалось, двойники Такаюки и Фумио, а также Коидэ исчезли.
По нашей версии, мы вышли на прогулку из учебного лагеря и оказались в особняке Такарада, спасаясь от пожара.
Нам удалось эвакуировать господина Такаюки. А госпожу Асукай пожар якобы застал во время расследования страхового случая.
* * *
Незадолго до этого
Кацураги нигде не было видно. Асукай тоже куда-то пропала. Я искал их, ощущая сильное беспокойство.
Я нашел их, немного углубившись в лес. Из-за их мрачных лиц я никак не решался подойти ближе.
«Эти двое сейчас в своем собственном мире», – подумал я, и мое сердце сжалось от боли. Мир, в который разрешено входить только детективам. Я никогда не смогу стать его частью, даже если очень постараюсь.
– Я не могу с этим смириться, – повторял Кацураги, яростно сжав кулаки.
Стоявшая перед ним Асукай протянула руку и сказала:
– Мы смогли выжить. Разве этого недостаточно? Давай забудем обо всех наших спорах, всё позади. – Асукай сдержанно улыбнулась, но ее глаза, казалось, окончательно потухли.
На ее фоне Кацураги выглядел еще более неуравновешенным:
– Ну и что? Не могу поверить, что ты была права! Ты знала, кто виновен, но молчала все это время! – Он гневно оскалился; я почти слышал, как он скрежетал зубами. – Я отказываюсь верить…
– Я действительно отличный детектив. И да, при этом я не очень хороший человек. Но в этом нет ничего страшного. Я довольно давно так живу. – Асукай скорчила недовольную гримасу. – Нельзя начинать что-то без твердой уверенности. Думаю, это и придавало тебе сил. Пойми, все уже кончено. Упрямо не отказываться от своих убеждений – разве это не по-детски?
Женщина-детектив, которая меня восхищала… От нее не осталось и следа.
– Чего ты добиваешься? Чтобы я сказала: «Я проиграла. Я тебе не ровня»? Ты этого хочешь?
– Нет, не этого! – Кацураги снова повысил голос.
– Раскрыть дело – не значит показать, как ты умен. «Я все знал. Я один заметил то, что вы все упустили», да? Неужели без этого ты не успокоишься? – сочувственно спросила Асукай. – Что, по-твоему, произошло бы после твоего обвинения? Мы в одном доме с Кугасимой, отрезанные от остального мира огнем. Знай ты об истинной личности этих людей, тоже задумался бы. Два мошенника и один вор… С другой стороны вы – два школьника, – немощный старик и я. Мошенник и вор прекрасно знают, как управлять доверчивыми людьми. Думаешь, ты смог бы взять верх над взрослым мужчиной, который в прошлом уже убил семь – если считать его жену, то восемь – человек? Ты наверняка понял, что он сильнее и выносливее других, когда разгадал имя убийцы. Он с легкостью оттеснил бы всех остальных. Стоило ему опередить нас и заблокировать проход – и мы все погибли бы в огне.
– Ты считаешь, что поступила правильно? Скрыла правду и отказалась от разгадки тайны! Это ты задержала его разговорами, чтобы дать ему время найти путь для отступления!
– Жаль, что ты это понимаешь, но не можешь оценить…
– Не надо издеваться!
– …что я предотвратила гибель людей. – Ее лицо застыло, словно маска театра Но.
– Нет, я… – Кацураги отступил. Он не мог спорить с фактами. – Нет, я… конечно… не хотел, чтобы кто-то еще погиб… – как-то по-детски неуверенно ответил мой друг.
Асукай резко подошла к нему и не в силах совладать с эмоциями схватила его за грудки.
– Неужели ты не заметил? – Ее голос сорвался на крик. – Как ты можешь называть себя детективом?
– Но… о чем ты?
– Ты не задумывался, почему Цубаса оказалась в комнате с подвесным потолком в тот самый момент?
– Возможно, ее туда обманом заманил Кугасима…
– Нет! У Кугасимы и Цубасы не было времени поговорить или обсудить план после того, как начался пожар! Почему же Цубаса дала ему использовать механизм потолка? У нее была своя цель! Ради этой цели она научила Кугасиму пользоваться потолком, чтобы он позже использовал его по назначению. Хотя «по назначению» – это преувеличение. Ей было достаточно, чтобы он просто его запустил. К тому же он не слишком сообразителен, им легко было управлять. Из-за Цубасы я не могла попросить помощи у Такаюки и Фумио. К тому же каждый из них тоже преследовал свою собственную цель.
– Ты могла обратиться к Тадокоро-куну.
Неожиданно услышав свое имя, я вздрогнул.
– Нет, не могла. Вы двое слишком близки.
– Но почему?
– Ты до сих пор не понял? – крикнула Асукай. – Я же знала, что вы – поклонники творчества Юдзана Такарады!
– А, это… – Кацураги побледнел, его глаза расширились. – Я понял.
Тон Асукай мгновенно поменялся – она заговорила мягче:
– Неужели? Так сложно в чем-то признаться, когда речь заходит о нас самих?
Впервые Асукай проявила к Кацураги нечто похожее на сочувствие. Она признала в нем талантливого сыщика, равного себе. Кацураги больше не мог сопротивляться. Асукай отпустила его, и он упал на колени.
– Ты знал, что за комнатой с подвижным потолком скрывался книжный шкаф Такарады-сэнсэя.
