всадников низко склонился с коня, оказавшись прямо напротив лица стражника, и прошептал:
— Твоя нерожденная дочь желает остаться без отца? Идиот! Похищено Великое Яйцо! Подозреваются артисты! Кощей рвет и мечет! Если я их не поймаю, завтра будут вешать всех подряд, и тебя в первую очередь! Уяснил?
Только сейчас стражник углядел особую эмблему на груди всадника и тут же смертельно побледнел, и, не раздумывая больше не секунды, сам помчался крутить ворот, пинками подгоняя своих коллег.
Четверка преследователей коварных артистов, не теряя ни мгновения, со всей возможной скоростью понеслась вперед и вскоре скрылась с глаз растерянных охранников.
— Догонят? — спросил один, почесывая тыковку.
— Авось, догонят! — согласился второй.
— А если не догонят? — уточнил первый.
— Значит, не догонят, ептить!
Всадники, между тем, мчались и мчались по мощеной дороге, лихо минуя все патрули. Выбитые на доспехах эмблемы на груди каждого из четверки определяли принадлежность к отборной кощеевой сотне — элитным бойцам, каждого из которых со всем возможным пиететом переманивали к бессмертному откуда только можно. Они были лучшими рыцарями-убийцами во всем мире, и преграждать им дорогу мог только безумец.
Вскоре, патрулируемая солдатами зона осталась позади. Одному из стражников, поневоле засмотревшемуся вслед уже почти скрывшимся вдали элитарной четверке — мрачной картине стремительной смерти, — показалось, вдруг, что с неба спикировала вниз огромная птица, а, может быть, сам Синий Демон, решивший посмотреть, насколько хорошо живется в самом низу мира, и удобно устроился на плече одного из четверки. Тот, не обратил на птицу ни малейшего внимания, продолжил свой путь, тут же скрывшись за поворотом дороги.
Стражник, по здравому размышлению, решил, что ему померещилось. Выставлять себя в смешном свете перед товарищами, рассказывая им невероятные небылицы, он посчитал нецелесообразным. Поэтому бедолага просто дал себе зарок на будущее: пить как можно меньше.
Четверка же преследователей, не оглядываясь по сторонам и не сбавляя хода, двигалась в таком темпе несколько часов. Наконец, передний всадник остановился, и, тяжело соскочив с коня, стянул с головы шлем.
Довольный конферансье Аркасар, он же Игги Джуба, широко улыбнулся.
— Мы сделали это! Предлагаю чуть отдохнуть, а потом нам предстоит долгий путь!
Клоун Бип, а по совместительству жених Кудр, отбросил свой шлем в кусты и повалился с коня прямо на землю.
— Я жив! Я остался жив! Папа, мама, где вы были?
Мика, мягко соскочив с коня, неторопливо приблизилась к Игги и вдруг отвесила ему такую сокрушительную оплеуху, что Джубу, не ожидавшего подвоха, просто смело в сторону.
— Значит Мявка? — негромко уточнила перепачканная в саже и красках девушка, в которой мало кто смог бы узнать в этот момент очаровательную прелестницу. — Значит, так ты меня назвал? Клоунесса Мявка?
Игги, внезапно перепугавшийся больше, чем в кощеевом замке, не пытаясь даже подняться на ноги, быстро-быстро пополз в кусты.
— Я тебе покажу Мявку! Ты у меня это на всю жизнь запомнишь!
Мика разбушевалась не на шутку и припустила в погоню за Джубой. Игги, несмотря на мешающие доспехи, полз очень быстро, но вскоре уперся головой в дерево. Дальше ползти было некуда.
— Подожди! — взмолился он. — Яйцо разобьешь!
— И не одно! — пообещала Мика.
— Кощеево разобьешь! Оно у меня тут, за пазухой. Меня не жалко, приз пожалей…
— Тебя не жалко, — согласилась девушка, но все же приостановилась.
Дубыня, любовно поглаживающий перья Ворона, который уже умудрился каким-то образом смыть с себя все следы предсказателя Папагая, с интересом следил за развитием событий, ни делая ни малейших попыток вмешаться.
Игги вытащил чехол с яйцом и поднял его вверх.
— Мы сделали это!
— Повезло! — безапелляционно сказала Мика.
И никто с этим не поспорил.
***
До Велиграда было рукой подать. Оставалось буквально несколько часов неспешной езды, и покажется город.
Они так быстро убрались из темного царства, что никто не поспел за ними вдогонку, даже если и преследовал. Жаль, пришлось пожертвовать старой клячей и повозкой, но это были сущие мелочи, по сравнение с тем, что им все же удалось выполнить невыполнимое! Великое Яйцо — смерть царя Кощея украдено, и теперь только от них зависит, что будет дальше.
Можно отдать Яйцо царю Громославу, можно припрятать, можно продать на черном рынке за бешеные деньги.
Глядя на Кудра, возникали сомнения. Вот станет этот человек зятем царя, и зачем это нужно? Власть перехватит его ушлый папаша и начнет крутить свои дела направо и налево. Будет ли лучше? Нет. Так что же делать? Не отдавать приз, схоронить его. Или же просто взять и разбить, уничтожить Кощея! Отличная идея, или нет?..
Черный ворон кружил над головами всадников, но это был свой ворон, и плохих вестей не нес.
И чем ближе было до Велиграда, тем большие сомнения терзали Джубу. Он смотрел на Кудра и качал головой. Боярыч хорошо показал себя в замке Кощея, сумел спрятать страх, не сбежал, не предал — у него начал формироваться мужской характер. Но… еще далеко не сформировался. И его отец Крив задавит все проявления инакомыслия в зародыше.
Игги думал и думал, и никак не мог найти правильное решение. Между тем, до города осталось всего ничего. И тут на небольшой полянке случилась неожиданная встреча.
Четверо всадников ехали по главной дороге, никуда не сворачивая. Дорога пересекала лесок, чуть сбоку виднелась полянка — и там Джуба увидел народного певца Елисея.
Певец сидел на пеньке, сунув травинку в рот, и сумрачно глядел в одну точку.
Сделав остальным знак рукой, Джуба съехал на поляну, остальные потянулись следом. Всадники окружили Елисея, но тот даже глазом не моргнул. Складывалось ощущение, что он даже никого не заметил.
«Дело плохо!» — сообразил Игги и спешился.
— Эй, друг, ты в порядке? — он тронул Елисея за плечо, и тот лишь тогда очнулся от раздумий.
— Кто здесь?
— Это я, Джуба! Ты спас меня на болотах, помнишь? — попытался пробудить хоть какую-то реакцию Игги.
— Помню, зачем ты здесь? Ты пришел от него?
— От кого?
— От Черного человека?
Вот это уже было интересно и любопытно. Значит, Елисей тоже знает этого страшного типа. И, судя по всему, достаточно близко. Отличный шанс получить информацию.
Но ничего не вышло. Сколько бы Игги не расспрашивал певца, толку было ноль. Тот лишь виновато пожимал плечами, мол, ничего не знаю, ничего не ведаю… приказали уйти из города, а потом вернуться, вот и выполняю… угрожал убить семью… лица не видел, имени не знаю…
В общем, тухлый вариант.
Все, что удалось узнать у певца — в городе его навестят и как-то помогут с выигрышем.
Жулики! Шулера!
