как под моей щекой гулко бьется его сердце.
— Нашли место… — проворчал Кот, нарушая наш интимный момент.
— Он прав, — Дейрон погладил меня по волосам, — еще не все закончено.
— Если ты о моем новом родственничке, то он без сознания, — промычала я, не собираясь выпускать герцога из своих объятий.
— Амара, я должен… — начал Дейрон, но закончить фразу ему не дали.
— Амара! — разрезал воздух голос Мартиса, доносясь от кромки леса.
— Лорд Вудст! — последовал за ним следующий, мне незнакомый.
— Подмога прибыла, — улыбнулся Дейрон, осторожно приподнимаясь на локте, все еще прижимая меня к себе другой рукой.
Только сейчас я обратила внимание на то, что он был одет в одну белую рубашку, и, кажется, в ту, что была на нем в вечер бала. Она насквозь промокла от снега, как и то, что осталось от моего платья. Я нехотя отстранилась от герцога, поднимаясь на ноги.
— Мы здесь! — отозвалась я, помогая Дейрону принять сидячее положение.
Через минуту из-за небольшого поворота к нам выскочили стражи, Мартис и сам Его Высочество, Принц Руан. Мартис бросился ко мне, на ходу стягивая с себя теплый сюртук.
— Ами, святое небо! — он укутал меня в него, обнимая так крепко, что у меня сбилось дыхание, — жива!
— Я в порядке, а лорду Вудсту нужна помощь, — я обернулась на Дейрона, которого уже окружили стражи, поднимая его под руки и накрывая каким-то прозрачным куполом, — как ты нашел нас?
— Мадам Фелл сообщила, — Мартис внимательно осмотрел меня с ног до головы, — можешь идти?
— Могу, — я кивнула, опираясь на руку друга, — как вы добрались так быстро?
— Его Высочество все же не просто так принадлежит к королевскому роду, — Мартису надоело смотреть на мои попытки идти прямо, и он подхватил меня на руки так легко, словно я ничего не весила, — мы пришли порталом. И, Ами, — взгляд друга стал укоряющим, — тебе многое придется рассказать мне.
— Сначала мне нужно отдохнуть, — растраченный резерв дал о себе знать, я зевнула, — а после, обещаю, что все расскажу.
Я поуютнее устроилась в руках друга, положив голову ему на плечо, изредка обеспокоенно поглядывая на то, как обстоят дела с Дейроном. Герцог о чем-то говорил с Его Высочеством, тот кинул на меня несколько тревожных взглядов, а после открыл портал прямо посреди поля. Стражи помогли Дейрону скрыться в нем, а Принц направился к нам. Тепло от тела Мартиса убаюкивало, я уже с трудом открывала глаза, улавливая лишь обрывки фраз. Кажется, они обсуждали закрытие разрыва, и то, что нужно доставить лорда Стрейда в темницу, а меня в лекарское крыло.
Но очнулась я в мягкой кровати в своих покоях. Из окна лился мягкий свет, давая понять, что день в самом разгаре. Я приподнялась на подушках, прислушиваясь к ощущениям в своем теле. Наверное, лекари все же постарались, потому как чувствовала я себя прекрасно. На теле не осталось и царапины, жизненные силы были полностью восстановлены, а магия внутри отзывалась ласковым теплом.
— Госпожа! — раздался от двери спальни звонкий голос служанки, — Вы очнулись!
— Берта, как долго я была без сознания? — спросила я, садясь и спуская ноги с кровати.
— Всего сутки, госпожа, — Берта тут же подала мне домашнее платье и помогла его надеть, — я должна сообщить Его Величеству, что Вы пришли в себя.
— Хорошо, но прежде я хочу увидеться с лордом Вудстом.
— Госпожа… — замялась вдруг Берта, пряча глаза, — Его Светлость еще не приходил в сознание…
— Где он? — тревога вонзилась в сердце так остро, что я пошатнулась, хватаясь за спинку кровати.
— Он в лекарском крыле, — служанка сочувствующе посмотрела на меня, — Вам нужно поесть и…
— Нет, — перебила я ее, уже направляясь в ванную комнату, — приготовь мне платье, я хочу посетить лекарское крыло.
Берта не стала возражать. Я наспех привела себя в порядок, прогоняя из головы страшные мысли. Дейрон потратил много сил, помогая мне закрыть разрыв, скорее всего у него простое магическое истощение, через пару дней он будет в порядке. Я уговаривала себя снова и снова, пока меняла платье, пока торопливо шла в лекарское крыло, пока ждала позволения войти к Дейрону. Но когда я увидела его, лежащего на кровати без сознания, все мои барьеры рухнули, поднимая внутри удушливую волну паники. Я осторожно присела на край кровати, беря в руки его ладонь. Его пальцы были ледяными и безжизненными, на лице не осталось цвета, челка прилипла ко лбу, а скулы стали острыми.
— Мадемуазель Вайс, — раздался за моей спиной спокойный женский голос, — Вам не стоит здесь находиться.
— Я скоро уйду, — ответила я, даже не оборачиваясь, не в силах оторвать взгляда от лица Дейрона, — дайте мне несколько минут.
— Амара, я могу к Вам так обращаться? — я обернулась на девушку, узнавая в ней леди Бастет, и кивнула, — у герцога полное магическое выгорание, мне жаль, — продолжила она, смотря на меня с сочувствием.
— Но он же придет в себя? — мой голос был еле слышным, я с надеждой посмотрела на лекаря.
— У меня нет ответа на этот вопрос, — леди Бастет покачала головой, — мы сделали все возможное, остальное зависит от Его Светлости.
— Спасибо… — я замолчала, и леди Бастет представилась:
— Юнна.
— Спасибо, Юнна, — я постаралась улыбнуться, хотя в душе разрасталась дыра, вытягивая из меня все светлые чувства.
— Я знаю, что Вы сделали, — тихо сказала Юнна, — Мартис рассказал мне. Амара, Вы настоящая героиня, и я восхищена Вами. Я оставлю Вас наедине, — она мягко улыбнулась мне в ответ, — лорд Вудст — очень сильный человек. Он обязательно справится.
Я благодарно кивнула, и вернула свое внимание к Дейрону. Его ресницы дрожали, темные круги под глазами будто стали еще глубже. По его вискам стекала испарина, сухие губы были приоткрыты. Меня затопило чувством беспомощности и злости. Зачем мне мой Дар, если я не могу помочь дорогому мне человеку? На такие мысли магия внутри меня заволновалась, неприятно покалывая грудь, словно обидевшись. Острое чувство вины впивалось в мое сердце колючими клешнями, сдавливая его и не давая мне сделать вдох. Это из-за меня Дейрон пострадал. Я не смогла уберечь его. Это была моя битва, и я ее проиграла, причинив любимому человеку такую боль. Когда Дейрон очнется, сможет ли он простить меня за то, что я лишила его магии? Магия и душа неразделимы. Как он будет жить дальше? От этих вопросов мне стало невыносимо горько. Я никак не могу искупить свою вину перед ним. Перед человеком, который спас меня от темницы, от печати и от связующего кольца. Перед человеком, который готов был отдать
