— Не вызывает сомнения, что первое было случайным, — сообщил президент, откидываясь на спинку стула. — мисс Оплфорд выбрала неудачное время и просто попалась под руку. Тогда от нее отмахнулись, при попытке побега.
— Как итог, — подхватил Роберт. — сотрясение.
— Вы нашла нападавшего? — вопросил Агустини, пристально оглядывая собравшихся.
Неприятная получалась картина. Девочка каждый раз оказывается в неправильном месте в неправильное время. С такой способностью влипать в неприятности удивляет тот факт, что мисс Оплфорд дожила до двадцати трех лет.
— Поиски ни к чему не привели, — развел руками сэр Аньелли. — записи с камер извлеки до того, как мы успели просмотреть видео. Следов никаких. И если бы не Этель, то я бы даже не заметил, что кто-то ворвался в мой кабинет.
— Замечательно, — хмыкнул Клодель Арчибальд, уперев локоть о спинку стула. — у вас есть преступник, которого вы не можете поймать с начала шоу. Однако, никто из вас не сообщил о факте нападения на представителя рода Оплфорд даже после того, как осознали, что не в силах провести расследование самостоятельное. Сейчас же у нас пулевое ранение, полученное из ГЕНО 744. Как собираетесь замять это дело? — закончил инквизитор с едкой усмешкой.
— Клод, — поморщился Габриэль Арчибальд. Он понимал свою ошибку, но признаваться в том, что президент может быть не прав — не хотелось. Да и мерзко становилось от мысли, что кузен отчитывает его как щенка. — разберемся. Мисс Оплфорд вменяема, если не рассматривать последнюю вспышку, напоминающую больше истерику, нежели взвешенное решение относительно подписания контракта. Я даже комментировать это не буду. Каждый осознает, что в произошедшем инциденте виновата не столько Этель, сколько стресс.
— Какое благородство, — едко прокомментировал услышанное инквизитор. — по стопам Аньелли пошел? Только не спасет тебя этот жест показного великодушия.
— Думаешь, Этель подаст в суд? — хмыкнул Роберт.
Клодель Арчибальд с неприязнью осмотрел собравшуюся компанию. И причина его неудовольствия была кристально ясна любому человеку с незамутнённым политикой рассудком. Ведь вместо того, чтобы озаботиться безопасностью девушки, мужчины предпочли рассматривать способы, как прикрыть собственную задницу. Очень мужественно.
— Этель не подаст, — не стал спорить маршал Инквизиции. — а род Оплфорд — да. Ты же ознакомился с извещением от судьи, которое пришло через пару дней от семьи Этель? После небольшого разговора с мисс Оплфорд я выяснил одну потрясающую деталь: она не знала об этом.
— Когда это ты с ней разговаривал? — вскинул брови Роберт, подавшись вперед. — Ты знаешь, что допрос без адвоката сурово карается законом?
— Закон — это он. — хмыкнул Габриэль Арчибальд. — А самого себя не посадишь, да, Клод? И я еще удивляюсь, чего это девочка к тебе так доверительно относится. Какую чушь ты успел ей наплести, чтобы мисс Оплфорд согласилась на допрос?
— Допрос не имел места быть, — отозвался инквизитор, не собираясь оправдываться перед обществом стервятников. — мисс Оплфорд проявила свою активную гражданскую позицию, согласившись дать показания.
— Ого, и ты ей даже пушкой не угрожал. — восхитился президент. — Растешь.
Инквизитор не счел нужным комментировать выпад Габриэля Арчибальда. Жалкая попытка иронизировать вызвала у Клоделя Арчибальда только насмешливую улыбку. Каждый из них осознавал, что ситуация складывается не из приятных. Отсюда и нервозность. И дело не только в грозившем масштабном суде, если род Оплфорд прознает и о ранении Этель. В резиденции ошивается стрелок, и никто не знает, когда он нападет снова. А главное, на кого.
— Вопрос в том, что мы собираемся делать дальше. — продолжил Клодель Арчибальд. — Я полагаю, что никто не рискнет возразить против моего расследования. Хотя, признаться, можете возмутиться. Меня это позабавит. Так как ордер я уже подписал.
— Подло, — выдохнул Роберт. — против своих же идешь?
— А ты предлагаешь ждать, пока стрелок добьет мисс Оплфорд, а затем переключиться на нас? — вскинул бровь Агустини. — Хорошая идея, мне нравится. Жаль, что оценят ее не все.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ладно, у меня есть другая классная идея. — пожал плечами Роберт. — Я женюсь на Этель, вы сворачиваете шоу, мы уезжаем подальше отсюда, и все счастливы. Ну как?
— Если ты хочешь стать жертвой женского гнева, то пожалуйста. — хмыкнул сэр Аньелли. — А Этель тебя точно убьет, узнав о предстоящем замужестве. Или ты ее силой к алтарю поволочешь?
— Не предлагаешь — не критикуй. — отозвался наследник Арчибальдов.
— Я-то что, — флегматично пожал плечами британский лорд. — я лично на свадьбе за здоровье молодоженов выпью. Вот только тебе потом с ней жить. А мне нутро подсказывает, что Этель подобного произвола не простит, и придется тебе однажды проснуться удушенным. Или не проснуться, учитывая, что ты будешь мертв.
— Брейк. — насмешливо хмыкнул маршал Инквизиции, вставив команду из бокса. — Если ты хочешь жениться на мисс Оплфорд, то впечатли ее чем-то другим, помимо влияния рода Арчибальд, Роберт. Будь мужчиной хоть раз.
— Наставь пушку на будущую невесту, — подначил президент.
— Эл, это было всего один раз. — поморщился инквизитор, взглянув на кузена как на расшалившегося ребенка. — Брукс была преступницей, которая собиралась подорвать здание. Только благодаря той пушке, здание твоего управления, Эл, не рухнуло.
— Расслабься, Клод. Они — гражданские, никто из них и близко не был к горячим точкам. — презрительно поджал губы Агустини. — Для них ничего не значит словосочетание «освобождение оккупированного здания». Заткнулись бы вы и спасибо сказали, что сейчас просиживаете свои задницы в креслах, а не валяетесь в гробу, обглоданные червями.
Наступило молчание. Каждый из сидящих был готов признать, то перегнул палку. Все присутствовали на совещании, когда пришло сообщение о том, что здание заминировано. Шутить тогда никто не рискнул, наблюдая за слаженной и быстрой работой ордена Клоделя Арчибальда. И действительно стоило бы поблагодарить Инквизицию за то, что все остались живы, а не взлетели в воздух.
— Прости, — ответил за всех президент, которому априори полагалось быть умнее остальных. — ты прав. Так, что по поводу мисс Оплфорд и расследования?
— С мисс Оплфорд я поговорю позже, — ответил Клодель Арчибальд. — девушка открыта для диалога. Решение о суде останется за ней. Вопрос безопасности мисс Оплфорд, как я уже сказал раньше, будет поставлен на собрании Инквизиции. Пока же приставлю к ней пару телохранителей для контроля.
— Под прикрытием, — кивнул Габриэль Арчибальд. — на территории резиденции также находятся конкурсантки. Их может заинтересовать наличие у Этель охраны. Лишние вопросы нам не к чему.
— Я лично займусь этим пунктом, — кивнул Агустини.
— По поводу расследования, — продолжил инквизитор, упиревшись локтями о колени и скрепив руки в замок. — у нас появилась интересная зацепка, предоставленная, кто бы сомневался, мисс Оплфорд. Этель стала свидетелем разговора, который подтверждает наличие заговора против рода Арчибальд и, соответственно, власти. Эл, ты от рода отказался, однако, не можешь отрицать, что это — личное дело.
— Что за разговор? — нахмурился президент, опуская локти на столешницу.
— Послушаете. — произнес Агустини, извлекая сенсор Этель под вскинутые брови собравшихся. — Мисс Оплфорд проявила профессионализм и записала разговор.
— И все-то она делает случайно… — пробормотал сэр Аньелли, пригубляясь к коньяку.
После того, как запись закончилась, Агустини продемонстрировал фотографию спин разговаривающих. К общему сожалению, под внешность заговорщиков попадало большее число приглашенных на конную прогулку. Так уж вышло, что мужчины нынче пошли сплошь накаченные и высокие брюнеты. Неудивительно, что конкурсантки метались от одного к другому.
— Запись отправлена на обработку. — оповестил собравшихся Агустини. — Профессионалы попробуют вычленить из нее нечто, недоступное при простом прослушивании. Но я бы не надеялся на какой-то невероятный результат.
