курсе о волнениях в тюрьме, поэтому я не успела выйти из движа, как около него уже стояли и Дэвон, и Маккой, и Эттвуд. Позади, на крыльце толпились парни из нашего и других отделов. Но они быстро исчезли, когда на улице показался командор.
– Либрем, ранен? – лекарь подскочил к дверце мгновенно, стоило помогающему мне вылезти, куратору развернуться к ним лицом.
– Выдохни Джеймс, кровь не моя. Бедолаги, которого вон те предатели порезали, – хлопнул его по плечу куратор, а я удивилась. Не знала, что эти двое приятельствуют.
– Яромира, вы в порядке? – повернулся ко мне Маккой.
– Хочу есть, пить и в допросную, вытрясти из задержанных имя ублюдка, заказавшего нас с Либремом, если вы об этом, – я ухмыльнулась и посмотрела, как из припарковавшегося рядом движа достают три тела.
– Подготовить воскресную? – вмешался Колин. Друг казался бледноватым, но он, в отличие от Нейтона, окинув меня взглядом и убедившись, что я цела, трястись перестал.
– О нет, это не твои пациенты, а лекаря Маккоя. Сэр, приведите их в чувство, пожалуйста, заблокируйте как-нибудь дар, чтобы я ненароком все же их не прибила, и восстановите им душевное равновесие. Мне нужно, чтобы они были способны трезво мыслить, а не корчились от страха.
– Мне кажется, еще чуть-чуть, и вас можно будет посадить в мое кресло, префект Темная, – ехидно заметил командор, молчавший все это время.
– Никак нет, сэр! Спасибо, сэр! Но мне, кажется я уже на своем месте, а ваше мне будет сильно великовато. Не доросла, так сказать, – мы, конечно, оба шутили, но с другой стороны, он был прав, я чересчур раскомандовалась. Да и я не врала, ну нафиг такие должности, за всех и все отвечаешь и никакого удовлетворения, кроме зарплаты. Вон, пусть Либрем двигается в том направлении. – Да и представьте, где это видано, чтобы командором был некромант? Тем более, женщина…
– Умеете вы подать информацию, префект, – рассмеялся Стокли. – Так, вы, кажется, хотели перекусить и выпить чаю? Прошу ко мне на доклад, провиантом обеспечу, Либрем, переодеваешься и присоединяешься. Маккой, постарайся выполнить просьбу префекта, Эттвуд, Дэвон, страхуете Маккоя, раз арестанты у нас одаренные. Выполнять! – рявкнул этот мужчина, а потом кивнул мне, – за мной.
Как и было обещано, через несколько минут в кабинет командора принесли поднос с чаем и бутербродами, и мы с ним молча наслаждались перекусом в ожидании Либрема. А еще я, вдыхая крепкий аромат с ягодными нотками, восхищалась хозяином кабинета.
Он, совершенно спокойный, сидел за своим столом, подписывал бумаги и не задал мне ни единого вопроса. Не орал, не давил авторитетом, ни требовал немедленного отчета. А просто дал мне время достичь внутренней гармонии. И когда в кабинете появился Либрем, Стокли спросил именно его. С другой стороны, тоже верно, у куратора все-таки звание выше.
– Кетнер достаточно мало о чем смог мне поведать, только то, что из-за драки двух заключенных, вызванных вами в тюрьме, начался бунт. И то, что его очень быстро подавили. Поэтому, я жду вашу версию, Либрем.
– Что же, очень интересно поданная информация, сэр. Вот только… Драка была подстроена купленными охранниками, есть вероятность, что заключенные для бунта были выпущены ими же, – куратору явно не понравилось, как представил произошедшее директор тюрьмы. – Целью были мы. Бунт же должен был замаскировать нашу смерть, как случайную. И если бы не невероятная одаренность и эмоциональная устойчивость префекта Темной, то, думаю, это могло вполне удастся преступникам.
– Вот как? Все-таки ценное вы приобретение для нашего Бюро, префект. Сами, что думаете?
– Думаю, что охранники воспользовались ситуацией, один шепнул другому, что мы говорили с Тейтом о брате Белчера, который учился на курсах стражей и явно является посредником для улаживания проблем с законом, а может быть и приемщиком заказов. Это оказалось отличным поводом для драки и бунта. Под предлогом вывода нас за территорию тюрьмы, купленные охранники вытащили нас из кабинета, убили своего коллегу, который не был в деле, и атаковали нас. К счастью, у куратора Либрема есть боевой опыт, и он смог нас прикрыть, пока я собралась с силами.
– Я считал, что у вас с ними нет проблем, – улыбнулся командор, а я посмотрела ему в глаза и вздохнула.
– Сэр, не думаю, что вас бы порадовала полная трупов тюрьма, – ага, проникся наконец. – Шучу. Одно дело поднять одно тело, призвать одну суть или умертвить одного не в меру активного фанатика. Совсем другое парализовать большое количество людей, сохранив им при этом жизнь. Эта задачка посложнее, и требует концентрации. Оставлять в живых сложнее, чем убивать.
– Согласен, – Стокли стал серьезным и посмотрел на Либрема.
– К счастью, у префекта это получилось. А заключенные были так впечатлены, что восприняли просьбу разойтись по камерам, как благословление стихий. Смотрящий же проводил нас к выходу. И, полагаю, тоже отбыл туда, где ему положено быть.
– Да, сэр, вы не могли бы попросить директора тюрьмы проявить к нему снисходительность, да и к остальным, кто сам забрался обратно в свою нору? У нас есть некоторая договоренность с Эджкомбом… Понимаете? – не, ну я же обещала умному, смелому человеку, пусть и преступнику. А раз обещала, надо выполнять.
– Как вы это себе представляете? – кажется, я немного рассердила командора. – Дай поблажку бунтовщикам. Потому что этого попросила моя подчиненная?
– Он должен заставить членов банды со склада сдать тех, кто всем этим управляет, – хлопнула я ресницами. А что, у других женщин работает, чем я хуже? Или я только пистолетом да магией угрожать могу?
– Тьма, префект, умеете вы настаивать. Хорошо, я поговорю с Кетнером, – вздохнул Стокли. Видимо, он уже не считает меня, вот прям находкой и алмазом в своем Бюро. – Это ведь кто-то из наших. И не один. Найдите их так, чтобы не пришлось привлекать службу внутренней безопасности, – он как-то странно завалился на бок. Но сделал пару глубоких вдохов, присел, и вроде его отпустило. – Хотя эти сами принесутся, как только узнают, что замешана охрана Алькарика. Как бы королевские к ним не присоединились. Впрочем, Дэвон и Нейтон выдержат оборону. Либрем, поддержи их. Не из кабинета. Видишь, ситуация какая, каждый человек, которому можно доверять, на счету.
– Так точно, сэр. Разрешите идти, вести допрос? – куратор уже вроде пришел в себя
