— Он самый, — говорю. — Слезайте с лошади и пройдемте в дом. Сегодня у нас на ужин медвежатина с медом.
— Послушайте-ка, — начал он, едва успев встать на ноги. — Прошу меня заранее извинить за некоторую фамильярность, старина, но могу я узнать, не является ли впечатление, которое, несомненно, производит на окружающих ваш великолепный торс, в некотором роде уникальным?
— Не знаю, — говорю. А я и в самом деле ровно ничего не понял из того, что он тут намолотил. — Сам я всегда голосую за демократов. Он опять завел про свое, но в этот самый момент, привлеченные нашими голосами, из дома повылазили папаша с братцами Джоном, Биллом, Джимом, Бакнером и Гарфильдом.
Сгрудившись у дверей, они принялись разглядывать гостя. Увидев их, гость слегка побледнел и произнес:
— Пардон. По-видимому, гиганты в здешних краях не исключение, а правило.
— Папаша говорит, что со времен его юности народ порядком измельчал, — объяснил я ему, — но нами он доволен.
За столом Пемброк навалился на жаркое, а когда я сказал, что завтра мы пойдем с ним на медведя, он спросил, сколько дней пути до медвежьей берлоги.
— Вот еще! — я даже фыркнул, услышав эдакую чушь. — У нас за медведем далеко не ходят. У нас, если на ночь не запреть дверь, утром запросто можешь проснуться в обнимку с гризли. Того, что мы едим, сестрица Элеонора завалила прошлой ночью в свинарнике за домом.
— Мой Бог! — воскликнул гость и с интересом посмотрел на сестру. — А могу я спросить, уважаемая мисс Элкинс, какого калибра оружие вы при этом использовали?
— Я дала ему по голове оглоблей, — ответила Элеонора, и гость, замотав головой, пробормотал себе под нос: «Потрясающе!»
После ужина Пемброк занял мою кровать, а я расположился на полу.
С первыми лучами солнца мы уже были на ногах и готовы к походу за медведем. Пока Пемброк суетился с ружьями, из дома вышел папаша, покрутил усы и, покачав головой, с сомнением произнес:
— Слов нет, парень он воспитанный, но, боюсь, слабоват здоровьем. Я угостил его из своего кувшина, так он даже глотка не сделал, лизнул только, а уж так закашлялся, что, того и гляди, концы откинет. Ты смотри там с ним в лесу — поаккуратнее.
— Ладно, — говорю, а про себя подумал, что не стоит судить человека по тому, как он относится к папашиной водке. Для кукурузной водки с Медвежьей речки нужны местные же потроха.
— Будем надеяться на лучшее, — вздохнул папаша. — Но все же печально видеть, как молодой парень падает после доброго глоточка на дорогу. Куда ты его поведешь?
— К горе Апачей, — отвечаю. — Позавчера Эрат наткнулся там на гризли-переростка.
— Х-м-м-м, — промычал мои родитель. — Школа стоит на склоне той же горы, или это только совпадение, а, Брекенридж?
— Может, совпадение, а может, и нет. — Меня задели его прозрачные намеки, и едва Пемброк взобрался на лошадь, я сразу тронул поводья, не удостоив ответом саркастическое замечание, которое папаша проорал нам вслед:
— А может, есть связь между учебой и охотой на медведя? Или я ошибаюсь, сынок?
Пемброк оказался неплохим наездником, вот только седло под ним было престранное — вообще без луки. Зато ружье оказалось ни к черту: двустволка такая огромная, что запросто разнесла бы небольшую гору — по его словам, нарочно для охоты на слонов. Увидев, что я не захватил ружья, он вскинул брови и спросил, что я, собственно говоря, намерен делать, повстречайся мы с медведем. На это я ответил, что медведя оставлю ему, а на крайний случай у меня припасена пара отличных шестизарядных кольтов.
— Мой Бог! — воскликнул он тогда. — Уж не хотите ли вы сказать, что можно уложить гризли из кольта?
— Не всегда, — говорю. — Порой возникает необходимость добавить еще и кулаком по башке! После этого мой спутник долгое время ехал, не проронив ни звука.
Мы подъехали к пологому склону горы Апачей, привязали лошадей в ложбине и пешком отправились через молодой лесок. Место для медведей было самое привольное — они частенько заглядывали сюда полакомиться свининой дядюшки Джеппарда Гримза, вольготно разгуливающей по склонам горы.
Но, как нарочно, в тот день все медведи точно провалились сквозь землю.
Вечер застал нас неподалеку от тех мест, где жили семейства Кирби, Гримзов и Гордонов. С полдюжины семей поставили свои дома на расстоянии не более мили друг от друга — ума не приложу, что хорошего они находят в эдакой теснотище? На их месте я давно бы уже задохнулся от недостатка воздуха, но папаша говорит, что у нас свободная страна и каждый имеет право сходить с ума по-своему.
Дома были скрыты деревьями, зато школа стояла совсем рядом, и я предложил Пемброку:
— Вы посидите здесь — вдруг да медведь мимо пройдет, а я загляну к мисс Маргарет Девон. Она учит меня читать и писать, а сейчас как раз время урока.
Я оставил Пемброка сидеть на бревне в обнимку со слоновьим ружьем, а сам направился прямиком через кусты и вышел к речке, рядом с которой стояла школа. Занятия только что закончились, дети с визгом разбегались по домам, а в бревенчатом здании школы меня поджидала мисс Маргарет.
Прежде чем войти, я снял широкополую шляпу и сильно нагнулся, чтобы не трахнуться головой о дверную притолоку. Вид у девушки был несколько утомленный и растерянный. Поэтому я спросил:
— Что, мисс Маргарет, детишки опять бузили?
— О нет, — быстро ответила она. — Они очень вежливые, здешние дети! Я вообще склонна думать, что в обхождении жители Медвежьей речки гораздо вежливее прочих, за исключением тех случаев, когда они стреляют друг в друга. Я даже привыкла к тому, что мальчики приходят на занятия с кольтами и кривыми ножами. Но здесь все настолько отличается от моей прежней жизни, от моих привычек, что прямо руки опускаются. Хочется бросить все и уехать.
— Ну что вы, еще привыкнете, — утешил я ее. Вот увидите — стоит вам только выйти замуж за какого-нибудь честного парня из местных, на которого можно опереться в трудную минуту, как все разом и переменится.
Она бросила на меня испуганный взгляд и прошептала:
— Выйти замуж? Здесь, на Медвежьей речке?!
— Конечно, — говорю, не замечая, как сами собой расправляются мои плечи. — Все только и гадают, на какой день выпадет событие. А сейчас давайте-ка займемся чтением. Знаете, а ведь я выучил все слова, что вы мне вчера понаписали.
Но она меня словно не слышала, а все продолжала о своем:
— Скажите, вы не знаете, почему вот уже несколько дней меня не навещают мистер Джоэл Гримз и мистер Исайя Гордон? До недавнего времени кто-нибудь из них непременно заглядывал вечером к мистеру Кирби отужинать.
