– Экзетер должен идти впереди, – мрачно проговорила она.
– Пророк всегда во главе своих избранников. Уж Эдвард – точно. Что говорить, давайте-ка спустимся и посмотрим сами.
Т’лин закатил глаза, вцепился в бороду обеими руками и застонал:
– Драконы не любят воды!
– О! – Джулиан начал понемногу проникаться общим настроением. – Вы хотите сказать, нам стоило явиться сюда чуть раньше и отрезать его от воды?
Урсула испепелила его взглядом.
– Блестящее предложение! – Она повернулась и окинула взглядом склоны Ниолслоупа, потом снова обратилась к Т’лину: – Что такое эта твоя Шуджуби?
– Просто деревня, ваше святейшество. – Т’лин немного подумал и добавил:
– Там сохранились развалины храма, наполовину в песке.
Урсула молча кивнула. Джулиан не сомневался, что она думает: «Узел!» Если Экзетер собирает ману во время проповедей, он наверняка старается делать это по возможности на узлах.
– Мы можем срезать через холмы и выйти туда раньше него?
– Разумеется, ваше святейшество.
Это было разумное предложение, поскольку драконы хорошо чувствуют себя на пересеченной местности, в особенности на голых холмах, однако Джулиану осточертело сидеть целый день на спине какой-то бробдиньягской ящерицы, привязанному словно мешок с этими ихними дерьмоягодами, только и зная, что выкрикивая «Зайб!», «Варч!» или «Смотрите, что за вид!»
– Давайте пошлем Т’лина и его зверей по главной дороге. Что до меня, я вовсе не прочь прогуляться на своих двоих – для разнообразия.
– Пешком? – фыркнула Урсула. – Среди всего этого сброда? Ты останешься без кошелька, зато наберешь блох.
Джулиан отказывался сдаваться так просто.
– У меня нет кошелька. И потом, мы здесь затем, чтобы выяснить намерения Экзетера, ты не забыла? По-моему, чертовски хорошая идея – выяснить сперва, что говорят о нем участники его крестового похода.
Она надулась, явно не в состоянии опровергнуть его доводов. Чем дольше Джулиан обдумывал свою идею, тем больше она ему нравилась, но, конечно же, Урсула ни за что не пойдет на попятный и не согласится с ним. Ей просто не хотелось идти пешком, а Джулиану хотелось – так он вполне мог узнать, что затевает Экзетер. Конечно, может возникнуть проблема языка. Он до сих пор неважно говорил по-джоалийски, и уж конечно, так далеко от Рэндорвейла не найдется никого, говорящего по-рэндориански. Правда, он-то знал того, кто поможет ему с джоалийским.
Домми продолжал невозмутимо сидеть верхом на Голубом Камне, ожидая дальнейших распоряжений тайков. Он снял шапку, и его рыжие волосы сияли на солнце. Его лицо покраснело и покрылось капельками пота – ибо, кроме шапки, он не посмел больше ничего снять. Это напомнило Джулиану, что он и сам до сих пор закутан в меха и вот-вот растает. Он расстегнул седельный ремень и окликнул своего слугу:
– Будь так добр, Домми, голубые джоалийские штаны. И оранжевую рубаху. Или ты считаешь, что для религиозного шествия требуется что-нибудь поскромнее? Может, зеленую?
Домми уже стоял у его стремени, чтобы помочь ему спешиться.
– Возможно, оранжевый будет слишком ярким. Тайка, если вы не хотите выделяться из толпы. И позвольте предложить вам кожаные башмаки. Если у меня есть немного времени, я могу покрыть их еще одним слоем воска, хотя, думаю, они и так не пропускают воду.
– О, я не сомневаюсь в этом. И повяжи мне тюрбан, как у этих мошенников.
Пока слуга копался в седельных мешках Голубого Камня, Джулиан расстегнул несколько пуговиц и покосился на ближайшие камни – который из них комната для переодевания джентльменов?
– И немного еды, ладно, Домми? И себе возьми, если хочешь со мной.
Домми обернулся – его глаза сияли.
– Я буду счастлив идти с вами. Тайка.
Урсула все сидела верхом, продолжая хмуро глядеть вслед уходящей толпе. Что не дает ей покоя – то, сколько сторонников у Экзетера? За последние несколько недель он наверняка набрал от них огромное количество маны. Неужели Урсула чувствует, что он ей не по зубам? Тогда хочет она этого или нет, но ей придется пойти на честные переговоры без каких-то там шаманских штучек.
– Послушай, старушка, – сказал Джулиан. – Я ведь не пытаюсь испортить тебе подачу. Обещаю, я даже не упомяну о тебе при нем, идет? Никаких намеков или предупреждений. Я просто хочу понять его. Мы с Домми пойдем пешком. Встретимся с тобой у штаба Экзетера вечером. В Шуджуби или где-то еще.
Она безразлично пожала плечами, как будто его поступки не значили ровным счетом ничего.
– Постарайся не принести с собой блох.
Домми достал одежду – чистую и отглаженную. Пора переодеваться.
– Вы можете доехать с нами до реки, ваше святейшество, – предложил Т’лин, которого подобная перемена планов, похоже, тревожила.
До реки оставалось только полмили или чуть больше, и когда Джулиан дойдет туда, часть паломников еще не переправится.
– Нет, так я привлеку к себе слишком много внимания. Ты ведь как следует позаботишься о Святой Урсуле, да? Что это за штука полосатая? Надеюсь, не мой тюрбан? Ради всего святого, Домми, неужели ты полагаешь, что джентльмен может показаться на людях в этом?
Примерно через час у Джулиана появились некоторые сомнения, уж не погорячился ли он. Через два часа эти сомнения перешли в твердую уверенность. В воздухе пахло мокрой листвой. Мошкары, как он и предполагал, тьма-тьмущая. Отраженный от воды солнечный свет слепил глаза. Насквозь пропитанные потом рубаха и штаны пиявками липли к коже. Впрочем, сами пиявки – тоже. Тропа была узкая, скользкая и забитая народом; он медленно протискивался вперед, надеясь все-таки переговорить с Экзетером наедине.
Там и здесь тропа пересекала островки, и тогда он мог обгонять других паломников по обочине, если только дорога не шла между огородными грядками. Местные жители вышли из хижин посмотреть на это загадочное шествие. Должно быть, все происходящее казалось им странным сном.
Как бы то ни было, он шел все же быстрее остальных, так что рано или поздно он обязательно догонит Экзетера. За все время его обогнали только два человека – они бежали бегом, бряцая оружием и крича, чтобы им освободили дорогу. Пожалуй, это было единственное оружие, которое он видел здесь. Никто не выказал при виде воинов ни удивления, ни тревоги.
– Любопытно! – сказал Джулиан. – Интересно, кто такие эти шутники?
– Я видел их в самом начале. Тайка, на дереве. Мне кажется, это могут быть нагианцы. Тайка. – Веснушчатое лицо Домми оставалось спокойным. Он не хуже Джулиана знал, что свой первый год в Соседстве Экзетер провел в нагианской армии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
