— Да, пожалуйста, давай, — ответил Тейлор, одновременно думая, насколько велики его шансы отравиться. Неужели другие мужчины проходят через все это ради своих любимых? Если да, то удивительно, что хоть кто-то женился.
Час спустя Тейлор был уверен, что отравился. Он съел воздушную кукурузу, орешки, нечто отвратительное под названием «корн-дог» и с чувством выполненного долга отказался от покрытой шоколадом карамели, предложенной Амандой. Он даже изобразил потрясение, когда толстая, грязная гадалка посмотрела на руку Аманды и сказала:
— Ты будешь танцевать с королевой и родишь сына, который станет королем.
Теперь она с ожиданием смотрела, как плохо пахнущий молодой человек в рубашке из красного атласа пытался уговорить Тейлора кинуть мяч в деревянные болванки, прельщая призом в виде отвратительной куклы в розовых и фиолетовых лентах.
— Аманда, а если человек действительно выигрывает, что это дает?
— Это же просто ради развлечения, — отвечала она.
— Давайте, мистер, — призывал молодой человек. — Три броска за один цент. Разве удовольствие такой очаровательной леди не стоит каких-то денег? — Он оглядел Аманду с ног до головы. — Я бы сам заплатил, чтобы повеселить ее.
Аманда умоляюще смотрела на Тейлора, пока тот придумывал причину, чтобы отказаться от участия в этой глупой игре. Неожиданно их оттеснила другая пара.
Хорошее настроение покинуло Аманду, когда она увидела, как Монтгомери и Рива остановились перед ними. Хэнк кинул мяч, и все деревянные болванки упали.
— Пойдем? — попросила Аманда Тейлора. Хэнк, изобразив удивление, обернулся к ним.
— Приятно встретить вас здесь, мисс Колден. И вас, Дрисколл, — добавил он, кивая Тейлору.
— Бросите еще, мистер? — спросил молодой человек, все еще глазея на Аманду.
Хэнк кинул мяч и сбил еще несколько болванок, после чего повернулся к Дрисколлу.
— А что, в школе вас этому не учили?
— Думаю, нам пора идти, — повторила Аманда, но Тейлор не двинулся.
Хэнк сбил болванки и в третий раз.
— Выбирайте, — сказал хозяин павильона Риве, указывая на кукол, висевших на стенах и под потолком.
Рива с победным видом указала на куклу в розовом.
Что-то внутри Тейлора раскрылось, и он понял, что мужчины соревнуются в этих играх не ради вульгарных призов, а чтобы продемонстрировать свою ловкость и завоевать женщину. За годы, проведенные на ранчо Колдена, он почти забыл собственное прошлое — долгие годы борьбы, чтобы заработать денег на обучение. Однажды ему пришлось работать по вечерам на такой вот ярмарке. Он должен был замещать всех, кто не выходил на работу, поэтому он побывал на всех аттракционах, во всех павильонах, на самых сомнительных выставках.
Он полез в карман и достал монету.
— Тейлор, — сказала Аманда, — тебе действительно не надо это делать. У меня нет ни малейшего желания получить этот… одну из этих отвратительных…
— Кукол, — любезно подсказал Хэнк. — Боишься, что он проиграет и опозорится? — шепотом добавил он.
— Он еще ничего тебе не проиграл, — ответила она, но сердце ее учащенно билось. Она действительно боялась, что Тейлор поставит себя в глупое положение.
Тейлор вспомнил, что нижнюю часть болванок делали тяжелее, чтобы было труднее их сбить. Когда он работал в подобном павильоне, ему приходилось сбивать болванки, чтобы доказать зрителям, что это возможно.
Без труда он сбил три раза подряд, и Аманда, с победным видом глядя на Хэнка, выбрала куклу с фиолетовыми лентами.
— Пойдем в тир? — спросил Тейлор Хэнка. — Или вы предпочитаете демонстрировать не умение, а только грубую силу?
— А ну попробуй одолеть меня, — ответил Хэнк.
— Я не думаю… — начала Аманда, но мужчины уже шли вперед, оставив позади обеих женщин. Аманда неуверенно улыбнулась Риве и посмотрела на безвкусно разукрашенную куклу. — Забавно выглядит, правда?
— Что именно? Их идиотское поведение или кукла?
— Конечно же кукла, — ответила Аманда.
Мужчины переходили из одного павильона в другой. Хэнку было труднее, так как в отличие от Тейлора он ничего не знал о внутреннем устройстве аттракционов, но он старался, как будто на кону стояла его собственная жизнь. Тейлор побеждал там, где требовались знания и сноровка, но Хэнк побил его на силомере. Сначала он выиграл плюшевого зверька для Ривы, а потом — для Аманды, но та отказалась принять игрушку.
К девяти вечера обе девушки сгибались под тяжестью кукол, плюшевых игрушек, тарелок, отвратительных кружек, соусников и «мешочков с сюрпризом». Мужчины шагали перед ними, как львы в поисках добычи.
Когда они обошли все павильоны, мужчины остановились и уставились друг на друга.
— Не могли бы мы отнести все это в машину? — взмолилась Аманда. — Тейлор, если ты не против, я бы хотела вернуться домой. У меня начинается мигрень.
Рива стояла рядом, с руками, полными всякой ерунды, и переводила взгляд с одного мужчины на другого. Она не думала, что Аманда понимает, что происходило на самом деле, но сама Рива была уверена, что Тейлор выигрывал не для Аманды, а именно для нее. Она видела, как Тейлор оглядывался на нее каждый раз, когда выигрывал. Он отдавал призы Аманде, но смотрел на Риву.
"Кажется, я влюбилась», — с ужасом думала Рива. Он ей абсолютно не подходил — не имел денег, ничего — и она понимала, что он никогда не влюбится в такую женщину, как она, но больше всего ей хотелось уехать с ярмарки вместе с ним. «Не делай этого», — сказала она сама себе. Ему нужны деньги не меньше, чем ей самой, и он женится на Аманде, чтобы получить ранчо. Но пока он не женился, ей захотелось хоть раз побыть с ним.
Рива согнулась, как от сильной боли, уронив призы на землю.
— Что случилось? — спросила Аманда, пытаясь освободить руку, чтобы помочь Риве.
Тейлор успел первым и уже подставлял Риве руку.
— Боль в животе. Мне лучше пойти домой.
— Пошли тогда, — неохотно произнес Хэнк.
— Я отвезу ее домой. В моей машине она сможет лечь на заднем сиденье.
— Ненавижу портить другим настроение. — Ее глаза встретились с глазами Тейлора, и она почувствовала, что он ее понял.
Тейлор выпрямился, и когда он смотрел на Аманду, перед ней снова стоял учитель.
— Аманда, я провожу мисс Эйлер, но мне бы не хотелось испортить тебе праздник. Ты можешь остаться, а профессор Монтгомери, я уверен, довезет тебя домой. — Он даже не дождался ответа и повернулся к Риве. — Пойдемте, мисс Эйлер, я донесу ваши вещи. До свидания, Аманда, и не задерживайся допоздна.
Он покинул их, поддерживая Риву.
Аманда сжала зубы.
— Нужно было тогда подбить ей оба глаза, — сердито сказала она. Хэнк рассмеялся:
