умна, чтобы позволить ему заглянуть только в… Верхний слой твоих сомнений. А остальные приведи, пожалуйста, в порядок.
Сэра кивнула. Она знала, разумеется, что её сомнения и сожаления буквально выпирают из сознания, но… Леди Барбро права: не нужно мэтру видеть их!
Мэтр привстал из-за стола, чуть склонив голову в вежливых поклонах:
— Леди Барбро… Леди Сэра. — мгновенно возникла пара кресел.
Ого! Вот она уже и в «ледях»! Неважно. Как ни назови, а поучаствовала в…
Леди Барбро, кивнув и сев, вокруг да около ходить не стала:
— Мэтр Администратор! Я прошу вас показать Сэре то, что вы вчера показывали мне. Чтобы её юную и чувствительную душу перестали терзать сомнения и жалость.
Мэтр тоже «выделываться» не стал. Ещё раз кивнул, и сказал:
— Конечно. Любое сомнение делает мага или Ведьму слабее — в решающий момент можно отвлечься, заколебаться, и… Так что ни наши методы, ни наши Цели не должны считаться жестокими и мерзкими, хотя в жизни они именно такими и выглядят. Наименьшее зло и минимальное вмешательство — так называется наша стандартная Доктрина.
А сейчас, леди Барбро, благодарю вас обеих за успешно выполненное Задание. И вас, Леди, не смею больше задерживать. — вежливый поклон, он привстал. Леди Барбро встала с кресла, голова тоже склонилась в поклоне. Молча вышла.
Сэра осталась сидеть, теребя в руках кончик кожаного ремня — она всё ещё была в форме СС. Ей и в голову почему-то не пришло, что уже можно переодеться…
Мэтр Администратор вылез из-за стола, и прошёлся по небольшому кабинету. Руки заложил за спину. Сэра уловила какие-то колебания в его таком непробиваемо-спокойном обычно Духе. Наконец он заговорил:
— Сэра. Хочу попросить у тебя прощения. За всё. И за «Задание» с мэтром Дониёром. (ну, ты, конечно, догадалась, что это я вас на Косово поле…) И за сегодня.
Ты, конечно, ещё не готова. Морально. Не готова к хроноформациям, я имею в виду… Для этого нужно иметь или огромный опыт путешествий и наблюдений, как у мэтра Дониёра, или хотя бы цепкий и критичный исследовательский мозг, часто и основательно работающий с Архивом, как всегда делает леди Барбро…
Пока мы воздержимся посылать тебя на Задания с… Убийствами, или гибелью людей — нужно, чтобы ты успокоилась, отдохнула и… Поработала в Архиве. Я настаиваю.
Без точного знания что и как произойдёт, разумеется, ты не сможешь быть твёрдо уверена в необходимости того или иного Изменения… (Говорю же — почитай как-нибудь «Конец Вечности».)
А использовать тебя — прости за грубое, но верно отражающее суть, слово — пришлось потому, что кроме тебя у нас сейчас здесь, в Авалоне, из твоего Мира никого нет!
И мы отнюдь не всесильны, хотя возможности и могут показаться почти такими… Нет. Мы не можем забираться в ваше Будущее дальше, чем то время, откуда тебя… Откуда ты прибыла! Зато легко можем проникать в Прошлое, начиная с твоего настоящего!
Конечно, мы многое основное уже там исправили! Но изменения и… Как бы это сказать попонятней… Флуктуации стохастической случайности, принцип Неопределённости, всё время как бы смазывает, изменяет результаты наших вмешательств. И с течением времени такие крошечные вначале изменения могут превратиться в нечто большее.
В Ошибку. И то, чего мы избегаем, (Ну, стараемся, по-крайней мере!) может рано или поздно произойти! Поэтому чем раньше (в реальном времени) мы исправим последствия последствий, тем вероятней, что ваш Мир доживёт, дотянется до Контакта…
Ах да, Контакт! Ты же… Ну, может, помнишь — у вас была предсказательница Ванга? — она кивнула, ошарашено думая, при чём тут эта самая Ванга! — Так вот, она предсказала вашу встречу с инопланетной Цивилизацией в две тысячи сто тридцать седьмом году! И много чего ещё, что сбылось уже при тебе… Хотя бы гибель «Курска».
Юная Ванга после удара молнии реально подключилась к Единому Информационному Полю Вселенной… Эту ошибку нам исправить не удалось — не оказалось вовремя полевых Агентов оттуда, из Океании, из времён позже Ванги! А посылать тебя — уже поздно. Говорю же: флуктуации уже слишком сильно изменили структуру самого Поля…
Так вот: теперь наша главная и единственная задача — сделать так, чтобы вы и вправду встретились с расой гуманоидов, во всём похожих внешне, и… почти похожих духовно на вас — не уничтожив себя до этого!
Потому что после этой Встречи, Контакта, никому у вас и в голову не придёт вести междуусобные войны! Потому что… Будет реально стыдно демонстрировать свою детскость этим самым гуманоидам. Воцарится, как это принято говорить, «вечный Мир и торжество Разума…» И позже вас признают достигшими нужной ступени Готовности, и примут в Содружество. И наша миссия, наконец, будет окончена.
Понимаешь?
— Ну… Вроде, да. Цель понятна. Но…
— Но вот методы приводят твою юную душу в смятение! Я прав?
— Да. — она сглотнула. Сердце сказало ей, что тут она должна быть поубедительней. И она взглянула прямо в глаза мэтра, — Да.
— Всё верно. В этом и состоит ВОСПИТАНИЕ.
Воспитание в себе человека.
Преодолеть сомнения и страх. Узнать больше. Научиться приёмам и способам. И… Выбрать. Да, после обучения ты сможешь выбрать. На чью сторону встать. И вставать ли.
Не хочу тебя обманывать — ты можешь прямо сейчас встать, и перейти на сторону тех, кто сейчас наши… Враги. Тех, кто категорически против вмешательства с суверенные дела своих подотчётных… Да и вообще — любых Миров.
К сожалению, запретить не могу. Отговаривать тоже не буду. У них есть и свои, отработанные веками, и логичные, разумные доводы…
Приводить примеры, тыкать пальцем в погибшие Миры и планеты, обвиняя, и краснобайствуя — это глупо. И наверняка, если я так поступлю, лишь вызову у тебя ещё больше… Недоверия. К нам. И нашей политике Равновесия. Баланса ценой меньших жертв.
Ну и, наконец, узнав всё, ты можешь просто… Отказаться. Вернуться к себе, в своё время. Закончить Универ, выйти замуж, родить. И жить обычной жизнью, скинув всю ответственность на плечи и совесть тех, кто придёт сюда после тебя…
Когда узнаешь побольше, просто — выберешь!
А сейчас идём в Архив.
Архив поразил.
Ничего и близко похожего на библиотечные полки с пыльными и древними манускриптами… Вернее, стеллажи-полки-то как раз имелись! От пола до потолка!
Вот только потолок казался недосягаем: до него, как до неба, рукой уж точно не достать! Верх стеллажей терялся в необозримой чёрной вышине, освещаемый смутными матово-жёлтыми пятнами света от миллионов ламп, уходившим в пространство справа и слева, а когда она глянула под ноги, сквозь полупрозрачный пол —
