девушки и будущего тестя предателем, так как жениться на Вредине я уже решил окончательно и верно.
Набираю номер и после третьего гудка слышу теперь уже до боли родной голос:
– Неужели соскучился? – девушка смеется, однако мне сейчас не до веселья.
– Ника, послушай, – делаю паузу, игнорируя ее вопрос. Пытаюсь собираться с мыслями, однако испуг в голосе все же выдает меня с головой, потому что на том конце провода раздается не менее испуганный женский голос:
– Леша, что случилось?
– У меня в гостях был твой отец, – решаю все же не ходить вокруг да около, так как слышу в трубке, что девушка еще за рулем. Лучше сразу выдать всю информацию и постараться её убедить не верить отцу. Точнее, тому бреду, который он начнет нести, обвиняя меня в каких-то неизвестных мне пока грехах.
– Твою мать! – выдает красотка мою любимую фразу. – И что хотел?
– Нес какую-то чушь про контракты, – я снова запинаюсь, подбирая слова. – Ника, не слушай его. Давай сегодня встретимся, как договаривались, и я тебе все объясню. Он не прав…
Договорить я не успеваю, так как все звуки на том конце провода замолкают. А после и сам телефон находится вне зоны действия сети. С самого утра он разряжался, а девушка забыла дома зарядку. И вот теперь окончательно потух, причем в самый неподходящий момент.
Ладно, не стоит нервничать – она доедет спокойно до дома, зарядит смартфон и обязательно мне перезвонит. Или я попробую ее набрать через полчаса.
Остается только подождать.
А стрелки часов, как назло, движутся по кругу черепашьими шагами.
Ну же, милая, быстрее доезжай до дома. И позвони мне обязательно.
А главное, не слушай весь тот бред, что несет твой папаша.
Глава 39
POV Ника
Заезжаю во двор собственного дома, паркуюсь в стороночке, чтобы автомобиль не маячил перед лицом папаши (авось не заметит?) и вылезаю из внедорожника. Мой родитель начал наяривать прямо с утра, заставляя каждый раз кривиться при виде его рожи на дисплее. Пришлось выключить звук, потому что разговаривать с ним не было никакого желания. Пусть помучается неизвестностью, ему не привыкать из-за меня постоянно нервничать и выходить из себя.
Кстати, а чего ему в Европе-то не сиделось с этой крашеной выдрой? Нафига опять в столицу приперся, тем самым испортив все праздничное настроение? Или безмозглая курица удовлетворять все потребности организма моего папаши разучилась? Тогда нас ждет новая тупая дура под номером двести восемьдесят шесть. Или триста пятнадцать – уже со счета можно сбиться, с какой скоростью меняются бабы в жизни моего родителя.
Мы со Стасом не вмешиваемся – лишь бы ему было хорошо и нас не трогал. А к блондинкам, брюнеткам и даже парочке рыжих мы уже привыкли, не обращая на них внимания и даже не запоминая их имена.
– Есть кто дома? – кричу с порога, так как внедорожника, на котором обычно ездит отец, во дворе не наблюдаю.
– Давай наверх, – орет Стас, и я бегом несусь к лестнице. Перепрыгиваю через ступеньку, и спустя пару минут захожу в комнату своего брата, которая находится аккурат напротив моей. – Явилась?
– Тупее вопрос не мог задать? – подхожу поближе и целýю в щеку брата, который при виде меня отрывается от экрана ноутбука и разворачивается в кресле на сто восемьдесят градусов.
– Я всегда задаю именно те вопросы, ответы на которые хочу получить, – отчитывает меня, как школьницу, не выучившую домашнее задание, тем самым вызывая улыбку на лице. – Либо для того, чтобы повести диалог в нужном мне ключе.
– Юрист в тебе виден за версту, – я отхожу к кровати и плюхаюсь на край пятой точкой. – Ну, – пристально смотрю на Стаса и складываю руки ни груди.
– Что “ну”? – он закидывает ногу на ногу и впивается в меня ответным взглядом.
– Строй свой диалог, – пожимаю плечами и делаю паузу. – Я тебя очень внимательно слушаю.
Стаса я знаю всю жизнь, и достаточно хорошо его изучила. Мой брат, как бы это помягче выразиться, – зануда, циник и выпендрежник. Местами бывает довольно бестактным, наглым и порой жестоким, однако есть в нем одна особенность: он умеет прятать свои истинные чувства за выражением лица, не выдавая своих истинных намерений. И многие делают неправильные выводы, когда, к примеру, принимают всерьез его улыбку и расслабленную позу. Однако я-то знаю точно, чем грозит это наивное суждение его оппонентам.
Сейчас мой брат натягивает на лицо маску безразличия и даже какого-то пренебрежения, что в данном случае означает только – меня ждут неприятности. Причем довольно крупные и серьезные.
– Ты, балбеска, в курсе, с кем встречаешься? – Стас приподнимает одну бровь вверх, никак не меняя выражения лица.
– Я так понимаю, сейчас ты начнешь меня просвещать, – я намеренно делаю паузу, не сводя с брата глаз, однако он в ответ молчит. И мне приходится продолжить, так как мой собеседник не собирается мне в этом помогать. – Ты же сам видел Леху, к чему этот пафос, Стас?
– И фамилию Лехи, – на последнем слове он делает акцент, – ты знаешь? – И снова поднятие одной брови, пристальный взгляд немигающих глаз, и теперь уже неподдельный интерес в них.
А это уже становится любопытным. Видимо, ответ должен быть отрицательным, однако я не доставлю такого удовольствия Стасику.
– И что не так с его фамилией? – на моем лице расплывается ехидная улыбка. Как же я люблю вести с ним задушевные беседы! Он когда-нибудь своей дурацкой манерой общения доконает меня окончательно. – Очень даже неплохая фамилия. По крайней мере, я поменяю Крестовскую на Пантелеймонову с удовольствием, – и под конец своей пламенной речи я расплываюсь в улыбке на все тридцать два зуба.
– Ты знаешь, кто у отца основной конкурент? – Стас игнорирует мой ехидный тон, а его вопрос звучит довольно резко. И совсем не хочется больше веселиться, так как я начинаю чувствовать какой-то подвох, от чего улыбка с лица так же резко спадает, как и появилась за несколько секунд до этого.
– Я впервые слышу, что какой-то конкурент в природе существует, –
