- Валь. - Девушка потянулась к нему, обнимая руками за шею. - Ну, вот что ты нахмурился весь?
- Лина. Не лезь. - Мужчина посмотрел на нее, все еще злясь, и тяжело вздохнул, пытаясь взять себя в руки. - Она заслужила. Такого напортачила! - Он, в очередной раз затянулся, сердито стуча по столу пальцами.
Лина не послушала. Оттолкнулась от стола и села ему на колени, забирая недокуренную сигарету, кладя ее в пепельницу.
- Лина! - Валик выразительно посмотрел на любимую, недовольный тем, что она ему докурить не дала.
- Она все испортила? - Не обращая внимания на злой окрик, спросила девушка, прижимаясь губами к его шее.
- Нет, но много. - Валентин злился, но не на Лину, да и, трудно было продолжать злиться хоть на кого-то, когда она, вот так, его обнимала.
- Мы не сможем это исправить? - Ее губы поднялись выше, целуя чуть колючую щеку. - Давай, я завтра посмотрю? Она же в дизайне работала?
Валик не смог сдержать улыбку, хоть и продолжал еще негодовать.
- Сможем. А у тебя и так, работы хватает. Тебе еще и учиться успевать надо, между прочим. А ты, и так, все время у меня на работе просиживаешь. - Он притянул ее ближе, обхватывая пальцами затылок, собирая волосы, чтобы крепче прижать, и накрыл ее губы своими, жадно целуя. - Вот эта напортачила, пусть сама и устраняет, если работу сохранить хочет. - Прошептал мужчина, чуть отстраняясь, упираясь лбом в ее щеку.
И прерывисто вздохнул, когда ее руки к нему под свитер забрались.
- Малыш? - Валентин чуть отвел руку, заставляя ее отклонить лицо, чтобы в глаза заглянуть.
Лина посмотрела на него лукаво. А потом, усмехнулась, и стремительно наклонилась, сама целуя в губы.
- Поехали домой, Валик. - Прошептала она, чувствуя, что дышать становится гораздо тяжелее, от того жара и возбуждения, которое он всегда вызывал в ней.
Его не надо было уговаривать.
Проходя мимо провинившейся сотрудницы, мужчина, даже не глядя на нее, и продолжая держать жену за руку, коротко бросил.
- Не исправишь за два дня - уволю.
И пошел дальше, увлекаемый улыбающейся женой.
Девушка вздохнула с облегчением. Радуясь, что, так или иначе, жена директора, все же, однажды вернулась к нему.
***
Валик жадно целовал любимую всю дорогу, начиная расстегивать ее кофту, еще в лифте, потому что уже не хотел сдерживаться.
Он со смехом затащил Лину в квартиру, щелкая замком, и прижал любимую к стене коридора, наслаждаясь тем, как девушка отвечает на его ласки.
Им некого было стесняться. В доме они были одни.
Мужчина давно отправил бывшую владелицу квартиры в приют, и не пускал Лину, даже проведывать родительницу, только регулярно перечислял деньги, да сам заезжал несколько раз. Просто, чтобы проверить, что в порядке все. Так или иначе, а свое она уже получила.
Его пальцы накрыли грудь жены, дразня и лаская, заставляя стонать. А губы жадно и с напором целовали, опускаясь все ниже.
Лина почти всхлипнула, когда он, опустив кофту ей с плеч, начал целовать грудь, обводя языком вершину, чуть сжимая зубами. А, когда его пальцы забрались под юбку и, отодвинув кружево, погрузились в нее, девушка громко застонала, признавая свое поражение.
- Валик. - Ее голос прерывался, потому что у Лины не было уже сил говорить связно.
- Что такое, малыш? - Чуть насмешливо прошептал мужчина, хоть и ему дыхание давалось тяжело, из-за безумного возбуждения. - Ты чего-то хочешь? - Он прикусил ее грудь, заставляя Лину откинуться, упираясь затылком в стену коридора.
- Тебя. - Еле выговорила она, погружая свои руки в его волосы. И, не сдержалась, подалась вперед, заставляя его ускорить движение пальцев, застонав от удовольствия.
У Валика не было больше желания оттягивать. Он так хотел ее, а своими стонами, своим ответом, Лина только увеличивала и без того, бешеное желание.
На минуту отстранившись, чтобы сбросить куртку, он опять припал к ее груди губами, не в силах сдержать улыбку, потому что его жена, потеряв терпение, сама потянулась к застежке ремня его брюк.
Черт, как же его заводило то, что Лина теперь не боялась брать инициативу в свои руки.
Он сильнее прижал девушку к стене, на минуту замирая, погрузившись, наконец, в ее тело, и просто наслаждался, слушая ее прерывистые не то вздохи, не то стоны.
Но, его терпения не хватило надолго, и он начал сильно, яростно двигаться, заставляя любимую стонать от каждого толчка, понуждая шептать, как сильно она его любит. И Лина была совсем не против дать ему это.
Обессилено уронив голову мужу на плечо, девушка лежала в кровати, нежась в его объятиях под теплым одеялом, куда Валик отнес ее. Она медленно крутила на пальце широкое кольцо, следя сквозь ресницы за блеском трех камушков на золоте.
Они расписались через месяц после того дня.
Тихо. Без торжественной церемонии. Никого не звали и не приглашали. Не было, в общем-то, кого звать. Но, Лине с Валиком, и без праздника, здорово было. А сейчас, только лучше становилось, с каждым днем, который они вместе жили, учась, заново понимать и слышать друг друга.
Двигаться было лень. Даже, чтобы поесть, вставать не хотелось.
Она потерлась щекой о кожу мужчины, с наслаждением вдыхая любимы запах, и счастливо вздохнула, ощущая, как крепче сжимаются его руки. Он дремал, но все равно, был настороже, не выпуская любимую из своих объятий. "Собственник", - с усмешкой подумала Лина, но ей грех было жаловаться, не так ли?
Девушка легонько потянулась, понимая, что завтра будут синяки, но... они никогда особо не беспокоили ее, и она не собиралась жаловаться на способ, которым их получила.
Зевнув, Лина закрыла глаза, пригретая теплом родного человека, погружаясь в сон.
Вот уже три месяца, как она перестала пить таблетки, которые ей дал Дима. И, не могла не признать, что ей, и правда, стало лучше. Гораздо лучше. Валентин строго следил за приемом, не давая пропустить ни дня. Даже уговорил ее съездить к врачу, когда первая упаковка закончилась, чтобы пройти осмотр и откорректировать лечение. И она согласилась.
Она безумно любила его. И не уставала повторять так часто, как только было возможно, зная, что любимому очень приятно слышать это.
И он говорил ей о своей любви. Пусть и гораздо реже. Но, было бы странным думать, что Валентин изменится. Он не был из тех мужчин, которые на каждом углу готовы кричать о своих чувствах. Нет, его поступки и отношение, забота, говорили не хуже. А Лина, наконец-то, научилась понимать это.
Еще раз легко вздохнув, Лина приоткрыла один глаз, и со спокойной душой погрузилась в сон, зная, что, скорее всего, через часа три, ближе к одиннадцати, Валик ее разбудит и потащит на кухню, все-таки, они не поели. А пока, можно было спокойно спать.
