— Значит ты хочешь жить в Лондоне постоянно?
— Да, и я добьюсь, чтобы визиты в дом предков Маркуса были как можно реже.
— Хорошая основа для счастливой семейной жизни.
— Почему ты всегда поддеваешь меня, Люсинда?
— Потому что это естественно.
— Ты просто мне немного завидуешь?
— Ни в малейшей степени.
— Ты напрасно это делаешь. Думаю, что ты собираешься выйти замуж за Роба.
— Еще ничего не решено.
— Будет решено. Бедняжка! Они не слишком рады — я имею в виду наших родителей, — , что Роберт должен снова оказаться на фронте. Сейчас он, правда, на курсах. Они могут продлиться еще неделю или две, а потом, думаю, он будет достаточно Подготовлен, чтобы его отправили выполнять то, чему учили.
— Как я хочу, чтобы война окончилась.
— Разве это не наше общее желание? Мне повезло, что Маркус в военном министерстве.
— Как он относится к своей работе там?
— Ты же знаешь, как он относится ко всему.
Говорит, что для солдата такая жизнь не подходит, но, по-моему, с него хватит боев на Галлиполийском, полуострове.
— Ты должна быть счастлива, что он дома с тобой.
— Ну конечно. Я собираюсь очень весело проводить время, когда мы приобретем дом. Сейчас я занята его поисками. Хочу, чтобы он походил на ваш. Мне нравится лестница. Можешь представить себе Маркуса, стоящего рядом со мной наверху и приветствующего гостей?
— Конечно.
— Проклятая война, ведь не может же она затянуться надолго? Только представь себе, как все будет, — когда она кончится, — Будет замечательно, — сказала я, думая о возвращении Роберта, — Здесь Андрэ… с Эдвардом, добавила я.
— О, в самом деле?
Аннабелинда казалась слегка уязвленной и подозрительно взглянула на меня, как часто бывало при моем упоминании об Эдварде.
— Почему ты привезла их с собой? — спросила она.
— Думаю, ты удивишься, — резко ответила я, — услышав, что я очень не люблю разлучаться с Эдвардом, и, знаешь, по-моему, он тоже скучает без меня. И поскольку я некоторое время поживу здесь — хотя мы и будем возвращаться в Марчлэндз на конец недели, — я решила взять малыша с собой. Почему бы тебе не пойти повидать его?
Аннабелинда колебалась, и я продолжила:
— Андрэ всегда так интересуется тобой. Она считает тебя весьма привлекательной и восхищается тобой.
Моя подруга немного повеселела и позволила мне отвести себя в детскую, где Андрэ сидела за столом и что-то писала, а Эдвард возился на полу с головоломкой.
— К нам пришла миссис Мерривэл, — объявила я.
Андрэ вскочила.
— Как приятно видеть вас, миссис Мерривэл!
— Воспоминание о минувших днях? — спросила Аннабелинда. — Никому из нас никогда не забыть это путешествие через Францию.
— Это правда, — ответила Андрэ, рассматривая. все детали туалета и внешности Аннабелинды и явно показывая свое восхищение.
— Кажется, что прошло уже много лет.
— Действительно, — согласилась Андрэ. — С тех пор столько всего произошло… вы с майором поженились.
— Для меня все обернулось великолепно, — сказала Аннабелинда.
— Я считаю, что мне тоже повезло, — добавила Андрэ.
— Эдвард хочет поздороваться с тобой, — сказала я Аннабелинде.
— Привет, Эдвард! — сказала моя подруга.
Мальчик с любопытством взглянул на мою подругу и ответил:
— Привет! — А потом добавил:
— Почему ты носишь такую смешную шляпку?
— Способность оценить модную вещь у Эдварда еще не вполне развита, сказала я.
— Она не смешная, — с упреком возразила Андрэ. — Она…
— Спасибо, — сказала Аннабелинда. И обратилась к Эдварду:
— Мне жаль, что тебе не нравится моя шляпка.
— Нет, она мне нравится, — настаивал малыш. — Она мне и нравится, потому что она смешная.
— Как продвигается головоломка, Эдвард? — спросила я.
— Это кот. Его усы здесь… а это начало хвоста. — Он повернулся к Аннабелинде. — Внизу, — продолжал он, — буквами написано слово «кот».
— Какой ты умный! — пробормотала Аннабелинда.
Эдвард отвернулся и спросил:
— Составить слона?
— Хорошо, он ведь твой любимец.
Интерес Эдварда к Аннабелинде ограничился ее шляпкой. Он не должен был знать, что она его мать, и я находила это странным. Мне казалось, что может сработать какой-то инстинкт, но этого не случилось.
Я села на корточки, и мы закончили кота и принялись за слона, пока Аннабелинда болтала с Андрэ.
Аннабелинда говорила главным образом о себе, и, казалось, Андрэ полностью устраивает роль слушательницы. Аннабелинда объяснила, что идет подыскивать себе дом.
— Это всегда огромное развлечение. Мой муж предоставил мне полную свободу.
Только бы она нашла что-то подходящее, вот все, что его заботит, а она-то знает точно, что он хочет.
Они углубились в беседу о домах, а тем временем мы с Эдвардом закончили слона и взялись за жирафа.
* * *
Первая неделя в Лондоне прошла очень быстро, не принеся никаких открытий. У меня появилась уверенность, что шпион — кто-то из посетителей дома.
Миссис Черри дружила с экономкой одного из друзей моего отца, которая иногда приходила к ней на чашку чая. Но я не могла себе представить тучную миссис Жордан, вечно жалующуюся на свой ревматизм, крадущейся по дому в поисках жизненно важной информации без ведома миссис Черри.
Все становилось еще загадочнее. Это мог быть только временный рабочий, иногда приходивший в дом, потому что утечка информации произошла не один раз. Жаль, что отец не мог задавать вопросы миссис Черри, но он не хотел, чтобы кто-нибудь догадался о его подозрениях.
Я была начеку. Иногда я просыпалась ночью и сидела, прислушиваясь. Как-то ночью я даже спустилась к кабинету. Дверь была заперта, и все погружено в темноту.
Во второй половине дня в пятницу мы уехали в Марчлэндз. Эдвард радостно воссоединился со своим пони, Билли Боем, который доставил ему даже больше удовольствия после их короткой разлуки. А в понедельник мы опять отправились в Лондон.
На следующей неделе появился Роберт. Я была счастлива видеть его, но одновременно и очень испугана, ведь я понимала, что он прошел весь курс обучения и должен отправиться на фронт.
Я оказалась права. Он уезжал в конце недели.
— О, Роберт, — сказала я, — как бы мне хотелось…
Он сжал мою руку и сказал:
— Увидишь, я скоро вернусь. Я скажу тебе, чего бы мне хотелось. Мне, хотелось бы погулять в парке… Просто пройтись по старым местам, чтобы вспоминать их, когда я буду далеко. Хотя я помню их и без этого.
— Давай так и поступим.
