к небу. Пожиратель взывал к нему.
Я готов поклясться, что этот стеллаж был пуст. Проклятье… Должно быть, когда я создал меч-одержимость, часть моих эмоций поглотил и стеллаж тоже. Внутри образовался ифрит и тут же обезумел. Соврем как тогда, у нотариуса, когда эмоций капитана Палицкого родился одержимый ифрит-машина. Зараза… Одержимости начинают появляться вокруг меня все чаще. Это верный признак того, что Пожиратель приближается. Но почему? Почему так быстро? Даже месяца не прошло, как я попал в эту параллель.
— Она напала, — продолжал полковник, — на чистильщиков. Липашаов, — Воронов кивнул на кинетика, который угодил внутрь катаны, того, что рассек лоб, — попал под удар и снял заклинание. А Минская, — теперь на коротко стриженную блондинку, — не смогла удержать тварь в одиночестве.
— Понятно. Ну теперь держите крепче. Я ей займусь, — я подступил к одержимости со стороны рукояти. Зависшая в воздухе, она тут же задергалась, зашевелила перепончатыми конечностями.
— Ты достал из этой заразы, что хотел? — выкрикнул из-за кинетического щита князь.
— Т-ш-ш-ш, — жестом, означающим “тише”, я поднял палец правой руки, — мне нужно сосредоточится. Позже, княже.Палеолог не ответил. Его лицо стало каменным и ничего не выражало.
Я закрыл глаза, направил магию из очага в руки, одновременно приказал латным рукавицам исчезнуть. Собрал в ладонях телекинетическое заклинание.
— На счет три, — проговорил я, — всем телекинетикам отпустить одержимость. Ее возьму я.
Никто не ответил. Чистильщики переглянулись, напряглись сильнее, приготовились исполнять приказ.
— Раз… два… три! — я крикнул, и тут же перехватил одержимость своей магией. Солдаты отпустили, расслабились. Какой-то молодой унтер даже грохнулся на пол, после перенапряжения.
Одержимость завизжала, задергалась сильнее.
— Как там было? Ах да. Нужно вынуть колышки, — я улыбнулся и повел руками.
Из рукояти катаны, путем телекинетической магии, высвободились и зависли в воздухе два колышка. Поле этого, отсоединилась металлическая заглушка у клинка, потом гарда. Клинок мягко выскользнул из рукояти. Я просто разобрал меч.
После каждого движения одержимость медленно принимала свою первоначальную форму. Ифрит, когда предмет потерял целостность, повел себя так, будто его вместилище было разрушено. Он просто вытек наружу. Завис в воздухе.
— Жаль тебя, — всмотрелся я в ифрит из катаны, — редкий. Но ядро повреждено…
Я не смог бы подчинить его. Кайоши отлично постарался над тем, чтобы дух никому не достался после его смерти. Поэтому я просто оставил ифрит висеть над землей. Пару мгновений понаблюдал за тем, как он приобрел яйцевидную форму, вытянулся к Пожирателю, а потом стал медленно испаряться. Я же собрал меч обратно, взялся за рукоять.
— Он теперь не опасен? — боязливо проговорил один из чистильщиков.
— Нет, — качнул я головой, — больше не опасен.
Я отнес меч к ифриторскому станку, вложил в ножны.
— За что меня арестовали? — внезапно подал голос Филатов, — я честный дворянин! Из детей боярских! За что арестовали?!
Князь и полковник Воронов приблизились. Посмотрели на Филатова.
— А правда, за что? — недоуменно поднял бровь князь.
— Князь Михаил, — я посмотрел на Палеолога, — знаком ли тебе господин Литвинин из РосАрмы?
— Конечно, знаком. Он один из первых лиц карпарации. И мне приходилось с ним общаться. Я держу два процента акций.
— Отлично, — я улыбнулся, — этот человек, — указал на Филатова, — украл у РосАрмы товар, предназначавшийся для имперской армии. И продал.
— Что?! Это ложь! Клевета! — сглотнул Филатов и тут же потянулся за телефоном, — мне срочно нужно позвонить адвокату!
— Стоять, — я нахмурился, зыркнул на Филатова так, что тот аж вспотел, — не трожь телефон. Ни то пальцы переломаю.
Князь и полковник удивленно посмотрели на меня. Филатов тоже посмотрел, но испуганно. Его руки застыли под полой пиджака.
— На телефоне все, — начал я, — проверьте его трубку. Думаю, найдёте много интересного про реализацию поставки РосАрмы. И хорошо бы конфисковать смарт. Иначе он потрет данные.
— Мне нужен адвокат!
— Не сомневаюсь, — холодно проговорил я, — возможно, — я посмотрел на полковника, — тебе выдадут другой телефон.
— Выдадут, — кивнул Воронов, — взводный, — крикнул он адъютанту, — ко мне майора Луцкого. Пусть военная полиция временно арестует господина Филатова и передаст правоохранительным органам. Потом уж будем разбираться.
— Было бы неплохо, — я посмотрел на князя, — чтобы Великий Князь Михаил Полеолог, — при этих словах глаза Филатова расширились, он даже рот приоткрыл, — поспособствовал законному разбирательству. Буду честен, — нахмурился я, — я не слишком доверяю полиции Нового Краса. И господину Филатову особенно, — перевел взгляд на Анастаса. Тот побледнел, — Господин Литвинин скажет вам спасибо за это, князь.
— Спасибо господина Литвинина очень много стоит, — кивнул он, — я посмотрю что можно сделать.
Серое осеннее небо темнело, когда солнце мало-помалу принялось заходить за горизонт. Самого светила видно не было. Его скрыли свинцовые тучи. Поднялся колкий осенний ветер.
Я, облаченный в простую форму цвета хаки, стал посреди широкой площадки, протянувшейся за ремонтными блоками гарнизона.
— Я не знаю, на что способна эта твоя неведомая штука, — проговорил князь, глядя на катану, которую я только что завершил, — поэтому, если ты хочешь испытать ее, лучше выйдем из ангара. А то мало ли что.
Я знал, что новый ифритный меч не мог бы устроить бедлам в помещениях ремонтного блока, однако спорить с князем не стал. Местом испытаний была избрана небольшая площадка, которая являлась частью пустующей стоянки бронетехники. В Урупском почти не было бронетехники. И стоянкой не пользовались. До сего дня.
— Ну! Что стоите? Давайте! Дуйте, куда шли! — прикрикнул на солдат-простолюдинов капитан охранной роты, который сопровождал меня, князя и еще нескольких офицеров на испытания меча.
Солдаты, которые наблюдали за нами чуть поодаль, вытянулись по струнке, взяли под козырек и удалились.
— Что особенного в нем? — князь кивнул на меч, который я сунул ножнами за расслабленный армейский пояс, — он поможет тебе убить ведьму?
— Я уже просил тебя, князь, не называть ее так. Она тоже жертва, — я взглянул в глаза Палеолога, — такая же как твоя дочь.
Князь не ответил, только сжал губы.
— Но да, — продолжил я, — это оружие особенное. Оно поможет освободить и Светлану, и Алевтину. Прошу, отойдите подальше. Сейчас я покажу вам, как
