того, как мы попили чаю. – Не просто же так ты попросила о встречи?
– Да, мне нужна Ваша помощь. Не знаю, как правильно выразиться…
– Говори, я пойму, – ободряюще усмехнулся Антон Петрович, – Не стесняйся. Мы же сто лет знакомы. Опять на работе неприятности?
Я отрицательно мотнула головой и собралась с духом.
– Я хочу заказать человека, – выпалила я.
– Что? – не поверил своим ушам Антон Петрович. – Ты? Кого?
– Нет, не убить, – замахала я руками. – Припугнуть, но очень сильно.
– А с чего ты взяла, что я этим вообще занимаюсь? – лукаво сощурился Антон Петрович.
– Все об этом знают. Вы же живая легенда Златогорска.
– Может, и знают, да вслух не говорят. А ты смелая, как я погляжу…
– Кроме Вас никто не поможет.
– И кто тебя так сильно обидел?
– Не меня. Мне надо вернуть в страну одного человека и вытрясти из него то, что он украл. Не калечить и не убивать. Напугать, может, шантажировать. Ну, Вы лучше знаете. Я заплачу, у меня есть деньги, я скопила.
– Так, понял. Это ты для Рокотова стараешься?
– А Вы уже знаете?
– Дядя Антон знает все, что происходит в городе, – самодовольно усмехнулся он. – Сбежал его дружок с деньгами. И что, хочешь, чтобы я помог вернуть деньги?
– Да, – кивнула я. – Больше обращаться не к кому. Идет следствие, но что они могут? Кирилл за границей, вроде на Каймановых островах. Оттуда его легально не достанешь.
– А я, по-твоему, это могу?
– Слышала, Вы все можете… – последняя фраза заметно польстила моему собеседнику, и он расплылся в довольной улыбке. – Антон Петрович, Вы же понимаете, Алекс человек публичный. Он к Вам не решится обратиться с такой просьбой. Да он и не знает, на что Вы способны.
– Скажи лучше, гордый. Не пойдет он ко мне на поклон. А ты пошла, уважила старика.
Насчет старика он явно лукавил и напрашивался на комплимент.
– Да какой Вы старик! – искренне возмутилась я.
– Ох, Рита, приятно от тебя это слышать, – снова заулыбался Антон Петрович.
– Вы же знаете, это правда.
– Знаю. Ты пришла ко мне с уважением, попросила о помощи. Ведешь себя почтительно. И ты не просишь меня убивать за деньги. Отныне можешь называть меня дядя Антон, – тоном дона Корлеоне произнес местный престарелый авторитет. Похоже, культовый фильм «Крестный отец» он знал наизусть. – Валяй, рассказывай все, что тебе известно. Ну, а я подумаю, что можно сделать.
Рассказывала я долго, стараясь припомнить любую известную мне мелочь о Кирилле. Может, Алекс это и не одобрит, но я знаю, что иного выхода нет. Если я хочу помочь, делать это надо без одобрения Рокотова. И пусть потом злиться. Все равно он у меня в неоплатном долгу, так что может наступить на горло своему самолюбию.
– Ну что ж, все поправимо, я думаю, – произнес дядя Антон после моей довольно бессвязной речи. – Тряхну стариной, вспомню лихие девяностые. Эх, где моя молодость, где мои братки? Какие мы дела проворачивали, рассказать – не поверишь… Да и куш с этого может получиться знатный, а деньги лишними не бывают.
Антон Петрович задумчиво посмотрел на портрет над столом.
Это уже стало местной легендой. В середине девяностых в Златогорске было несколько крупных преступных группировок. И было много разбоя, грабежей, рэкета. Подобное происходило по всей стране, и наш город не был исключением. Взрывы, заказные убийства и прочее, и прочее, и прочее. Антон Петрович тогда был молод, по-своему амбициозен и умел налаживать связи с нужными людьми. И дела у его бригады шли лучше, чем у других, так как действовал он «по понятиям» и многие авторитеты его за это уважали. Но вполне естественно, конкурентам это не нравилось. Они объединились и составили заговор.
И вот однажды, когда дядя Антон (а именно так его уже звали в то время) укатил отдыхать в Египет, всех его братков убили самым подлым образом, заманив на вечеринку в сауну. Уничтожили одним ударом всю бригаду. Стоит ли говорить, что когда дядя Антон узнал об этом, он пришел в ярость и страшно отомстил. Ценой неимоверных усилий он довольно быстро собрал новых последователей. И вскоре городские кладбища украсили «аллеи славы» из гранитных монументов, а группировка в городе осталось только одна – его. И Антон Петрович железной рукой навел в Златогорске порядок. Прекратились грабежи, убийства и рэкет. А охранное предприятие «Передовой рубеж» возглавляемое дядей Антоном пресекало малейшие попытки собирать дань с предпринимателей и бизнесменов не «по правилам». Прошли года, и теперь лихой лидер ОПГ стал степенным и законопослушным гражданином. А возможно, это была только видимость.
– Риточка, ты знаешь, я пока еще не выездной. Но мои ребята помогут. У нас очень длинные руки и очень большие связи, – не смог не похвалиться Антон Петрович. Гордость просто распирала его. – Эх, стану на некоторое время Робин Гудом. Отберу деньги у одного богача, и верну их другому. С твоего Санька удержу небольшой процент. Просто потому, что негоже работать бесплатно. Остальное слуплю с его компаньона. Так что не переживай, все будет хорошо.
– А сколько буду Вам должна я? – деловито осведомилась у Антона Петровича.
– Ты будешь должна пригласить меня на свадьбу, – заулыбался дядя Антон. – Не побрезгуешь?
– Да что Вы такое говорите? – возмутилась я. – Только не знаю, когда свадьба. Мы решили пока не спешить.
– Так и мне не горит. А что Санек скажет? Он же гордый, я ему не ровня.
– И опять Вы не правы, – улыбнулась в ответ. – Он о Вас отзывается с уважением. Часто вспоминает, как Вы ему обещали кости переломать, если он меня обидит.
– Вообще-то я ему обещал кое-что другое, – хмыкнул Антон Петрович. – Но это не для женских ушей. Ну, а теперь давай выпьем по рюмашке за удачу. Она нам пригодиться.
Дядя Антон налил мне красного вина, себе водки и мы звонко чокнулись бокалами.
– Знаешь, а я загранпаспорт оформляю, – доверительно сообщил он мне. – Скоро смогу мотаться по миру. Давненько, давненько я там не был. Как из Египта вернулся в девяносто седьмом, так и все, больше выехать не смог.
Он взглянул на портрет и вздохнул. Видимо, вспомнил печальные события того года.
– Да, жаль ребят. Рано они ушли, очень рано. Ну да ладно, хватит о грустном. Мне тут на Сицилии виноградник прикупили. Надо съездить, посмотреть. С детства мечтал
