Темные грозовые тучи прижимают к земле. И бомбардировщики летят теперь на высоте 400–500 метров. Мы — невдалеке. На этой высоте воздушный противник может выскочить внезапно, используя складки пересеченной местности.
Передаю команду:
— Усилить осмотрительность!
Линия фронта осталась позади: перелетели ее благополучно, несмотря на сильный зенитный огонь.
По дорогам двигались колонны немецкой мотопехоты. Но главная цель — нанести удар по аэродрому. Вот и он впереди. На окраине — скопление «юнкерсов».
Враг начеку: внезапно со всех сторон взвился ураганный огонь зенитной артиллерии. Вокруг разрываются огненные шары. В небе, черном от туч, вспыхивают молнии.
Даю команду своим летчикам:
— Частью сил подавить зенитки, а остальным смотреть за воздухом!
Мы — над целью. «ПЕ-2» с ходу бросают бомбы. Дым от взрывов застилает аэродром. Беспорядочно взлетают «юнкерсы». И наши бомбардировщики вместе с истребителями атакуют их на взлете, уничтожая в воздухе.
Второй заход. Бомбы ложатся точно в цель: взрывы колеблют воздух. Еще откуда-то забили зенитки, пытаются отсечь нас от бомбардировщиков. Но они быстро умолкают. Их подавили наши истребители.
Командир группы «Петляковых» передает мне, что задание выполнено.
Пора возвращаться домой. Приказываю истребителям особенно внимательно прикрывать группу «Петляковых» с флангов, где бомбардировщики уязвимее.
Стремительно покидаем аэродром — исчезаем неожиданно, как неожиданно и появились.
Небо прояснилось.
Мы приняли боевой порядок и полетели домой. Все наши бомбардировщики и истребители уцелели: правда, некоторых основательно «поцарапало». Кое-где на самолете командира «Петляковых» и на моем порядочные пробоины.
Ни одного немецкого истребителя так и не показалось. Враг наверняка считал, что при такой погоде наша авиация не нанесет удар.
Весть о том, как «Петляковы» из авиакорпуса Ивана Полбина били «юнкерсов» на взлете, обошла фронт. Да, полбинцы были не только мастерами точного бомбового удара. Они в совершенстве владели своими замечательными самолетами, по-истребительски атаковали врага в воздухе.
Теперь наш полк несколько раз в день вылетал на сопровождение полбинцев. Прилетала их целая армада. Посмотришь и про себя говоришь: «Вот силища!» Летчики полка как бы срослись с бомбардировщиками. Один вылет был похож на другой. Но к каждому боевому заданию готовились так же тщательно, стараясь все предусмотреть. Благодаря хорошему взаимодействию выполняли задания без потерь.
12 июля в районе Прохоровки, северо-восточнее Белгорода, разразилось величайшее в истории Отечественной войны танковое сражение. Участвовало в нем 1500 танков и самоходных орудий и с нашей, и с немецкой стороны. Активное участие принимала в нем и авиация. Работы доставало всем — и штурмовикам, и бомбардировщикам, и нам, истребителям.
Летчики-истребители нашего фронта вылетали на прикрытие, удерживая господство в воздухе, и даже на отдельных участках противнику не удалось добиться инициативы.
В тот день я несколько раз водил группу на сопровождение полбинцев. И, несмотря на зенитный огонь и атаки немецких истребителей, они по нескольку раз заходили на цель, бомбили подходившие танки.
Помогая бомбардировщикам в этой сложной обстановке выполнять важное задание, мы испытывали великое удовлетворение. Но хотелось вступить в бой, и летчики говорили:
— Истребитель для настоящей драки приспособлен. Для уничтожения воздушного врага, а не для того, чтобы отгонять «мессеров» или немецкие зенитки подавлять.
На земле был ад кромешный. Рассмотреть что-нибудь было трудно, да и не до того нам было: мы висели около бомбардировщиков, не спуская с них глаз, и короткими атаками отгоняли немецкие истребители.
Не одну благодарность получил наш полк в тот день от бомбардировщиков корпуса Ивана Полбина.
НАГРАДА
Противнику был нанесен сокрушительный удар. Его наступление захлебнулось, и он начал отводить войска.
В перерыве между вылетами в напряженный июльский день нам сообщили, что наш авиакорпус передается в 5-ю воздушную армию, которая входит в состав Степного фронта.
А спустя несколько дней, 23-го вечером, у нас митинг: войска Воронежского и Степного фронтов полностью восстановили положение, которое занимали на Курском выступе до немецкого наступления. Операция «Цитадель», разработанная германским командованием, провалилась. Враг был еще силен; предстояли ожесточенные бои. Но перелом наступил. И мы говорили:
— Наша берет! И какую-то частицу в успех войск внес наш полк.
Продолжаем сопровождать полбинцев. Они наносят удары по отходящему противнику, по резервам, которые он подтягивает. Немцы, отходя, оказывают сильное сопротивление. Обстановка сложная. Но ведь теперь наши войска ведут наступательные бои! И бодро звучит голос бомбардировщиков, когда они передают: «Маленькие, будьте внимательны — еще заход делаем».
…В ожидании сигнала на вылет я сидел в кабине самолета. Вдруг вижу, ко мне направляется Подорожный вместе с Семеновым. Комэск машет мне: скорее, мол, вылезай. В чем дело? Быстро вылез, спешу им навстречу.
Не успеваю доложить, что готов к вылету, как слышу слова командира:
— За успешные боевые действия и сбитые самолеты противника вы награждены орденом Боевого Красного Знамени. Мне поручено вручить вам высокую награду. От души поздравляю вас.
Какая неожиданная радость!
— Служу Советскому Союзу! — отвечаю я.
Командир прикрепил орден к моей гимнастерке, а Семенов крепко обнял и дал дружеский наказ:
— Будь всегда скромен, не зазнавайся. Дерись так же, но не горячись: помни о первом сбитом.
А когда я вернулся с боевого задания, меня ждала еще одна радость: около КП я увидел знакомую фигуру Петро Кучеренко. У него на груди тоже орден Боевого Красного Знамени.
Обнимаемся, поздравляем друг друга с наградой.
— Скучаю по вас, друзья, — говорит Петро, — словно домой попал. У нас в части тоже ребята хорошие, но все же вас недостает.
Оказывается, он прилетел в наш полк договориться о взаимодействии с истребителями части, в которой теперь служил.
Долго разговаривали мы с Петро в тот вечер о боевых делах. Вспоминали училище, товарищей. А рано утром он улетел.
Не успел я проводить Петро, как меня вызвали на КП. Подорожный, предложив мне сесть, сказал:
— Капитан Семенов приказом назначен моим заместителем, вы же, товарищ младший лейтенант, — командиром эскадрильи, а младший лейтенант Брызгалов — вашим заместителем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
