по меньшей мере, сорока — точек на теле, включая четыре на икрах, шесть на каждом из бёдер, а также на верхней и нижней частях рук и по одному с каждой стороны груди. Прочие участки тела, включая голову, выглядели относительно нормально. На толстой шее висело что-то вроде гигантского браслета, отягощённого побрякушками, по большей части инкрустированными драгоценными камнями. Рядом с возлежащим находились обнаженные люди — в основном женщины, — с надетыми на них головами животных и мифических существ.
— В воздухе полно сексуально стимулирующих соединений, — снова сообщил Бердл. — И я, наконец, нашел свою разведывательную ракету. Она…о-о-о…. Я, пожалуй, прекращу пока тайное общение, если только не возникнет чрезвычайная ситуация. Возможно, это уже небезопасно.
— О-о-о? — озадачилась Коссонт.
— Передозировка пошлости, — прошептала Пиан.
Крыша сверху была не прозрачной, сделанная из толстого гофрированного материала, малинового цвета, собранного по центру так, что форма её в итоге напоминала внутренний клапан, блестевший от стекавшей с него влаги.
— Уважаемые Бердл, мадам Коссонт, — сказал мужчина своим низким, густым голосом. — Рад познакомиться с вами.
Затем он открыл рот шире и высунул на редкость длинный язык, деликатно облизав сначала одну бровь, потом другую, придав им в итоге определённую форму. Язык тотчас исчез. Он широко раскрыл глаза. Бледно-голубые радужки, казалось, тронуло сияние. Глазные яблоки закатились в глазницы, радужки сменились тёмно-красными, вставшими на место и, по-видимому, стабилизировавшимися.
— Прошу прощения у вас, — сказал он. — Эти зрачки лучше работают при дневном свете. — Он широко улыбнулся, обнажив снежно белые зубы. — И у вашего фамильяра, мадам Коссонт. Пиан, не так ли? Добро пожаловать.
— Позволишь говорить? — взволнованно спросила Пиан.
— Нет, — прошипела Коссонт, а затем, обращаясь к Ксимениру, сказала:
— Привет. Спасибо, что заметили нас.
— И спасибо, что вы наблюдаете за мной, — Ксименир отцепил что-то от своего воротника из безделушек, подняв перед лицом и осмотрев. Предмет выглядел как короткая тонкая ручка или стилус, размером чуть больше детского пальца. Ксименир взглянул на Бердла.
— Ваши жизненные признаки ещё более странные, чем у фамильяра, так что, как я предполагаю, это принадлежит вам.
— Так и есть, — сказал Бердл. — Приношу извинения. Я был обеспокоен тем, что вы могли отказаться видеть нас, и нам в таком случае потребовалась бы помощь в… организации встречи. Должен заметить, я впечатлен тем, что вы смогли почувствовать присутствие датчика и выявить его. Мои поздравления.
— Благодарю. Лесть неизменно приятна, — сказал Ксименир с несомненной искренностью. — Особенно от… — он взмахнул длинной, изящной рукой с изысканным маникюром — …аватара, аватоида? Что-то в этом роде?
— Почти угадали. От корабля Культуры.
Наступила пауза; Коссонт была уверена, что хозяин слушает их через наушники.
— И за ними наблюдал Разум Культуры… — продекламировал Ксименир, похоже, всерьёз впечатленный. — Я действительно польщен. Хотя здесь есть круглосуточная трансляция с восьми различных камер, сосредоточенных на этой кровати, так что я не совсем понимаю, зачем вы беспокоились. Видео фиксировано в определённых точках, но, возможно, вам нужен был звук? Угадал? Не важно, впрочем. — Он кивнул куда-то за спину. — Пожалуйста, присаживайтесь.
Двое из звероголовых — их головы, к слову, выглядели такими же живыми и функциональными, как и все остальные части тела — поставили два высоких стула позади себя. Коссонт и Бердл сели. Дюжина или около того необычно одетых людей замерли, сложив руки, вдоль изогнутой стены кабины.
Ксименир протянул крошечную ракету-разведчик.
— Я оставлю это себе, можно? — и маленькая машинка нашла своё место на ожерелье, прикреплённая к цепочке.
— Я всё же предпочел бы, чтобы её вернули, — сказал Бердл.
— Несомненно, — согласился Ксименир. — Но вы вторглись в мою личную жизнь. — Фраза возымела реакцию: раздалось приглушенное шипение и смех со стороны наблюдавших, и лицо Ксименира снова расплылось в улыбке. Он оглядел некоторых звероголовых людей. — Понимаете, о чём я? — Ксименир посмотрел на Бердла и усмехнулся. — В любом случае, может быть, я позволю вам вернуть это. Но вам ведь что-то нужно от меня, я так полагаю, иначе, зачем бы вы вообще здесь оказались, мм? — Он положил крошечную ракету на грудь между уже пребывавшими там большим пальцем андроида и толстым хрустальным цилиндром, инкрустированным драгоценными камнями.
— Это имеет отношение к Нгарое КьиРиа, — сказала Коссонт, взглянув на Бердла.
— Понятно. — Ксименир кивнул ей. — Кстати — эти руки. Кто сделал их для вас?
— Фрекс Герунке.
— Знаю его. Помогал в обучении. Хорошая работа? Всё работает как надо?
— Прекрасно.
— …И куртка "Повелители…" Они тебе нравятся?
— Я с ними играла, — призналась Коссонт. — Недолго. — Она поняла вдруг, что рано или поздно ей действительно придется сменить эту куртку.
— В самом деле? Вы не упоминаетесь в дискографии. — Казалось, он задумался. — …Если только вы не Сестра Эйфория.
Коссонт вздохнула.
— Грешна.
Ксименир расплылся в улыбке.
— Достойно, мадам Коссонт, достойно. Я играл на тенсере, немного на слинге, но никогда на волюпте. — Ксименир широко улыбнулся. — А ведь это сложнее, верно?
— Немного.
— Четыре руки облегчают задачу?
— Нет — это для одиннадцатиструнной.
— Ха! Недекагональная струна? Я слышал, что это чертовски безумная вещь.
— Только для того, кто на ней играет.
Ксименир рассмеялся.
— Никогда не слышал ни одной партии на одиннадцатиструнной. Вы могли бы пройти прослушивание, пока вы здесь. Это способствовало бы завершению нашего дела.
— Благодарю, но, боюсь, мы немного торопимся, — сказала она.
— Да, да… мой друг, КьиРиа.
— Он и мой друг тоже, — заметила Коссонт.
— Действительно? — Ксименир скептически оглядел её. — Не припоминаю, чтобы он упоминал вас.
Коссонт снова вздохнула.
— Меня это не удивляет.
Ксименир ухмыльнулся, погладив подбородок.
— Ну, его воспоминания немного… бессвязны — это да. Откуда вы его знаете?
— Я встретила его двадцать лет назад, сразу после того, как он был левиафидом — морским чудовищем — в течение десятилетий, — в месте под названием Перитч IV. Мы встречались всего несколько дней, но много разговаривали. А вы как познакомились?
— О, я знал его и до этого, ещё когда был совсем молод и занимался… — он поднял одну руку, — кое-какими вещами, которые можно назвать заработком — Он пожал плечами. — Или, если вы предпочитаете более высокохудожественные определения, — исследованием и оспариванием перспективы самовымирания.
— Когда он был здесь — пять лет назад, — вмешался Бердл, — господину КьиРиа делали скульптинг?
Человек на кровати нахмурился.
— Скульптинг — вот слово, которое я давно не слышал. Технически уместно, я думаю. Раньше это называлось пластической хирургией, или телесной коррекцией, ну или как-то там ещё. — Он снова взмахнул рукой. — В любом случае, боюсь, это личное дело, господин… Бердл, и я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть…
— Можем ли мы в таком случае просто узнать, зачем он был здесь? — спросил Бердл.
— Все равно ничего
