— две или три ягоды или мелких фрукта, так же, как я полагаю, бакулюм вимовнианского воллера со встроенным в него чипом частиц, вероятно, от самонаводящегося охотничьего патрона, и миниатюрный воротник корпорации "Последняя Канава", срабатывающий, если сердце носителя сдаст…
— Да. Он упомянул что-то о запуске своего последнего сердца.
— У него их четыре. — Аватар выглядел задумчивым. — Что предполагает большое количество вазоконгестивной ткани, которую нужно поддерживать.
— Я догадывалась.
— Опять же, минимальный уровень — достаточно, чтобы функционировать, но не более. Все прочее, что присутствовало в этом странном наборе, было просто мёртвой материей, без каких-либо процессов в ней.
— Выходит, ничего.
— Ничего существенного, насколько можно судить. — Аватар улыбнулся Коссонт. — Но теперь вперед — к Оспину и Базам Данных.
Вир улыбнулась в ответ.
— Одна просьба? — сказала она.
— ?
— Не мог бы ты сохранить этот взгляд?
— Ну, если ты так хочешь… — Бердл выглядел озадаченным. — Почему?
— Это подходит… просто хорошо выглядит, скажем так.
Аватар пожал плечами.
— Хорошо.
— На тебя все еще действуют эти стимулирующие соединения? — спросила Пиан через наушник.
Коссонт провела пальцем по одному из уголков существа. Пиан вскрикнула и отцепилась от ее шеи, мелодраматично отлетев в сторону.
* * *
— Модуль Культуры всё ещё придерживается местных ограничений скорости, но вот-вот покинет атмосферу, — сообщил боевой арбитр Ухтрин. — Если его нужно устранить, то это последний шанс.
Полковнику Агансу казалось, что он был подвешен в космосе прямо над Ксауном. Он смотрел вниз на коричнево-зеленоватую землю, белоснежное побережье Хзу и голубые воды моря. Город плотным темным кольцом опоясывал планету, постепенно растворяясь в тумане и окончательно исчезая у самого горизонта. Полковник наблюдал за точкой, которая являлась модулем Культуры, быстро поднимающейся вверх через атмосферу.
— Отсчитываешь время, Ухтрин? — спросил он арбитра. — Что у нас есть из Города?
— Восемь секунд. Только что появилось изображение. — Как только боевой арбитр произнес эти слова, перед Агансу возник виртуальный экран, открывавший вид на празднично оформленную площадь с сидящим на ней небольшим кораблем Культуры и двумя людьми, идущими от него.
— Двое: неопознанный мужчина и женщина… Вир Коссонт. Лейтенант-коммандер в запасе, Четырнадцатый полк. Семь. Дополнительно: матиформный фамильяр или домашнее животное, обмотанное вокруг шеи женщины.
— Куда они отправились?
— Как и ожидалось, на дирижабль "Экваториальный 353". Объект экранирован, что делает невозможным наружное наблюдение. Провели внутри двадцать две минуты. Дополнительно: мужская фигура имеет отрицательный биологический профиль. Вероятно, аватар — принадлежность не ясна. Устойчив к зондированию без сенсорной агрессии. Шесть секунд.
Полковник Агансу смотрел, как крошечный корабль Культуры поднимается в космос, надвигаясь как будто прямо на него. Конечно, на самом деле он находился не в пустоте, паря в виртуальной среде, глубоко внутри 7*Уагрена. Большую часть времени он проводил здесь, когда корабль разгонялся до максимальной скорости, поглощенный завораживающим видом пространства вокруг, открытого обзору благодаря сенсорным системам корабля. Весь спектр излучения обозначался текстурами, образующими цветовую гамму, данные мгновенно поступали к нему, стоило только обратить взор на интересующий объект, а векторы и диаграммы относительных скоростей дополняли информацию, окружая предметы соответствующими линиями.
В минуты, когда он не был заворожен созерцанием мрачного вселенского великолепия, он погружался в глубины резервуаров данных, выуживая и сопоставляя любые детали, потенциально имеющие отношение к миссии. В абсолютном выражении такие действия предоставляли относительно мало информации по сравнению с усилиями вспомогательных ИИ корабля, специалистов по обработке данных виртуального экипажа и их подпрограмм, но все же это была достойная периферийная работа, неустанно укреплявшая его собственное понимание предстоящей задачи.
Теперь он почти не проводил времени в собственном теле, ощущая себя лежащим в капсульном эллипсоиде рядом с боевым арбитром, запаянным в глубины корабля. Он по-прежнему осознавал, что его физическое тело находится здесь и о нём постоянно заботятся — снабжают необходимыми питательными веществами, перемещают, заставляют совершать движения, чтобы мышцы не начали атрофироваться, — но теперь он действительно существовал в виртуальной среде; он чувствовал себя здесь более чистым и непорочным, чем когда-либо и где-либо ещё. И более быстрым, хотя и не таким быстрым, как команда корабля! Боевой арбитр Ухтрин теперь помогал ему.
— Полковник, — передал капитан Уагрена, — корабль Культуры готовится к отлету. Нам нужно решить, будем ли мы продолжать следовать за ним или нет.
— Будьте готовы…
— Пять, — продолжал отсчёт арбитр.
— Что по дирижаблю?
— Место проведения долгосрочного праздника. Участников, известных нам, нет.
— Подключайтесь, капитан, — сказал Агансу. — Готовимся к старту.
— Набираю обороты.
— Информация по женщине?
— Музыкант, — сказал Ухтрин. — Классифицирована как жительница Поясного Города, Ксаун, Секция Кваалон 3004/396. Отсутствовала в течение последних шести ночей. Четыре. Городские инфопотоки не могут предоставить больше данных о недавнем местонахождении. Мать — Вариб…
— Есть признаки того, что они засекли нас с дирижабля?
— Нет. Дополнительно: получены данные из внутренних городских помещений. Изображение, звук.
Та же пара была видна теперь с некоторого расстояния, стоя на длинном балконе, вмонтированном в бок беспорядочно обставленного и медленно двигающегося красного дирижабля. Они разговаривали с каким-то человеком со странным лицом и не менее странно одетым — нелепое сочетание гражданской одежды и военной формы. Шипящий, слегка прерывистый женский голос произнёс: "Мы хотели бы… поговорить с Хозяином Вечеринки…". Чуть позже прозвучало еще одно слово, но слишком приглушённое, чтобы его можно было уловить.
— Три.
— Можете прогнать через фильтры последнее слово, которое она произнесла?
— Уже полностью отфильровано — улучшить сильнее невозможно. ИИ данных указывает, что гипотетическое название "Хозяин Вечеринки", вероятно, относится к некоему Ксимениру, художнику, номинальному представителю "Последней партии", инициатору долговременного праздника.
Агансу предстояло решить, что делать: следовать за кораблем Культуры или выяснить, чем занимались аватар и женщина на дирижабле и с кем там встречались. Теоретически и то и другое могло быть выполнено одновременно, но только в случае, если бы он доверил одну из задач помощнику, а он не хотел этого делать. Он мог бы спуститься на планету и побеседовать с Хозяином Вечеринки, пока боевой арбитр оставался на Уагрене, или мог сам остаться здесь, продолжая следовать за кораблем Культуры, предоставив работать на планете сущности с корабля — здесь имелись и другие арбитры, а также андроиды, способные сойти за биологических существ, и все — полностью программируемые.
Он хотел сделать и то и другое сразу. Быть в двух местах одновременно. Теоретически и такое было возможно, за счёт использования технологий записи и транскрипции состояния сознания, а также одного из наиболее продвинутых специализированных андроидов, имевшихся в его распоряжении — воспроизвести себя, поместив свое сознание в машину, но… ему не нравилась эта идея — никогда не нравилась — он чувствовал, что она представляет собой определённую угрозу для безопасности, поскольку
