ни слова. Он был смышлёный и понимал, что своими возражениями или попыткой помочь лишь помешает мне.
— Профессор! — Я бросился к дяде Виринеи. — Профессор Воронин!
Он был жив, но его сильно ударили по виску. Из раны текла кровь.
Я приподнял его и усадил на полу.
— Она… она… — начал бормотать профессор Воронин, часто моргая и хватая меня за плечи, — она должна была умереть… но не умерла… будто кто-то постоянно оживлял её… это невозможно… не… не… невозможно…
Ну а потом мы оба услышали некромантские призывы откуда-то из-за прилавка — звук грубого и властного женского голоса.
— О, вечный мрак Эреба, возвеличь моего слугу! Пусть внутри себя он превратится в воинство великих личей и кровавых ведьм! Пусть Омуты Мрака подарят ему силы, чтобы нести волю мою!
Это был голос Анастасии.
Потом показалась и она сама. Девушка поднялась на прилавок, легко и быстро, будто подлетела, и была уже совсем в другом образе. Её рыжие волосы растрепались, тело покрыла туманная броня, полностью созданная из мрака Эреба, а ладони горели огнём, ядовито-зелёным.
Послушница Волота всё-таки выжила, хотя не должна была.
На это у меня было только одно объяснение — ей помог сам Волот. Только он один смог бы остановить кровотечение даже на расстоянии и залатать смертельную рану своей послушницы. Да, он смог бы сделать такое, потому что был сильнейшим в мире лекарем Пути Ама.
Но зачем ему отвлекаться на какую-то послушницу?.. Это всего лишь Ведьма, которая совершила ошибку, выдав своего босса. Какого хрена он потратил на неё силы, когда сам еле держал бой? На Волота это не похоже.
Тут был только один ответ: эта рыжая стерва что-то для него значила.
В памяти сразу всплыло пророчество Феофана: «И явится людям Ведьма, дщерь великого зла, и возжелает она величия ещё больше, чем имела…». Я бросил взгляд на лежащего без сознания Волота, связанного и облитого апельсиновым соком.
Значит, ты успел заделать дочурку, кровавый ублюдок?..
Правда, я успел задать ему только мысленный вопрос — потом мне было уже не до Волота. Рывком я поднял профессора Воронина на ноги и прикрыл собой, а в следующую секунду окно пекарни взорвалось осколками, и кирпичная стена рухнула внутрь от мощного удара.
Проломив преграду, в здание шагнуло то самое существо, которое показывал мне Абубакар минутой раньше. Огромное и мощное. Зелёный туман вокруг него рассеялся, явив миру могущественную нежить — трёхметрового полуистевшего воина.
Это была та самая нежить, что преспокойно лежала всё это время в подвале моей соседки.
Только не такая простая, какой выглядела раньше…
Книга 2
Эпизод 21
Я скрипнул зубами.
Вот тебя тут только не хватало, пугало!
Тело нежити покрывала уродливая костяная броня, а между пластин доспеха темнел мрак Эреба. Пустые глазницы горели зеленью, изо рта сочились чёрные струйки тумана.
Горные некроманты обычно называли таких тварей — Вечный Слуга.
Это был высший вид нежити, убить которую практически невозможно. Но именно горные некроманты научились создавать наиболее живучих Вечных Слуг. Эта тварь была как раз такой.
И да, именно этот урод хранился в подвале у моей соседки. Она скрывала своего Вечного Слугу под видом обычной нежити, а теперь это существо вдвое прибавило в размерах и мощи.
Что ж, неплохо.
Но самое паршивое, что в руках воин держал крупные серпы, сделанные из дерева. Не друидские и зачарованные, а ядовитые, с мёртвой гнилью, укреплённые мраком Эреба — чёрные, покрытые зелёными всполохами.
Моя соседка знала о моей уязвимости насчёт дерева и подготовила для своего Вечного Слуги специальное оружие. К тому же, снабдила его ядом, а в этом некроманты были особенно хороши.
— Бринер… эй… осторожней… — в ужасе выдохнул за моей спиной профессор Воронин.
Он схватил меня за плечо, дёрнул назад и прошептал:
— Это Вечный Слуга. Его не убить, даже если устранить того, кто его создал. У него есть высшая цель, и пока он её не достигнет, то не умрёт.
Я посмотрел на Слугу, а он — на меня. И не надо быть гением, чтобы догадаться, что он пришёл за мной — убить или пленить — а по пути к этой цели прикончит любого, кто станет ему мешать. Вообще любого. Насчёт него и было последнее предсказание Феофана.
— Надо сбить его прицел, — тихо сказал я профессору.
Тот сразу догадался, что речь о некромантском ритуале — «Мёртвый прицел».
О нём профессор рассказывал студентам ещё в Академии. Для наведения цели некромант использует пробирку со специальным раствором, куда добавляет каплю крови будущей жертвы. Именно так задается цель для любой нежити, даже самой высшей. И эта пробирка должна была храниться у Анастасии.
У меня не возникло сомнений, где соседка взяла мою кровь. Ей передал сам Волот. А в том, что у него есть моя кровь, и он бережно её хранит — уже не было сомнений. Он долго жил при вице-губернаторе Стрелецком в теле Тараса Царёва и уже тогда имел доступ в тот самый госпиталь, где у меня и Виринеи брали кровь на анализы. Волоту ничего не стоило сохранить немного крови для своих будущих дел.
— Я займусь поиском пробирки, а ты продержи оборону сколько сможешь, — почти беззвучно произнёс профессор и отпустил наконец моё плечо.
Затем он поднял с пола череп Юлиана и кинулся на бой с Ведьмой, чтобы отвлечь её на себя и забрать пробирку; я же вынул мечи для Дуо-То и рванул на нежить. Никого другого я бы в эту схватку не послал — это принесло бы смерть любому.
Плечо, изодранное деревом, обожгло болью, но я почти не заметил этого. Адреналин уже зашкалил.
Краем глаза я заметил, что профессор Воронин на бегу подкинул череп Юлиана вверх, и у того прямо в воздухе появилось тело. Причём, это был не просто скелет, а мощный призванный дух в плаще из теней Эреба. Эта тварь будто появилась из бездны, окатив пекарню холодом.
А дядя Виринеи сумел меня удивить! Обычная черепушка, которую он всегда таскал с собой, будто для увеселения студентов, оказалась некромантским оружием, не хуже Вечного Слуги. Значит, за Воронина можно было пока не волноваться — он сможет продержаться вместе со своим призванным духом.
Тем временем Вечный Слуга встал между мной и Волотом, не давая к нему подойти. Бросив взгляд на мага крови и убедившись, что тот всё ещё в отключке,
